Чтение онлайн

– Ну и задал же ты нам работы! Ты ведь хитрец, парень. Вспомнить, что я тебе говорил про молитву из сердца, да в нужное время, - это надо умудриться. Пришлось нам с Колпаковичем за те слова перед Господом ответ держать. Еле выдюжили. Уж больно не хотели черти твоего Змия отпускать. Только с Божьей помощью и управились.

Мне и то тяжко пришлось, а бедняга Христофорыч половины бороды в Аду лишился, бесы выщипали. Теперь из нее зелье молодильное варить будут, поганые.
– Василий подмигнул мне и искоса бросил хитрый взгляд на насупившегося товарища.

Было видно, что простоватый Христофорыч не в первый раз служит объектом для шуток Василия Иакововича, и чует подвох. Чует. А рукой осторожно тянется к бороде, - проверить, все ли на месте. Я не выдержал и тихонько хихикнул. Вызвав гневное сверкание глаз владельца железной обуви и укоризненную улыбку Блаженного.

– Ты паря, не возносись раньше времени. Рановато тебе еще над стариками потешаться. Давай лучше о деле поговорим. Господь твою молитву принял, и мы, слуги его верные Змия сюда притащили. А что дальше с ним делать будешь, ты думал?! Как ты, человече, Ангела Тьмы укрощать собираешься?

А ведь ты это Богу обещал! – Ответить было нечего, и я промолчал. В конце концов, не для того угодники всю эту бучу затевали, чтобы на полдороги бросить. Василий понимающе усмехнулся, напомнив мне Кешу, то же периодически читавшего мои мысли.

– Хорошо молчишь! Господь милостив, дал тебе, что испрашивал и сил дал свое обещание выполнить. Отныне на поруках у тебя Демон Реальгар, и будет у него ровно столько воли, сколько ты ему дашь.

Для тебя это бремя тяжкое, а для него – еще тяжелее. Ибо волю свою и гордыню ангельскую предает дракон в руки слизняка человеческого добровольно. Верно говорю, Змиеще?! – Вопрос, адресованный Реальгару, Василий рявкнул так, что у меня зазвенело в ушах. Крылатая игуана на моих плечах тихонько пискнула и запустила свои коготки поглубже.

Я тут же хлопнул ладонью по влажному носу ящера. Слегка, но вполне доходчиво. Хватка когтей моментально ослабла. Блаженный улыбнулся и продолжил уже спокойным голосом: - Хорошее начало, мальчик. Поглядим, что дальше будет. Да, да, мы с Христофорычем за тобой приглядывать будем. Ты не смотри, что одежды у нас белые. Белое пламя жжет сильнее, чем багровый огонь Ада. Забалуешь – не помилуем.

Смысл сказанного Василием никак не вязался с ласковой интонацией его голоса. Я на миг закрыл глаза и увидел– блаженный фактически поручился за меня перед силой, на которую и мельком то глянуть страшно. Поручился, просто потому, что любовь была его природой. Любовь святого старца согревала всех попавших в его окружение, в том числе и меня. Согревала даже демона Реальгара, несмотря на яростное сопротивление с его стороны.

Впрочем, сейчас дракон вел себя как нашкодивший кот, всем своим видом показывая лояльность вызволившим его из ада угодникам. А Блаженный профессор, как ни в чем ни бывало, почесывал его под кожистым подбородком, - былые разногласия не мешали ему выражать свою любовь понятным Зверю способом.

Железный боец с нечистью Христофорыч был подобен другу, только разговаривать не любил, в силу простоты и прямолинейности предпочитая выражать свои чувства действиями. Блаженные физически не могли не любить все сущее, хотя их любовь временами и принимала форму подзатыльников. И даже ругаясь, они продолжали меня любить.

Василий на словах почти угрожал, а по сути, просил быть бдительным, не подвести его. Горячая волна затопила мое сердце, на глазах выступили слезы. Я не знал, как выразить святым свою благодарность, хотел сказать что-нибудь и не мог найти слов.

– Да не надо нам твоих благодарений! – Неожиданно выступил немногословный Христофорыч. – Ты свое спасибо делом докажи. И не нужно рожу кислую делать.
– Господу радование угодно, а не смурной вид!

Железный сандаль хитро подмигнул, и, тут же состроив обычную суровую мину, продолжил наставление: - Змий тебя искушать будет. Сам не хочет, а удержаться не сможет. Силу предложит и крепость свою ангельскую. Для дела хорошего, не для зла. Если надо – бери, не раздумывай. Господь для того Реальгара в мир и допустил, чтоб он нечисти рога поотшибал.

