Чтение онлайн

— Он пригласил нас на обед? — спросил Тони.

— Он вообще был очень любезен. Вчера он угостил меня очень вкусным ужином в маленьком ресторанчике. Я так и представляла себе настоящий французский ресторан.

— Должно быть, он славный малый, — заметил Тони.

Помолчав, он спросил:

— Ты не против того, чтобы пообедать с ним вдвоем? Я договорился о встрече с Рене. К тому же, когда встречаются трое, это всегда ни то ни се.

Валерия была поражена, услышав это.

— Но… граф говорил, что Рене… одна из тех, кого называют… дамами из «Мулен»?

— Да, — ответил брат. — И она очень мила.

Он встал, подошел к окну и продолжал, стоя спиной к сестре:

— Я понимаю, тебе кажется, что общаться с Рене неуместно, но, скажу честно, Вэл, я хочу видеть ее. Она рассказала мне много интересного о представлении и о канкане. Между прочим, сегодня вечером я увижусь со всеми танцовщицами.

— Еще одна вечеринка? — спросила Валерия.

— Ну да, конечно, — поспешно согласился Тони, как будто недоговаривал чего-то. Но сестра только спросила:

— Ну и что же тогда… буду делать я?

Он повернулся к ней:

— Послушай, Вэл, я сам знаю, что поступаю плохо. Но подумай: для меня ведь это единственный способ развлечься, как мне давно уже хотелось. Завтра мы встретимся с твоими французскими родственниками, весьма скучными, судя по тому, что я о них слышал. А потом мы вернемся домой, и папа снова будет водить меня на помочах, как маленького ребенка.

Он говорил с такой горечью, что Валерия, любившая брата, ответила:

— Конечно, дорогой, я понимаю. Л пообедаю с графом, а если мне повезет, и он пригласит меня еще и на ужин, то я приму его приглашение. Иначе мне придется остаться здесь одной. Но ты должен пообещать мне…

— Что же?

— Что ты никогда, никогда и никому не расскажешь о том, что мы здесь делали. Папа пришел бы в ярость, а мама огорчилась бы, узнав, что я была в «Мулен-де-ля-Мер».

— Я это понял вчера, когда поглядел на Мими Блан, — ответил Тони. — Конечно, она потрясающая. Рене мне говорила, что так, как Мими, больше никто не танцует, кроме «La Goulue» в Париже, которой Мими подражает.

— В таком случае ты должен понять, что мне совсем не хочется идти вечером в «Мулен».

— Если ты уверена, что все будет хорошо… — сказал Тони. — Я знаю, что поступаю неправильно, — повторил он. Эта манера всегда легко признавать свою неправоту и готовность извиниться обезоруживали его родных еще с тех пор, как он был маленьким мальчиком.

— Развлекайся, — сказала сестра, — а я сама о себе позабочусь.

Тони вздохнул с облегчением, затем сказал:

— Для француза этот граф ведет себя вполне по-джентльменски. Надеюсь, он не позволял себе вчера ничего лишнего?

— Конечно, нет. Он отвез меня домой и пригласил нас обоих пообедать с ним. Он не сказал, когда зайдет за нами, но я буду готова к половине первого.

— Тогда мне лучше удалиться раньше, — заметил Тони. — И не стоит вдаваться в объяснения по поводу того, чем я буду заниматься.

— Нет, конечно, — согласилась Валерия, хотя ей хотелось бы узнать, что он имеет в виду.

Она надела одно из лучших дневных платьев кузины Гвендолин и подумала, что посмотреть волнорезы вместе с графом будет даже лучше, чем с братом. Тони всегда признавался, что осмотр достопримечательностей наводит на него скуку.

Тони уже успел переодеться и вошел в ее спальню. Выглядел он весьма впечатляюще. Светловолосый, голубоглазый, с точеными чертами лица, — истинный англичанин.

— Ну, я пошел, — сказал он.

Валерия повернулась к нему. Она уже наложила тушь на ресницы и слегка подрумянила щеки.

— Ну, как я выгляжу? — спросила она.

— С этим, видно, ничего не поделаешь. Но ты кажешься слишком юной и несомненной леди, несмотря на подкрашенные губы.

— Возможно, граф не заметит этого, — ответила она. — Да и вряд ли он даже допускает, что леди можно встретить в «Мулен».

— Это правда. Ну, до свидания, Вэл, — сказал Тони. — Ты просто чудо, и я очень благодарен тебе.

Он слегка чмокнул ее в щеку и вышел, хлопнув дверью. Валерия слышала, как он быстро сбежал по ступенькам, и подумала, что он, как школьник на каникулах.

«По крайней мере он счастлив, мама, — подумала она. — И я не верю, чтобы с ним приключилось что-нибудь плохое, прежде чем мы завтра уедем».

Валерия подкрасила губы и надела шикарную шляпу, которая очень шла к ее платью.

«В таком наряде я буду выглядеть немного старше», — подумала она, повертев на пальце обручальное кольцо.

Никому и в голову не придет, что она еще недавно танцевала на балу в Букингемском дворце.

Выйдя в гостиную, она посмотрела в окно. У нее мелькнула ужасная мысль, что граф может не приехать за ней, что она может никогда больше не увидеть его. «Но я хочу, очень хочу увидеть его», — подумала девушка.

В этот момент дверь в гостиную открылась, и слуга объявил:

— Месье граф де Савен, мадам!

Валерия обернулась. Граф вошел в гостиную. Он показался ей еще привлекательнее, чем накануне.

— Бонжур, мадам Эрар! — произнес он, поднося ее руку к губам.

— А я… как раз думала о том… действительно ли вы хотите со мной пообедать, — проговорила она, вдруг почувствовав странное смущение.

— Я просил вас об этом и был бы разочарован, если бы вы отказались, — ответил граф.

— В таком случае я с удовольствием принимаю ваше предложение, но мой… Т-тони очень… благодарил в-вас за приглашение, н-но сказал, ч-что х-хочет н-непременно встретиться с д-друзьями, — сказала Валерия, запинаясь. По выражению лица графа она поняла, что он вовсе не удивился.

— В таком случае, если вы готовы, лошади ждут, я отвезу вас в одно довольно приятное место, которое, надеюсь, вам понравится.

— Не сомневаюсь. А вы не забыли о том, что я хотела увидеть?