Чтение онлайн

Зубров смотрел на нее, скрестив руки на груди и склонив голову. Девушка молчала, видимо, ожидая, что он скажет, но в голову ему ничего не пришло, кроме одной единственной дурацкой фразы, кажется, почерпнутой из курса политэкономии: «Основу федеративного государства составляет совокупность духовно и экономически мотивированных человеческих сообществ».

— Так, — сказал он после минутного раздумья. — Я должен знать, как тебя зовут.

— Для тебя я Руна. А для них, — она кивнула туда, откуда они только что прибыли, — для них — Флора Гахраманова.

— Хм… А моё имя… ты его знаешь?

— Здесь?.. Зубров Орест Крофович. Услыхала около часа назад, когда по Алгирску объявили розыск. Все приметы на тебя указывали. А потом сообщили, что видели, как ты в сторону вокзала вышагивал. Объявили, что опасен, группу захвата выслали. Бедный, куда ж ты ехать думал?.. Ага, я же не сказала, что тоже в милиции работаю, диспетчером. За коммутатором сижу, вот уже неделю, с тех самых пор, как мы с тобой в дурдом этот угодили. Надеюсь, меня никто не опознал. Те оперативники в электричке… они видели меня со спины.

Зубров взял девушку за плечи и заглянул ей в глаза.

— Так, Руна-Флора. Вот что я думаю. Раз уж ты меня нашла, значит, я тебе для чего-то нужен.

Она молчала, и он подумал, что сейчас она расколется и начнет выкладывать свои коварные планы, но девушка только улыбнулась.

— Ладно, — сказал он. — Если так, то справедливости ради и я должен решить: а нужна ли мне ты? Резонно? Так что давай сейчас ты будешь говорить, а я — слушать. Ну! Только постарайся быть убедительной.

— Ты прав, — согласилась она. — Я не так начала. Просто теперь тебя не узнать. Надо привыкнуть к этой твоей рассудительности. Прежде ее тебе так не хватало… прости. Кажется, у меня единственный выход — выложить все начистоту. Раз так, то с того и начну, что никакой ты не Зубров на самом деле, а бигем по имени Сигурд Дзендзель, охотник-мутант.

Руна расстегнула манто, подняла свитер, вытащила из юбки сизую комбинацию, задрала вверх. Зубров увидел свежий рубец на левом боку, — ему почему-то вспомнился нож — тот, что остался в печке. Ниже рубца талию девушки опоясывал широкий ремень из серого металлизированного материала, весь испещренный выемками, кнопками, отверстиями, пластинками.

— Это персоль, — пояснила Руна. — Мой компьютер. В нем много разной информации, куча сложных программ. Это он неделю назад спас мои мозги от перезаписи. А вот след от ножа. Ты оставил мне перед тем, как вытащить из шахты на Шедаре. — Она указала на шрам. — Нет, я не в обиде.

— Нож… Шедар… Что такое Шедар? — Зубров отвел взгляд от шрама, он вспомнил свою вчерашнюю обмолвку, сердце забилось чаще.

— Это гора. — Она махнула рукой куда-то на юг и стала заправляться. — Километрах в тридцати отсюда. Мы жили в одной из ее шахт. Надо было скрываться от терракотеров, от всего мира… Мужчины охотились, женщины ждали их возвращения. Я там была чужачкой. Мы из разных рас, Сигурд. Глянь-ка на себя, ты вон какой здоровенный, ты — бигем. А я из расы албов. Мы обычные. Зато у нас знания… та часть, что сохранилась после всемирной катастрофы. Вот так.

— Значит, была катастрофа? — спросил Зубров.

— Ага, — сказала она. — Пятьсот лет назад мир захватили терракотеры. Албы считают, что они пришли из космоса. Но вы — бигемы — думаете, что терракотеры — сверхъестественные существа, которыми правит злой демон — чхарь. Вот так, вкратце…

Руна застегнула манто и, сунув руки в карманы, подняла глаза к небу, решая, что говорить дальше. Затем испытующе глянула на него.

— По-твоему, все это бред?

Зубров пожал плечами и посмотрел на часы.

