Чтение онлайн

– Я тоже не верю, что наша Энрин способна на такое. Мы все ее помним еще с пеленок. Я лично наблюдала за ее взрослением. И она никогда не доходила до жестокости. Если она убила Шарля, – Феликс посмотрел на старейшину со злостью. – Я говорю, «если» она убила Шарля, то значит была какая-то необходимость, и я хочу лично услышать от нее всю правду. Может это Шарль напал на нее, а она защищалась? Или вдруг она кого-то защищала? На данный момент у нас самих мало информации, поэтому не будем гадать. Приказ короля все слышали?

Старейшине даже не надо было громко говорить, все и так внимательно слушали. Томас сразу понял, что эту женщину стоит остерегаться.

– Это Морена, одна из самых уважаемых старейшин, – прошептала Энрин. – Она была главой до моего отца. Не думала, что она будет на моей стороне. С детства она меня всегда гоняла, я ее до жути боялась.

– Я так и подумал, что нужно убегать при встрече с ней, – ответил Томас.

– Она все равно тебя догонит, – улыбнулась девушка.

Дальше совет стал общаться на различные темы. У кого-то из трибун было несколько вопросов, двоих нужно было рассудить в споре, кто-то не поделил награбленное и подобное.

– Слушай, Энрин, – обратился Томас к девушке. – Может это и покажется странным, но Якоб уже много раз посмотрел на те балконы и улыбался.

Томас указал пальцем на балконы, расположенные как раз напротив местоположения совета. Энрин несколько минут разглядывала темное место. Сузив глаза и увидев что-то, она воскликнула.

– Вот же засранец, он все-таки решился.

Все произошло в одно мгновение, Томас даже не успел среагировать. Энрин быстро скинула с себя плащ и парень понял, что она делала за ширмой. Девушка облачилась в другую одежду. Укороченная черная жилетка, таким же цветом обтягивающие штаны и сапоги на каблуке. На левом плече находились два ремня, на которых были закреплены несколько маленьких кинжалов. Волосы, ранее распущенные, теперь затянуты на затылке в тугой хвост.

Девушка, не смотря на большую высоту, спрыгнула с балкона вниз и приземлилась на ноги прямо перед советом. Томас заметил, как что-то промелькнуло с того места, куда смотрел Якоб. Энрин вытащила два клинка из набедренных ножен и, резко взмахнув ими в сторону, отбила стрелу, которая летела прямо в Феликса.

– Томас, – крикнула девушка своему другу. – Поймай стрелявшего.

Томас сразу все понял и ринулся за ним.

– Энрин, что происходит? – громко спросил Феликс свою дочь, пытаясь перекричать дикий крик толпы.

– А правду нам расскажет мой дядя, ведь так? – Энрин указала острием клинка на Якоба.

Все сразу же повернулись к нему.

– О чем ты говоришь? – спросил Якоб.

– Начни с того, как ты убил Шарля, – ответила Энрин.

– Это все ложь! Его убила ты, а теперь пытаешься свалить вину на меня.

– Якоб, подожди, – сказал Феликс. – Энрин, если ты обвиняешь кого-то, то предоставь нам доказательство, иначе ты сама знаешь, какое бывает наказание за клевету.

– А доказательство есть, – ухмыльнулась девушка. Достав из-за пояса за спиной кинжал Якоба, она показала его всем. Потом повернулась к народу и продемонстрировала им. – Наверно, тут каждый знает, что это?

– Похож на кинжал Якоба, – выкрикнул кто-то из толпы.

– Правильно, Калваг, – Энрин повернулась к дяде. – Ты помнишь, где его забыл?

– Я давно его потерял, да и ты могла украсть его, – оправдывался Якоб.

– Этим кинжалом убили Шарля. Он хотел рассказать о заговоре против моего отца, но не успел.

– Каком заговоре? – одновременно спросили члены совета.

– На моего отца готовилось покушение, как вы видели. И за всем этим стоит Якоб.

– Что? – Феликс повернулся к брату. – Это правда?

– Конечно же нет.

– Есть свидетель, – продолжила Энрин. – Когда вы в последний раз видели Виктора?

– Я не видела его с прошлой ночи, – ответила Морена. – А вы?

Морена взглянула на остальных старейшин. Те замотали головой.

– Виктор сейчас находится в наименее престижном месте, а точнее, в тюрьме. Он рассказал, что пришел убить меня по приказу Якоба. Если нужно будет его опросить, то стражник по имени Марк нам поможет.

– Это все ложь, – Якоб стоял на своем. – Ты могла подкупить его.

– С каких это пор солдаты Орвилла будут помогать вору? Да, мы в некотором роде сотрудничаем с несколькими из них, но разве они будут покрывать убийцу? Тем более, упустить такой шанс и посадить саму дочь главы гильдии воров?

– Тут она права, – сказал старик из совета.

– Я предоставила доказательства, теперь решение за Вами.

– Да что вы ее слушаете! – закричал Якоб. – Это полнейший бред. Я всегда был верен гильдии, всегда защищал вас.

– Ты отрицаешь свою вину? – спросила Морена.

– Да.

– Хорошо. Раз больше нечего сказать, мы решим, кто виновен.

Совет удалился на совещание. Якоб взглядом готов был уничтожить Энрин. Феликс, не глядя на брата, подошел к дочери и обнял ее.

– Папа, ты меня раздавишь, – притворно произнесла Энрин.

– Я так беспокоился за тебя, – сказал отец.

– Со мной все хорошо, мне помогли.

– Вот когда появятся свои дети, тогда поймешь мои переживания, – начал поучать Феликс. – А это, насколько я понимаю, был Томас?

– Да.

– Мне послать людей ему на помощь?

– Поверь, он справится.

Энрин никому не рассказывала про силу и иногда меняющуюся внешность Томаса. Это был его секрет, и она не собиралась предавать его, тем более, после всего случившегося. Насколько она поняла, Томас сам мало чего понимал в своих изменениях, а у Энрин была кое-какая информация. Но у девушки не было времени поговорить об этом.

Совет старейшин наконец-то подошел к столу.

– Энрин и Якоб, выйдите в центр, – произнес один из старейшин.

Это был один из обычаев гильдии: когда объявляли приговор, то подозреваемый должен стоять в центре зала, чтобы каждый мог его видеть, если вдруг человека посчитают виновным.

– Мы обсудили сложившуюся ситуацию, – начала Морена. – Каждый пришел к своей точке зрения. Можем голосовать.

Когда члены совета расселись, Феликс встал позади них.

– Начинайте, – скомандовал глава гильдии.

– Я верю словам Энрин, – произнес самый старый советник. – Она предоставила подробные улики, веские доводы. Но даже если я ошибаюсь, то, как девочка могла украсть кинжал у одного из самых лучших воров Вэйленборна?