Чтение онлайн

Так что, пропущенное у Кощея я изучала с каким-то неожиданным удовольствием. Неужели я так зависима от внимания?

Днем за мной заходит Дан и ведет меня на обед. Он рассказывает о том, как сегодня зверствовал Майн и как наш тихоня одногруппник – ботаник послал его на три буквы. Из-за чего, вся наша группа влетела на внеплановый промежуточный тест по пройденным материалам.

Я удивленно слушаю и никак не могу уложить в голове, что для меня Майн приготовил подробную лекцию, мне даже не пришлось самой что-то искать, все его ссылки на источники были очень полезными и рабочими. Делюсь этой информацией с Даном, на что тот даже присвистывает.

– Наверное ему меня жалко было. Или же приказ ректора имеет вес.

– Скорее всего второе. Жалость и Кощей вещи точно несовместимые.

– А может, вы его просто разозлили, ведь лекции он прислал утром.

– Может быть, - кивает задумчиво.

– Интересно, мне придется писать этот тест?

– Я хотел спросить, но решил не привлекать к тебе внимание, слишком уж он раздраженный был. Мне кажется, он может спросить тебя на следующей паре устно, - произносит мрачно Дан, задумавшись.

– Я спрошу у него, - произношу спокойно. Почему-то не глядя в его серые колючие глаза, проще задать вопрос. Он не режет. Тем более он уже должен был успокоиться.

Я тут же набираю сообщение, ведь теперь у меня имелся его емейл. Судя по логину, личный, а не рабочий.

Дан хмурится сильнее, но не препятствует, напротив, заглядывает в мой телефон.

«Когда мне будет необходимо сдать сегодняшний тест?» - пишу, как мне кажется, наиболее безопасный вопрос.

Ответа не следует и я откладываю телефон. Пока ем, мы с Даном вновь общаемся.

Но буквально через пять минут телефон вибрирует и на экране всплывает сообщение, от чего у меня все ухает вниз.

– Майн, - произношу напряженно, ведь вопреки спокойствию, с которым писала, я допускаю, что меня сейчас пошлют или скажут сухо когда прийти, в общем, готовлюсь к дополнительной нагрузке и это нервирует.

«Вам не нужно писать тест, Солох. Покажите перед парой написанные лекции по пропущенному материалу».

Его ответ удивляет. Да что там, шокирует. То есть, мне ничего не будет? Я не попала под раздачу? Даже улыбаюсь неверяще.

– Что там? – Дан склоняется ко мне, заглядывая в телефон.

– Круто, - хмыкает как-то задумчиво.

И почему у меня опять чувство, что есть подтекст?

– Что-то не так? – спрашиваю серьезно, стараясь говорить шепотом.

– Все хорошо, Ксюш, - произносит серьезно, чмокнув меня в скулу.

Покачав головой, я быстро доела и мы с Даном пошли обратно в комнату. У него еще сегодня были пары, а у меня самостоятельное изучение материала.

Но буквально через полчаса после ухода Давиана, в мою комнату постучали. Звук настолько инородный в это время, что я вздрогнула.

Против воли обвела взглядом комнату, ощущая как расползается по телу липкий страх.

И все-таки, так как стучали в дверь, я переборола страх и открыла, тут же разинув рот.

– Добрый день, Ксения. Я могу войти? – произносит со спокойной отеческой теплотой ректор.

– Конечно, Николай Астафьевич, - произношу заторможено, отходя в сторону.

Мужчина входит в комнату, неся за собой легкий шлейф мужского парфюма.

Он как всегда безупречен от укладки, до идеально отглаженного костюма. В нем чувствуется человек привыкший руководить. Таких я умела определять. Но вопреки опасениям, в ректоре не ощущалось угрозы. Ему хотелось верить. И еще, хотелось надеяться, что я не заблуждаюсь. Ведь я помню, как вчера он смотрел на Дана.

– Как Вы себя чувствуете, Ксения? – произносит, остановившись около окна и развернувшись ко мне. Руки он сложил за спиной и уставился проницательными темными глазами в мое лицо.

И что они все в нем пытаются найти?

– Я хорошо себя чувствую, спасибо за беспокойство, - обнимаю себя за плечи, так как мне не очень комфортно находиться с ним в одном пространстве.

– Я рад, - улыбается уголками губ ректор, все еще рассматривая меня.

– Вы хотели уточнить, не зря ли освободили меня от пар? – задаю самый логичный вопрос, пришедший в голову.

Ректор удивленно вздергивает брови и улыбается одними губами.

– Не беспокойтесь, я не собирался отправлять Вас на пары. У меня к Вам разговор, Ксения.

Почувствовав, как вновь по телу поползли мурашки, колючие и беспощадные, я села на край кровати, лишь кивнув.

Ректор же легко схватил одно из кресел мешков и опустил его в метре от меня, так, чтобы сесть напротив.

Почему-то сразу захотелось подтянуть к себе ноги, но я заставила себя сидеть тихо.

Мелькнула мысль, что если ректор несет угрозу для меня, то наверное, призраки, что бродят по академии, успеют донести до Дана.

Неожиданно, главный мой страх оказался моей незримой защитой.

Чуть успокоившись, я взглянула ректору в глаза. Ведь тот продолжал молчать, все еще с интересом рассматривая меня.

Поймав мой взгляд, ректор ободряюще улыбнулся, будто…знал?

– И так Ксения, я хочу, чтобы Вы рассказали мне о том, что такого сказал, а может быть и показал Вам вчера Рагдар, что настолько Вас испугало, - произносит он серьезно, вызывая на моем лице шок.

– Ааа…Ооо… о чем Вы? – хмурюсь, мысль, что он может навредить Дану слишком осязаема. А что если у Видящих есть враги? Может быть те, кто их ловит или тому подобное? Или им запрещено говорить об этом кому-либо?

Как общаться с душами? Если я позову мысленно, они придут на помощь? Боже.

– Я о том, что человек не должен видеть то, что скрыто, - подтверждает мои догадки о том, что ректор знает. Знает куда больше.

Я напрягаюсь, мысленно прошу прийти Дана. Без понятия как это работает. Но мне явно нужна помощь. А что если он придет сюда и это будет опасно для него? Черт! Нельзя.

– Я совершенно не понимаю Вас, Николай Астафьевич, - произношу скупо, максимально контролируя голос. Это сложно, ведь во мне все вибрирует.

Ректор же понимающе улыбается и будто прислушивается. Я тоже прислушиваюсь, но ничего кроме собственного пульса не слышу.

– Я рад, Ксения, что Вы защищаете Видящего, а не бежите от него в страхе, - произносит вдруг с доброй улыбкой, сложив на коленях руки в замок, - ведь не каждый Видящий может рассказать о том, кто он и при этом не быть отвергнутым близкими. Это доступно далеко не всем. И я рад за Давиана именно потому, что он открылся и его поняли, хоть это и было нелегко для Вас. Я прав? – смотрит внимательно, а я даже не знаю, что ответить.