— Мало времени. Я тебе даю три минуты, рассказывай.

— Три минуты, — пробормотала она. — Сначала вопрос. Сиг, а твоя шерсть… Где она? Кто ее сбрил? Они или ты сам?

Зубров опешил, но через несколько секунд опомнился:

— Так. Вопросы потом. Давай дальше.

— Ага, — сказала она. — Думаешь, легко говорить правду, когда знаешь, что ее заведомо воспримут как какую-то чушь?

— Время, — напомнил Зубров. — Не хочешь рассказывать дальше, можем распрощаться прямо сейчас.

— Нет, — она нахмурилась. — Я просто пытаюсь подобрать алгоритм. Раньше я общалась с одним человеком, но теперь ты совсем другой. У тебя новое восприятие… Скажи хоть что-нибудь о себе. Есть профессия?

— Была, — устало сказал Зубров. — Я — учитель географии. У тебя еще две минуты.

Руна округлила глаза и, не сдержавшись, прыснула. Казалось, ей пришлось сделать усилие, чтобы не расхохотаться вовсю.

— Прости… учитель географии. Красота! Сигурд Дзендзель становится учителем. У них что, других вакансий не нашлось?

— Ну ничего, — сказала она, успокоившись. — Они не смогли тебя изменить окончательно. Инстинкты, генная память… все это должно было остаться. Они впихнули в тебя кое-чего, но прошла неделя — и вот ты в розыске. Мать-природа сильней!

Зубров жестом велел ей остановиться, он снова подошел к кустам, глянул, не видно ли преследователей, но никого не было. Вернувшись, он кивнул. Так и быть, он выслушает ее до конца — просто спокойно выслушает.

— Не знаю, — Руна покачала головой. — Пока неизвестно, откуда все эти люди. Девять против одного, что их в самом деле сюда прямо из космоса доставляют, а потом везут в город программировать… Теперь узнай о том, что происходит в городе. Всё, что ты там видел, — подделка. Можешь не сомневаться. То, что ты о себе помнишь — монтаж. Мы должны попробовать восстановить твою память. Кто знает, сохранилось ли что-нибудь в твоем подсознании или всё исчезло безвозвратно, но выход один — рискнуть. А до того бессмысленно доказывать тебе, что на самом деле ты охотник из племени бигемов. Э-э… Мне нужно еще несколько минут, чтобы полней обрисовать общую картину.

— Обрисовывай.

Руна осмотрелась и, увидев повалившийся пень, присела.

— Итак, — сказала она. — Я уже сказала: терракотеры захватили Землю. Они уничтожили ее население, но небольшая часть оставшихся в живых ушла в подземелье. Условия жизни были ужасными — холод, радиация, влажность… вдобавок терракотеры применяли вредное излучение. Со временем у людей начались мутации, появились вы — бигемы: сильные, ловкие, быстрые. Вы способны входить в особое состояние — скачок, когда сила мышц невероятно возрастает. Причина всему — ваш гипертрофирован гипофиз, он в три раза больше, чем у албов. Он способен выбрасывать в кровь такие порции гормонов, что организм на время превращается в боевую машину. Посмотри, какие у тебя руки, ноги: бигемы совершают скачки регулярно, так что мускулы у них очень развиты, кости — толстые и крепкие. К тому же у вас очень острое зрение и слух. Вы — прирожденные охотники, вы — ответ природы на вторжение терракотеров. А шерсть на теле — явление побочное. Теперь понимаешь, почему ты… такой?

— Дальше, — сказал он.

— Что до нас, албов, то мы мало чем отличаемся от прежних людей, разве что кожа светлее и в волосах нет пигмента. Можно сказать, жители Алгирска и мы — на самом деле один и тот же вид. Разница лишь в том, что албы, как и бигемы, — существа свободнорожденные. Мы живем в подземельях, но принадлежим себе. А люди, живущие в этом городе, — целиком и полностью управляемы. Их воспоминания — искусная подделка. Ну, как тебе это?

— Ты не сказала главного, — хмуро заметил Зубров. — Что надо этим терракотерам?