Чтение онлайн

В прошлые годы владельцы поместий обычно держались в стороне от этих сельских праздников, но на этот раз тетя Августа решила устроить большой прием до отъезда в Бат, и сэр Джошуа наконец-то неохотно согласился.

— Ведь скоро твой день рождения, Венеция. Мы сможем одновременно отпраздновать и его. Очаровательный лорд Килгоур очень заинтересовался, когда я ему об этом сказала и пообещал приехать, если работа в Министерстве ему позволит.

Венеция с равнодушным видом пожала плечами, а Изабелла утвердилась в своем мнении, что сестру нисколько не интересовал Роберт Эрмитейдж, а энтузиазм матери она поддерживала лишь для того, чтобы избежать объяснений. Однако, помогая писать приглашения, Изабелла не могла не заметить, что к списку гостей был добавлен некто лейтенант Перигрин Конвей и его тетя леди Равенсвуд.

Было так много хлопотных дел, что мысли о разлуке с братом, которой девушка так не хотела, временно отошли на второй план. Но произошел один случай, с новой силой напомнивший все опасения и тревоги.

В один из вечеров перед карнавалом Ги очень поздно ушел из конторы. Закончилась стрижка овец, и они задержались с мистером Форестом, оформляя бумаги. Ги должен был принести в имение мешочек с деньгами, примерно фунтов девяносто-сто. Дорога была всего с полмили и вела через парк. Никто не мог предположить, что Ги подвергнется опасности, но в тот вечер он не пришел в Хай-Уиллоуз.

Изабелла обнаружила на следующее утро, что постель брата не смята, забеспокоилась, но не подняла тревогу, потому что со времени рейда против контрабандистов Ги не раз спал в конторе. Но мистер Форест, придя утром с докладом к сэру Джошуа, ужаснулся, узнав, что мешок с деньгами не был доставлен, и сразу же начал расспросы.

Что могло произойти? Парень сам скрылся с деньгами? Изабелла, подвергшаяся строгому допросу, с негодованием отвергла это предположение:

— Ги не вор.

— Нет, он хороший честный парень, — без тени сомнения в голосе сказал мистер Форест. — Но его могли ограбить. Дорога от конторы до дома не заняла бы у Ги более получаса, так где же он?

К полудню отправились на поиски. Даже Джеймс снизошел до того, чтобы пойти с Барти, Джейсоном и конюхами.

Изабелла, мучаясь тревожными предчувствиями, настояла на том, чтобы взяли и ее. Ги никуда не ушел бы, не сказав ей. Так что же могло с ним случиться? Мужчины разошлись по болотам. Барти с одним из пастухов пошел по прогулочной тропе, ведущей от Дендж Марш к гостинице «Корабль на Якоре». И тут Бет обнаружила Ги. Бегая туда-сюда, собака вдруг стала лаять и рыть лапами землю у канавы, проложенной вдоль одного из полей. Они подбежали к ней и увидели Ги, наполовину лежащего в воде. Сердце Изабеллы замерло: она подумала, что Ги мертв.

Лицо и разорванная рубашка юноши были в крови, а тело скрючилось, как будто от боли. Изабелла со страхом дотронулась до его щеки, но она была еще теплой и, когда Барти и другой мужчина положили его на сделанные наскоро носилки, по телу Ги пробежала дрожь.

— Не беспокойтесь, мисс, — с сочувствием сказал пастух, — выглядит он неважно, кто-то избил его, но он еще дышит. Мы отнесем его домой, и Джейсон сходит за доктором.

Увидев Ги, сэр Джошуа нахмурился, и даже тетя Августа выказала беспокойство.

Доктор Медоуз, доставленный из Райя, осмотрел юношу, которого Изабелла и Гвенни освободили от мокрой одежды. Они смыли грязь и кровь с избитого тела.

— Совершенно ясно, что парнишка боролся за свою жизнь, — сказал он сэру Джошуа, — посмотрите, как содрана у него кожа на пальцах. Наверное, они оттащили его подальше и зверски избили. Глядя на эти ушибы, диву даешься, как он еще выжил. Если бы он упал лицом вниз, в ту грязную канаву, то вряд ли ему понадобились бы наши заботы. Вот так-то… — И он с сомнением покачал головой, склонившись над пациентом.

Врач забинтовал сломанные ребра, наложил шов на длинную ножевую рану и тщательно обработал ссадины и ушибы.

Ги беспокойно шевелился и стонал, но не приходил до конца в сознание и не смог отвечать на вопросы о том, что с ним случилось.

— Оставьте мальчика в покое, — резко сказал доктор. — Двенадцать часов он находился в тяжелом состоянии. Этого любому достаточно, чтобы лишиться чувств. Как он еще не подхватил воспаление легких! Вы должны дать ему время, чтобы немного оправиться.

Он прописал опиум, предупредил Изабеллу о возможности жара у больного и сказал, что вернется завтра.

— Это влетит нам в копеечку, — раздраженно заметила тетя Августа после ухода врача. — Он будет приходить дважды в день, если мы не примем меры. Что это Ги пришло в голову возвращаться так поздно с мешком денег?

— Это мистер Форест виноват, а не Ги, — возмущенно ответила Изабелла. — Грабители могли убить его.

— Ладно, посмотрим, что будет. Дядя, конечно, предпримет поиски, но я весьма сомневаюсь, что мы увидим хотя бы пенни из украденного. Лучше тебе самой ухаживать за братом, Изабелла. Работы много, и Гвенни некогда выполнять обязанности сиделки.

Изабелла только и ждала такого предложения. На следующий день к приходу доктора у Ги начался сильный жар.

— Так я и думал, — сказал тот и пустил больному кровь. Ее вытекла целая пинта. Изабелла забеспокоилась, она считала, что Ги и так потерял много крови. Доктору удалось убедить ее, что жар обязательно спадет. Он предписал давать лекарства каждые три часа.

— Никакой твердой пищи, только немного бульона. Если удастся убедить выпить его, — добавил доктор перед уходом.

Два дня прошли в мучительном беспокойстве, и вот жар начал уменьшаться, и Ги смог рассказать, что же с ним произошло.

В то утро ему стало немного лучше, и Изабелла уговорила брата проглотить несколько ложек куриного супа, который приготовила Гвенни. Потом он впервые с того времени, как его принесли домой, заснул действительно спокойным сном. Проснулся он уже ближе к вечеру. Изабелла устроилась рядом с кроватью, на коленях у нее лежала корзинка с рукоделием. Тетя Августа терпеть не могла, когда домочадцы сидели без дела, и постоянно загружала их работой.

Изабелла подняла глаза от штопки и заметила, что Ги, нахмурившись, смотрит на нее, как будто пытаясь что-то вспомнить. С глаз его исчезла туманная поволока от жара, теперь они были ясными и блестели.

— Давно я лежу здесь, Белла?

— Да вот уже три дня. Как ты себя чувствуешь? Выглядишь ты лучше, и жара больше нет.

Ги, поморщившись, пошевелился.

— Я себя чувствую так, словно по мне прошло стадо слонов, но голова вроде бы ясная.

Изабелла отложила корзинку и встала.