Чтение онлайн

Как оказалось, Кеша тоже заметил перемену в Наташином настроении. Ждать развития событий он не стал и, мигом подлетев в раздухарившейся упырице с пол-литровым резиновым клистиром в руках, что-то впрыснул из него в приоткрывшийся от предвкушения трапезы вампирский хлебальник.

Голову девушки Наг крепко зажал между своих бедер, а кисти рук придавил к земле сапогами, напрочь лишив ее свободы маневра. Так что давилась, ногами сучила, плевалась, а лекарство проглотила.

Судя по тому, как забилось в судорогах тело потерпевшей, состав в клизме был невкусный. Вернувшаяся было на мгновение радость победы над Златовлаской, уже не грела мое сердце. Я с сочувствием созерцал мучения девушки. Огонь в ее глазах угас и, судя по тому, с каким страданием она на меня смотрела, происшедший недавно казус произошел не по ее воле.

Демоница, отравленная «лекарством» временно отступила и перед нами снова была несчастная человеческая женщина. Алхимический состав вернул Наташе контроль над телом, но так же вернул и боль. А как болит разлагающееся заживо тело, можно было только догадываться. Но одном я был уверен наверняка: - после лекарства тошнить должно не по-детски. Кому как не мне было знать о свойствах и вкусовых достоинствах Кешиных снадобий. Догадка не замедлила подтвердиться.

Наталья внезапно вывернулась из Кешиной хватки и упала на землю, свернувшись калачиком. Ее рвало раз за разом, сначала едой, потом слизью и чем-то желто-зеленым. Казалось, еще немного и девушка выблюет свою печень. Кеша стоял, устало привалившись спиной к бревенчатой стене светелки, и, с непроницаемым выражением на лице, созерцал наши разбросанные по грядкам тушки.

Вся сцена виделась мне с высоты примерно трех метров и представлялась очень живописной. Походила она скорее на сюжет традиционной японской гравюры, чем на зарисовку из жизни подмосковных дачников. – Картина Репина «Приплыли». – Подумал я и сразу вернулся обратно в тело. Вовремя, Кеша уже заносил над моей головой знакомое ведро с ржавой водой.

Я сел, слегка удивившись той легкости, с которой удалось подняться. Встал и удивился еще больше. Слабость будто рукой сняло. – Что ты со мной сделал?! – Спрашивая, я уже знал ответ.

Кеша был тут причастен только косвенно. Энергией со мной поделилась суккуба. А вот условия для такого маневра создал хитрый Наг, выманив ее на поверхность. Так же я понимал, что силы, рассеянной Демоницей мира Лилит при попытке воплощения, не хватит мне на долго, а второй раз ее обмануть не удастся.

– Ну что же вы ждете, делайте, за чем пришли! – Голос Натальи скрипел, прерывался и менял тональность. Он был почти не узнаваем, как запись давно умершего человека на пластинке из антикварного патефона.

Кеша склонился над свернувшимся в клубок тельцем девушки и тихо спросил: – Ты понимаешь, о чем просишь, Наташа? Может, не будем спешить. Твое тело можно поддерживать не только энергией людей. Животные тоже сгодятся.

Поживешь у меня в подвале, под землей власть Лилит тебя не достанет. Изредка даже на поверхность выходить сможешь, - лекарство даст возможность час другой времени сопротивляться суккубе. А там, глядишь, и найдем способ обуздать одержательницу… - Я понимал, что Кеша сам не верит в то, что сейчас говорит. И так же понимал, зачем он это делает. Наташе надо было дать выбор. Пускай иллюзорную, но свободу решать свою участь.

– Ты что, смеешься, Наг? – Теперь девушка говорила хриплым фальцетом, присвистывая при каждом вдохе. – Твой Змееныш для меня будет котов и Бобиков ловить, а я с ними совокупляться? А решите в отпуск сняться, так на крыс перейду…

Посмотри на меня. Я же гнию заживо! Я чувствую свое зловоние. Эта сука мучает меня, заставляя тело умирать частями, и говорит, что может длить такое страдание вечность! Она знает, куда бить. Красота всегда была моей силой, а сейчас трудно найти чудовище омерзительнее… Ну, тут я мог с Наташей поспорить, приведя несколько убедительных примеров, но похоже это не очень-то ее бы утешило.

