Ветер в сердце
Шрифт:
— Нужно ли? — переспросила Ольга, покусывая губу.
Она итак была измучена и не хотела снова досаждать своему израненному сердцу.
— Прочти. Так надо.
Она прикрыла глаза, словно набираясь сил, несколько раз медленно вздохнула и только потом приступила к чтению.
Николай Дмитриевич, я знаю, мы расстались с Вами не на самой хорошей ноте, но я решил объясниться и рассказать, как решил вопрос с Заленским. На счет него можете быть покойны. Он не причинит, я надеюсь, больше никакого вреда. Признаюсь, я вошел в его дом с единственным желанием, вызвать его на дуэль и в честном поединке уничтожить его, но он был пьян, не ожидал меня, а на вызов ответил страхом и нежеланием поддержать мой настрой. Он низкий человек и трус. Он вызвал во мне жалость, ту, что испытываешь к побитому безродному псу. Подумав недолго, я решил не опускаться до дуэли с таким, а назначить ему ежемесячную плату, которую буду отдавать его поверенному в течение нескольких лет. Взамен он пообещался уехать в Европу и больше никогда здесь не появляться, и, я почти уверен, он, под страхом моего возмездия, никогда не расскажет о безрассудстве княжны Полянской. Я оплатил ему дилижанс до прусского Бадена и проводил его в дорогу. Я знаю, что сейчас вы посчитаете себя обязанным мне, но знайте, это я должен вам. И это малое из того, что я мог сделать. Я виноват и это моя попытка все исправить.
На счет нашей с Вами горячо любимой барышни, сознаюсь я, возможно, повел себя вчера неверно и этим потерял ее, но не думайте, что чувства мои к ней не сильны. Это не так. Однако, я считаю важным сообщить, что Борис признался — между ним и Ольгой ничего не было. Он подтвердил Ваши мысли — она бежала с ним ради меня, а я не оправдал ее ожиданий.
Вижу в Вас человека благородного и потому доверяюсь Вам полностью. Хочу, чтобы Вы, если не решитесь на отношения с ней, по причине боязни общества, или она сама вновь откажет вам, отдайте ей это письмо. Мне будет покойно, если она узнает, что я всегда буду подле нее, коли она того пожелает. Но если Вы почувствуете, что дороже ей, чем я, то оставьте все это в тайне. И только успокойте на счет Бориса.
Я искренне желаю вам удачи. Постараюсь больше не вставать на Вашем пути, конечно, если она не выберет меня. Тогда уж не обессудьте.
А.С. Войковский»
Ольга спокойно, без эмоций прочла письмо и вернула его Николя. Тот заметил, что у нее не возникло ни единого желания перечесть его. «Так не поступают влюбленные женщины» — подумалось ему.
— Почему ты сейчас отдал мне письмо? Он же просил показать его только в двух случаях? Какой из них ты подозреваешь? — тихо спросила она.
— Я не подозреваю. Я выбор тебе даю. Ты должна знать, что он есть у тебя. А я должен видеть, что твое решение не зависит от невозможности поступить иначе.
— Что ж, — вздохнула Оля, — могу тебе сказать, что не обижена на него. И для меня не имеет значения, что не он догнал меня вчера. Признаюсь, я считаю его великодушным человеком, а его открытое признание, приятно мне.
Албашев сник. Эти слова заставили его усомниться в своих надеждах. Ольга поняла это и поспешила продолжить:
— Но ты был прав, Николя. То, что я испытывала к Антону, то не любовь была, а болезнь какая-то. И теперь я ясно это вижу.
Николай не смог не улыбнуться. Он взял Ольгу за руку и осмелился спросить ее о главном, о том, ради чего пришел сюда.
— Тогда скажи мне, Оленька, согласна ли ты пойти за меня?
— А как же графиня?
— Анна Георгиевна? Она хорошая женщина, но не увлечена мной. И я ничуть об этом не жалею. Я тебя люблю.
— Не пойму я, Николя, как можешь ты, после всего, что я сделала тебе, продолжать любить меня, да еще и предложение делать? Теперь и отец твой меня не жалует. Неужели ты пойдешь супротив его воли?
