Чтение онлайн

Для жертв было назначено пять пород животных: овцы, козы, тельцы, голуби и горлицы.

Во-первых, животные и птицы должны быть без телесных недостатков, со способностью к оплодотворению и не моложе 7 дней.

Во-вторых, всякий, кто приносил жертву, клал на нее руки и молился Богу об очищении грехов перед священником. Он молился, чтобы Господь проявил свое благоволение к нему: своеобразная споведь.

{87}

Третье: жертвы должны были приноситься только во дворе скинии на жертвеннике. С учреждением священства и скинии уже нигде не приносились жертвы, кроме двора скинии и жертвенника.

Четвертое: кровь животного выливалась к подножию жертвенника, т. е. животному делали специальные надрезы, из него вытекала кровь, часть ее священник брал в священный сосуд, и потом ею кропил, а часть сливалась к подножию жертвенника. Жир, или тук, всегда сжигался, независимо от того, сжигалось ли все животное или его часть. Если жертва всесожжения, то вся сжигалась; если жертва мирная — то часть сжигалась, часть брал священник для пропитания, а часть брали домой.

Пятое: если кровь животного вносилась во Святая Святых, в день очищения, то на жертвеннике сжигался только тук, а остальная часть сжигалась вне стана.

Шестое: каждая жертва соединялась с определенными хлебными приношениями и непременно солилась.

Существовало пять разных жертв: жертва всесожжения, жертва о грехе, жертва за преступление, мирная жертва и бескровная, хлебная жертва.

Закон о всесожжении открывает книгу Левит.

, т. е. здесь покаяние, не просто возложение рук.

(Лев. 1:2–9). Дальше говорится, что всесожжением может быть одновременно и крупный рогатый скот, и мелкий, даже птицы, горлицы и молодые голуби. Священник, принося в жертву птицу, свернет ей голову, а кровь ее выцедит вне жертвенника.

(Лев. 1:16–17).

Для жертвы всесожжения употреблялись все животные, но только мужского пола. Все животное сжигалось, кожа снималась и шла в пользу жреца, в пользу церкви — видимо, для каких-то изделий, которые нужны были при скинии. Всесожжение производилось ежедневно, неизменно утром и вечером и так, что вечерняя жертва курилась до утра, а утренняя до вечера, т. е. постоянно горела жертва, круглые сутки. В дни больших праздников, как говорит Иосиф Флавий, на жертвеннике подымался огонь в несколько десятков метров и клубы черного дыма, которые были видны издалека, когда приносились многие сотни жертв. После приношения жертвы всесожжения пепел собирали священники в облачениях и выносили за стан в чистое место.

Жертва о грехе приносилась за грех, совершенный по слабости, по неведению и за грех первородный (Лев. 4:5–13). Животные для этой цели потреблялись разные, и чем выше было лицо, приносившее жертву, тем ценнее было животное. От первосвященника требовался только телец, от простого человека — коза или овца, от бедняков — пара голубей или горлиц, иногда даже одна мера пшеничной муки.

Если жертва приносилась о первосвященнике и о целом народе, то кровь животного вносилась во святилище и жрец кропил семь раз перед скиниею и возлагал ее на рога кадильного алтаря, а остальную кровь выливал к подножию жертвенника. Тук сжигался здесь же, а остальное вне стана.

Жертва, которая приносилась от частных лиц, не была сжигаема, кровь в святилище не вносилась, а только возлагалась на рога жертвенника. Тук сжигался, а мясо съедали священники во дворе скинии. Если приносились птицы, то одна сжигалась, а другая отдавалась священнику, который сворачивал ей шею, сцеживал кровь и употреблял в пищу. Приносимая мука сжигалась не вся, а только одна ее горсть, а остальная шла священникам. Жертва о грехе вся шла в пользу священников.

Жертва о преступлении. Сюда входили жертвы за грех сознательный, допущенный по увлечению. Для этой жертвы потреблялся только овен. Если человек каялся в присвоении чужого, похищенного, то он должен был в знак искренности отдать то, что он похитил, плюс пятую часть того.

Жертва мирная. Имела характер праздничного торжества. Приносилась в знак благодарения за благодеяния Бога и испрашивания Его милостей. В жертву употреблялись все животные без различия пола. По заклании животного правое плечо и грудь животного потрясались перед Господом и приносились к жертвеннику. Тук священники сжигали, а грудь и плечо брали себе, {88} остальную часть съедали люди, которые приносили эту жертву. Остальное мясо шло на пир. Есть его позволялось не более одного дня. Так что пасхальная жертва — это как раз жертва мирная, которая съедалась за один день. Пасху ели стоя, препоясанные и очень быстро, чтобы ничего не было нечистого и оскверненного. Посуда эта употреблялась один раз в год только для этого случая.

Хлебная жертва, или дар бескровный, имела различные виды. Хлебное приношение в виде муки, на которую клались елей, ладан и вместе сжигались. Хлеб, лепешки с елеем, хлебное приношение в виде сочника и приношение муки с елеем и чистых зерен. Хлебные приношения должны быть пресными, при них обязательно должны были быть ладан, соль, вино и елей. Часть хлебных приношений сжигалась, все остальное шло в пользу священников: ладан, соль, вино и елей.

Жены и дочери священников к этой еде не допускались. Если хлебное приношение приносилось от самого священника, то оно сжигалось полностью и ничто не съедалось.

Хлебная жертва имела разные виды. Первая — в виде муки, на которую выливался елей и клался ладан благовония; вторая жертва была в виде печеного хлеба. Это были лепешки, смешанные с елеем или помазанные елеем. Были также приношения в виде некой похлебки, супа: пшеничная мука размешивалась с елеем. Приносились и зерна в чистом виде, на которые возливался елей. Т. е. все хлебное приношение смешивалось с елеем.

Хлебные приношения всегда должны были быть пресными, но при них полагалось быть ладану, соли, вину и елею. В хлебном приношении всегда сжигалась только одна часть, а все остальное шло для еды священников, т. к. священники сами хлеб не выращивали.

Глава 16 книги Левит говорит нам об обрядах в Праздник очищения. Непосредственным поводом к установлению дня очищения был грех неуважения к святилищу, допущенный детьми священника Аарона, которые внесли туда неосвященный огонь. Для предупреждения подобных случаев и для большего внушения, чтобы люди благоговели перед домом Божиим, Господь объявляет, что первосвященник однажды в год с великими предосторожностями, с жертвами и обрядами может входить во Святая Святых, чтобы молиться там о грехах своих и о грехах народа, совершенных за целый год. В тот момент, когда священник входит в помещение Святая Святых, он несет сосуд с кровью жертвенного животного. Сам священник надевает самые простые одежды, снимая драгоценные одежды первосвященника в знак смирения и покаяния. В этих одеждах, имея в руках кровь жертвенного животного, он входит во Святая Святых. В этот день первосвященник в знак очищения себя и своего дома приносит тельца и овна во всесожжение. За себя он сжигает тельца, овна — за свой дом. От народа приводились за жертву специально на сей случай выращенные два козла, иногда один. Один из них по жребию выбирался в жертву, закалался и сжигался. Другой тоже уничтожался, но особым образом. На него возлагали руки первосвященники и некоторые старейшины народа; провозглашались все грехи, совершенные за этот год. Был обычай также на свитках писать грехи и вешать эти свитки на рога козлу. Козел назывался «козлом отпущения», т. е. на него перекладывался грех.