– Наташа зашлась в сиплом кашле, минуту помолчала, будто прислушиваясь к чему-то внутри себя. – Не теряй времени, Наг. Она скоро вернется и подомнет мою волю. Не хочу. Лучше уж то, что ты предложил. Это будет честная сделка, если, конечно не обманешь… - Но разве у меня есть выбор? – Снова пристальный взгляд в глаза Кеше.

Наг грустно усмехнулся в ответ на скрытый упрек. – Ты знаешь, что неправа, девочка. Я уже не могу лгать, даже когда хочу. Мы постараемся не делать тебе очень больно, Наташенька. – С этими словами Кеша протянул мне тряпичный сверток, из которого торчала знакомая рукоять. – Ты знаешь, что делать, Платон? – Я молча кивнул.

Наг нагнулся к телу девушки и почти ласково подхватил его на руки. Шагнул к стоявшей в тени яблони деревянной скамейке и осторожно опустился на нее. Потом подал знак мне сесть рядом. Наташа обхватила его шею руками, уютно устроившись на коленях у Кеши.

Было тихо. Угомонились птицы, устроившись в своих гнездах на сон. Молчали цикады. Даже ветер, казалось, и тот обходил дерево, под которым стояла наша скамья.

Солнце уже спустилось за горизонт, а мы продолжали сидеть в полном молчании. Не знаю, сколько прошло времени, но по субъективным ощущениям, – вечность. Временами мне казалось, что девушка заснула. Но нет. Всякий раз, когда я искоса поглядывал в ее сторону, мой взгляд натыкался на широко распахнутые глаза. Внезапно мне почудилось, что на самом их дне мелькнула искорка серебристого света. Наташа подняла голову и тихо шепнула. – Пора.

Кеша достал из-за пазухи коньячную фляжку из нержавейки и дал ее в руки девушки. – Сама выпьешь или помочь?! – В его голосе не было привычного сарказма, но Наталья улыбнулась. – Ваше здоровье, господа Демоны! Чтоб тебе сдохнуть, сука Лилит!
– Она опрокинула фляжку одним молодецким глотком. Знакомый металлический запах заполнил мои ноздри.

Я был ошарашен. Моя еврейская натура не могла смириться с очевидным фактом. Кеша только что споил упырице целое состояние. При удачном маркетинге стоимость «коньяка» была никак не менее сотни миллионов долларов. Содержимым фляжки несомненно являлся бесценный аурипигмент. Как то Яцек предлагал продать ему мой личный запас, и за миллилитр сумма называлась шестизначная.

Кеша споил Златовласке дозу, достаточную чтобы удовлетворить всех земных упырей скопом, и не один раз. Оставалось только догадываться, как старик умудрился синтезировать такое его количество. Серебро в глазах девушки вспыхнуло факелом, разливаясь по телу и укутывая его ровным саваном. На моих глазах происходило чудо трансформы.

Через секунду вместо изъеденной тленом мертвячки у Кеши на коленях сидела Богиня. Произведение искусства, превосходящее все, что только можно вообразить о женской красоте. Прежняя Златовласка не годилась ей и в подметки.

Богиня смотрела на меня. Глаза обещали блаженство, немыслимое в нашем мире, а губы тихо шептали: - Делай же то, за чем пришел, милый мальчик… И я сделал то, о чем меня просили: - вонзил обсидиановый кинжал в божественное тело. Разворотил его плоть, от кончика грудины до горла, а за тем, не мешкая, вырвал из вспыхнувшей, как прожектор груди сердце.

И выпил из него кровь, а потом сожрал, разрывая зубами трепещущее мясо. Холодное сердце суккубы таяло нектаром на моем языке. И я продолжал рвать и глотать куски ледяного мяса, не обращая внимания на мольбу в глазах умирающей красоты.