Чтение онлайн

– Темные это были времена великих заговоров, интриг и разоблачений. Адэр свою юность провел на служении королю, при дворе. Мальчика боялись и звали ведьмаком. И был он верен королевской фамилии, которая его кормила и давала кров. Еще мальчиком он спас наследника от заговора, распознав злой умысел недоброжелателей. Много раз его пытались извести разными способами. Как-то ночью его вывезли в лес, чтобы учинить расправу, но, как утверждали многие, появилась стая свирепых голодных волков, и от обидчиков остались только лохмотья да красные пятна на снегу. Мальчик был напуган и продрог до костей. Звери обогрели его своими горячими телами, а с восходом солнца спровадили из леса. Самый слабый и больной волк отправился с ним, в замок. Так он обрел друга на всю жизнь. Говорят, и после его смерти волка часто видели возле его могилы, а по ночам он выл от тоски и одиночества.

Затем последовала тишина. Кайла застыла, смотря на двух каменных слушателей.

– Разве волки столько живут? – удивилась девушка.

– Многое, наверное, из этого, выдумки. Но вот о чем точно не врут, так это о его храбрости и воинских подвигах. Ведь после этого ему был присвоен титул, даны угодья и войско. И это поместье основал он. Кто его родители – о том нам знать и по сей день не дано. В источниках сказано, что из люда обычного, небогатого.

Мел, после последних событий, могла и в это смело поверить. В ее новой жизни не было места ничему невозможному, но так хотелось вернуться к серой повседневности сироты, в жизни которой было все просто.

«Интересно, дожив до шестнадцати лет, ее сестра находилась в доброй памяти?» Сестра, мать, отец. Оказывается, это все у нее когда-то было.

– Кайла, скажи, а что произошло с нашей мамой? Ее тоже не стало?

Они медленно брели по тропинке к пронзительно плачущим на ветру створам. Девушка постоянно оглядывалась на каменного графа и его верного хранителя.

– Это случилось давно. Тебя тогда здесь уже не было. Она исчезла, а потом… - старушка прервала повествование, а Мелинда, посмотрев на нее, поняла, что та смахнула навернувшиеся слезы.

– Кайла, извини, я не знала.

– Ее нашли спустя два дня, в лесу. Была зима, и она лежала на снегу, такая бледная и одинокая. Птицы выклевали ей глаза, а лицо было перекошено о ужаса в предсмертных муках. Моя девочка… - старушка застыла, мыслями она была где-то далеко, за добрый десяток лет.

– Вы с Катариной так на нее похожи. Я знала, что не стоило ей встречаться с вашим отцом, я знала, что все обернется несчастьем. Для нас всех. Сначала она, теперь Катарина. – Вдруг Кайла схватила Мелинду за плечи и встряхнула. – Верь только себе! Слышишь? Только себе, твоя кровь сильнее, чем ты думаешь, сильнее, чем думают они!

– Да кто они? Бабушка? Очнись!

Неожиданностарушка закрыла глаза и сделала пару глубоких вдохов.

– Знаешь, твой дедушка тебя очень любит и ждет тебя.

– Почему он здесь ни разу не навестил меня?

– У него имеются некоторые разногласия с твоим отцом. – Ее губы сложились в некоторое подобие улыбки. – Знаешь, он на вид черствый и грубый мужлан, твой дедушка, но в глубине души он мягкий и добрый.

– Но что же все-таки случилось с моей матерью?

– Говорили, что она сама сбежала в лес, что ей не хотелось жить. Многое болтали, но одно я знаю точно: не сама она себя жизни лишила, девочка, не сама. Отца она твоего любила, и вас, больше жизни своей.

– Но почему тогда позволила избавиться от меня?

– Не говори так. Они это сделали, чтобы уберечь тебя. – Кайла убрала яркую прядь волос с лица внучки и заправила за ухо. Ее руки были такими ледяными, что у девушки мороз по коже прошел.

У Мелинды было еще много вопросов, но заморозить престарелую женщину в ее планы не входило.

– Пойдем, ты замерзла.

Кайла в ответ издала звук, похожий на смешок. Они медленно, в тишине, нарушаемой треском деревьев, сгибаемых беспощадным ветром, побрели обратно. Когда они вышли на гравийную дорожку, ведущую к дому, Кайла остановилась и посмотрела на Мелинду.

– Мне пора. Деточка, помни то, что я тебе говорила.

– Хорошо, – Мелинда озадаченно кивнула. Вдруг ей стало как-то не по себе. Ей не хотелось здесь оставаться, одиночество вдруг с двойной силой захлестнуло ее, и на глаза невольно навернулись непрошеные слезы. Было ощущение, что они не увидятся больше никогда.

– Может, еще прогуляемся или поужинаем в моей комнате, думаю, можно организовать? – с надеждой, почти шепотом, спросила Мел.

– Мне уже давно пора. Я так люблю тебя, моя девочка.

Кайла медленно повернулась и направилась к центральной аллее, ведущей из этого богом забытого места, из которого ей так хотелось выбраться.

Она уже собиралась возвратиться в дом, как вдалеке услышала непонятные звуки, доносившиеся по другую сторону этого серого старого изваяния. Любопытство притупилозакравшуюся в сердце тревогу. Мелинда пересекла дом и вышла на внутреннее крыльцо. Звуки доносились с правой стороны.

Выйдя к площадке для верховой езды, Мелинда увидела мальчика, которому помогали спешиться с огромного черного, блестящего от пота коня. У Эрика в этот момент было горделивое выражение лица, которое раскраснелось во время занятия.

– Макс! Ты видел? Видел? – увидев, к кому обращается мальчик, она остановилась как вкопанная, а сердце привычно, при виде этого высокого светловолосого красавца, пропустило пару ударов.

Эрик уже был на половине пути к нему, но тот резко вскинул руку, ладонью вперед, потом показал на телефон и отвернулся, давая понять, что у него важный разговор.

«Ну вот, а говорят еще, что она плохо воспитана!»

Эрик с разочарованием пнул попавшийся под ноги камень, а затем быстро развернулся и увидел Мел. Они с интересом рассматривали друг друга.

Мелинда невольно улыбнулась, чтобы подбодрить мальчика.

Эрик еще раз пнул в ее сторону камень, как бы случайно. За три попытки он добрался до того места, где стояла она.

– Почему ты так смотришь на меня?

– Может, сначала стоит поздороваться, малявка? – Мелинда обезоруживающе улыбнулась, когда он с вызовом посмотрел ей в глаза.

– Не тебе меня учить!
– продолжал он в том же духе.

– Смотри не лопни! – она легонько провела рукой по его волосам, взъерошив их. Мальчик резко отстранился, приглаживая волосы. – Меня Мелинда зовут, но можешь звать меня просто Мел.

Мальчик смотрел на ее протянутую руку, но свою протягивать на- встречу не спешил.

– Ну же, я не так плоха!

Эрик в нерешительности протянул свою маленькую горячую ручку и, на удивление, для такого худенького ребенка, крепко пожал ее замерзшую от долгой прогулки руку.

– Меня зовут Эрик и мне восемь лет. И еще мама строго запретила с тобой общаться.

Мелинда присвистнула. «Ну и родственнички». В последний раз такое девушка слышала лет десять назад, когда сама сбегала на центральную детскую площадку, а брезгливые мамаши запрещали своим ненаглядным отпрыскам играть с ней то ли из-за того, как та была одета, то ли из-за вшей, которых у Мел никогда в действительности не было.