Вид из окна
Шрифт:
– Почему же, всё очень хорошо, – и Катя вздохнула так тяжело, что вынудила спросить:
– Что-то случилось?
– Звонил Вирбинов, он отказался от своей партии АИРов, – её деловой тон немного меня отрезвил.
Вирбинов чуть ли не самый крупный заказчик, он не мог без особых причин отказаться от партии электродвигателей в сто двадцать штук. В бизнесе случается всякое. Я понимаю, можно отказаться от какой-то части заказа, если вдруг изменились обстоятельства, но, когда клиент неожиданно отказывается от крупной партии изделий при уже подписанном и согласованном договоре – это ошеломляет.
– В чём причина?
– Сказал, что пока не нужны, возможно, купит их позже. Но мне показалось, он обиделся на вас за вчерашнее.
– А что было вчера? – спросил я, догадываясь, что за своими новыми заботами упустил что-то важное.
– Вирбинов звонил вам, но вы не стали с ним разговаривать и даже сказали что-то обидное, оскорбили его; после чего он перезвонил мне и сказал дословно так: передай своему чокнутому шефу, когда он протрезвеет, что я с вашей конторой не хочу иметь никаких дел.
– Странно, я ничего не помню.
– Вы вчера весь день были рассеянный, смотрели в окно, злились, если вас отвлекали.
– Я работал с программой. Придумывал имя.
– Понятно, – в голосе Кати послышалась нотка жалости. Она смотрела на меня так, как могут смотреть медсёстры на безнадёжного больного.
– Что тебе понятно?
– Вы не обидитесь, если я скажу правду?
– Да нет же, говори всё, что думаешь.
– Мне кажется, вы очень одиноки, – познакомиться с живой реальной девушкой не можете в силу своего стеснительного характера, вот и придумали себе подружку.
Мне стало смешно. На моё увлечение новым окном Катя смотрела слишком по-женски. В самых простых и обыденных действиях она усматривала особый смысл, идею, причём не просто идею, а идею романтическую.
Честно говоря, я не считал себя одиноким и никогда не отнёс бы себя к разряду стеснительных людей. Я был доволен всем на свете: работой, собой, своей жизнью. Если бы я терзался одиночеством, то давно бы решил эту проблему.
– Кать, с чего ты взяла, что я одинок?
– Ну, вы не женаты…
– И только поэтому ты решила?..
– У вас и невесты нет.
– Может, у меня есть куча друзей и подруг.
– Я вижу, что у вас есть только деловые партнёры. А на женщин вы смотрите не как на, собственно, женщин, а лишь как на специалистов, профессионалов. Вот я… Меня вы воспринимаете только как бухгалтера – не более.
– А ты хотела, чтобы…
– Извините, я сравниваю вас с другими начальниками, с которыми доводилось встречаться. Знаете, почему я ушла с прошлого места работы? Мой начальник, наоборот, видел во мне женщину и только женщину. Ему было наплевать, что я специалист, что я много училась, что я полезный работник, что я человек, в конце концов. Он сразу выставил требование: приходить на работу в короткой юбке; он решал, какого цвета колготки мне надеть. Это ещё можно терпеть, но, когда он стал откровенно ко мне приставать, я не выдержала и ушла. Мой ревнивый жених всё порывался набить ему морду.
– Интересно, от меня ты что ожидала?
– Я просто хочу сказать, что вы другой. Прямая противоположность. Вы скованы, вы даже побаиваетесь женщин – я это заметила. Вам следует быть понахальнее, что ли, посмелее.
– Тебе не угодишь.
– Да не во мне дело. Ведь если вам понадобилась виртуальная девушка, это говорит о том, что есть проблема.
– Однако ты проницательна, – не скрывая сарказма, заметил я, – но, знаешь ли, я как-то не задумывался о своём одиночестве. Хотя тебе со стороны виднее. Спасибо за совет, непременно учту твои замечания.
Моя ирония от Кати не укрылась. Она и в самом деле проницательна. Сегодня эта проницательность меня раздражала.
– Катя, ты можешь идти домой.
– Вы обиделись?
– Нет, просто рабочий день закончился. Я тебя задержал, извини.
– А вы ещё не уходите?
– Поработаю, – ответил я сухо.
*
Задержавшись в офисе, я смог впервые наблюдать за тем, что происходит в новом окне после рабочего дня. Девушка некоторое время продолжала сидеть на скамейке. Но вскоре из-за угла появился великолепный «Понтиак» и подкатил к антикварному магазину. Из машины вылез парень лет двадцати на вид, он подошёл к скамейке. Инглис при этом поднялась и, парень, слегка наклонившись, чмокнул её в лоб. Затем он её обнял, крепко прижав к себе, и что-то шепнул на ушко. Вот кого она ждала!
Но в моей программе не было даже намёка на этого парня. Откуда он взялся? Он её жених, любовник – кто он?
Они сели в машину, и через мгновенье «Понтиак» скрылся из виду. Улица опустела. Я предполагал, что такой вид установится до утра, до появления нищего поэта перед газетным киоском. Но я ошибся.
Буквально через минуту после исчезновения Инглис и её кавалера на улице появился дворник с огромной метлой. Своим видом он напоминал дворников начала двадцатого века. На нём был длинный фартук из плотной ткани, фуражка с кокардой, на шее болтался свисток. Он был невысок и, вероятно по этой причине его метла казалась такой большой. Уверенными размашистыми движениями он принялся мести улицу в промежутке между газетным киоском и антикварным магазином.
Получалось, что в оконной программе кое-что появляется без моего ведома. Я срочно позвонил в «Занескол».
– Кто ваш консультант? – в первую очередь поинтересовались там, и я постарался как можно точнее описать внешность своего консультанта, сожалея, что не узнал его имени.
– Это Боря, – ответили мне, – но его сейчас нет. Что у вас случилось?
– Моя программа, мой вид из окна живёт своей жизнью. Происходят события, которые совершенно не предусмотрены программой.
– Иногда бывают сбои, – спокойно пояснил мой собеседник и пообещал, что консультант приедет ко мне завтра.
Утром я беседовал с Борей.
– Что вас не устраивает? – спросил он после того, как просмотрел программу в ускоренном режиме.
– Понимаете, тут есть такие сюжеты, которых не было в первоначальном варианте, они возникли сами собой.
– И что вас удивляет?
– Вот именно это и…
– Всё правильно. Вы задали условия, сочинили сюжеты и привязали действие по времени с восьми утра до пяти вечера. Программа выдаёт вам тот вид, какой вы хотели. Дальнейшее время, то есть вечер, ночь и раннее утро вы никак не оговаривали, а значит, программа работает произвольно и предлагает разные варианты развития действия. Если хотите что-то изменить – меняйте. Что не устраивает? Девушка, я понял, задана вами. Оставим. Дальше у нас автомобиль. Задан в противовес вашему, который проезжает по улице днём. Молодой человек – это водитель. Кстати, вы никогда не замечали, что ваш дневной автомобиль едет без водителя?
– Не замечал.
– Смотрите. Вы его нарисовали, запустили, он поехал, но вы забыли посадить туда водителя. Видите?
– Действительно.
– Забыли. Такое случается. Но программа сама нашла свободный объём памяти, подобрала образ и характеристику, дополнила ваш сюжет и создала водителя.
– И этот водитель близко познакомился с девушкой?
– А что?
– Да странно как-то получается.
– Что же тут странного, смешной вы человек? Если на всей улице только одна девушка и только один парень, то рано или поздно, так или иначе, они познакомятся. Простая логика. Она и он. Каждый день они видят друг друга.