— Оля, я знаю, да и всегда знал, что без тебя мне не жить, — честно признался Албашев. — Одно только и нужно знать мне, разобралась ли ты в своих чувствах? Можешь ли ты сказать, что любишь меня?
— Ох, Николя! — Ольга в отчаянье заломила руки, и глаза ее заблестели. — Конечно люблю! И давно уже! Только не понимала этого раньше или не хотела этого замечать! Ты мне дороже всех на свете! Ты так добр, так ласков! Я этого не достойна!
— Выйдешь ли ты за меня? — настойчиво спросил Николя, чувствуя, что теперь все по правилам — и чувства, и предложение его. Все как она хотела.
— Хорошо ли ты обдумал это? Уверен ли? Не движет ли тобой желание спасти меня от порицаний людей и их косых взглядов?
Ольга сама уже взяла его за руку и посмотрела с надеждой в его такие родные ей глаза. Он улыбнулся и заверил ее еще раз:
— Я люблю тебя, только это движет мной. И, да! Я уверен! А теперь и еще больше, чем раньше!
— Тогда я согласна, Николенька! Более того! Я почту за честь стать твоей супругой!
Ольга вдруг рассмеялась от радости, выхватила свою руку, закрыла ладонями раскрасневшееся лицо и отвернулась, побоявшись показаться несерьезной. Николя же, взял ее за плечи, развернул к себе и, не думая о том, что их увидят, поцеловал. Поцеловал так, как ему давно хотелось. Так, что бы она почувствовала, как дорога ему, как нужна и как важно для него ее благополучие. Ольга поддалась ему, нежно обняла за шею, и почувствовала, что ничего на свете не сделало бы ее такой счастливой, как этот поцелуй! Поцелуй настоящей искренней любви самого верного и самого близкого для нее человека!
Эпилог
Свадьбу Албашева и Полянской сыграли в середине ноября. В тот день стояло красивое, почти зимнее утро. Поля, давно убранные, припорошило снегом, и солнечные лучи, отражаясь в снежинках, слепили глаза. Деревья, потерявшие листву, блестели серебряным инеем, а легкий морозец щипал щеки.
Ольга была великолепна в своем скромном белом платье, соболиной шубке и ажурной вуали. Николя еще сильнее влюбился в нее в тот день и понял, что принял верное решение. Их венчание прошло скромно и тихо, присутствовали только самые близкие люди. Одной из них стала и графиня Квилецкая.
На следующее утро после свадьбы молодожены уехали в Петербург, где княжна Полянская сразу же покорила свет. Как она и мечтала раньше, кавалеры не спускали с нее глаз, но она предпочитала их обществу, общение со своим мужем. Только ему оставляла на балах все танцы и лишь изредка позволяла пригласить себя тем, кому нельзя было отказать.
Их замечательной парой любовались все. Многие завидовали их отношениям и тому, как нежно они, даже спустя время смотрят друг на друга. Никто и представить себе не мог, через какие тернии пришли они к своему счастью, да и не особо этим интересовались. Их брак стал примером для других. Их обсуждали, приглашали в лучшие дома и верили, что такой и должна быть настоящая семейная жизнь.
Судьба же Войковского пошла ровно тем путем, о котором он и мечтал до встречи с Ольгой. Он был одним из тех офицеров, которых отправили на войну за Крым. Там он смог отличиться особой смелостью и умом. Был награжден Георгиевским крестом и получил майора, рассчитывая в дальнейшем вырасти и до высших чинов.
Что касается Бориса, то о нем ходили только нехорошие слухи. Говорили, что он дезертировал, уехал в Европу, где вскоре тяжело заболел, но смог вылечиться и, предав свою веру, ушел в католический монастырь. Никто толком не знал, правда ли это, но только в высшем обществе Бориса никто и никогда больше не видел.
Графиня Квилецкая, горячо любимая в свете, внезапно удивила всех своих многочисленных ухажеров. Ровно спустя год со свадьбы Албашева, она и сама вышла замуж и покинула Петербург. Неожиданным баловнем судьбы оказался князь Полянский. Он так проникся ее добротой, что решил попытать счастья и сразу получил утвердительный ответ на свое предложение. О графине горевали, скучали по балам и званым вечерам в ее доме, но она с огромным удовольствием оставила город и жила в деревне, любимая мужем и отвечая ему искренней взаимностью.