Только знай, чем больше силы у дракона возьмешь, тем больше власти он над тобой получит. А получив, назад уже не вернет. Ты уже раз себя терял, что такое одержимость знаешь сам. Власть упустишь – беда! Будешь убивать людей походя. Природу лютую за раз не переделаешь, помни это Платон, держи Змия крепко! Ему сие тоже во благо будет, поможет адскую гордыню обуздать.

Реальгару еще долго в земную школу ходить, прежде чем он без поводка и намордника тут жить сможет. Ты за него в ответе, а за тебя перед господом мы с Васей подписались. Этого тоже не забывай! – Железный сандаль замолк, а Василий подошел вплотную и, достав из кармана знакомый безразмерный платок, вытер мне слезы. – Второй раз за день угодник божий тебе сопли подтирает. Иной схимник такой чести и раз в жизни не удостоится, а тебе, засранцу, прости Господи, - такая милость!– Не упустил подколоть меня Христофорыч. Но голос его на сей раз был непривычно ласков

Я чувствовал, что время нашей встречи на исходе. – Катя! Нужно спросить у старцев, жива она, и, если да, можно ли вызволить ее из беды! И опять Василий опередил мои мысли: - Жива, жива твоя подруга. И душу ее из Ада ты сам того не зная спас. Ангелина с упырем Катю в плену черного стола держали, по сговору с мачехой и наущению Сатанопуло. Беса Леонидова и упыря уже нет, ведьма с мачехой – жалеют, что в живых остались. Да Катеньке от того не легче.

Жива девка. Только лучше бы было ей помереть. Испортил ее поганый кот. Сильно испортил. Пока душа ее в адовом столе заключена была, успел нечистый тело девичье по своему подобию переделать. Демонскую кровь в нее влил. Охота его взяла себе подругу из Катьки твоей сделать. Затосковал в одиночестве. Задумал свою стаю завести.

Душа человечья к девице уже вернулась, но в новом теле ей без постоянного присмотра хозяина крови не ужиться. Сатанопуло ты по ветру развеял, а без власти старшего демона младшему не выжить. С ума сойдет и в безумии на себя руки наложит, если люди добрые раньше не упокоят. Ты какой исход предпочесть хочешь? А, паря, я тебя спрашиваю?! Опять молчишь… - Старики переглянулись и, не сговариваясь, осенили меня крестным знаменьем.

Не знаю, как описать словами, но благословение угодников – штука сильная. Примерно как тонна прохладного медово-сладкого света внезапно вылившаяся с небес. «Игуан» на моих плечах беспокойно заерзал, а я вытянулся, как струна, наслаждаясь обрушившимся водопадом светоносного нектара.

Тем временем меня очень внимательно изучали две пары сияющих глаз. Видимо моя реакция на благодать показалась угодникам правильной, или что-то еще склонило чашу весов, - не знаю. Но Колпакович радостно просиял и одобряюще мотнул головой в мою сторону. Василий широко улыбнулся, подманил меня рукой поближе и тихонько шепнул: - Будет тебе совет, Платон. Есть одна лазейка. Ты ведь девице тоже кровь пить давал? И демон у тебя на плече пристроился не из последних.

Возьметесь вместе Катю окормлять, может и выживет. Да только, все, что она натворит, опять-таки на тебе, Платон, будет. Готов такую ношу нести?! А ты, змий, то же в деле?! – Реальгар радостно завилял шипастым хвостом, активно показывая: - Да, он в деле! Совсем, как дворовый пес, нашедший повод угодить строгому хозяину. Такое сравнение дракону пришлось не по вкусу, и он пребольно укусил меня за ухо. Хотя хвостом, подлец, крутить перед угодниками не переставал!

– Ну, быть по сему. Благословляю! – Громовым голосом рявкнул Василий и грянул о Земь посохом. – В моем мозгу будто взорвалась атомная бомба, море света смешалось с настоящей какофонией всевозможных звуков, закружилось стремительным водоворотом и выбросило меня на берег нашего привычного мира.

Впрочем, света в нашем мире тоже хватало. И почему то он светил мне прямо в глаза. В следующую секунду после пробуждения к световой вакханалии прибавились еще более острые ощущения. Мою грудь пробил мощный электрический импульс, тело выгнулось дугой, а истерический женский голос заорал – еще разряд, четыреста давай! Попытка вырваться из лап садистов оказалась безрезультатной. Руки и ноги мучители крепко зафиксировали на покрытом зеленой тканью алтаре.