Вихрь войны
Шрифт:
— Всё это замечательно и греет мне душу, пока не появится в вашей речи интересное слово «но» — подбодрил собеседника.
— Но есть обстоятельства — кивнул капитан — превалирующие над всем, что я сказал ранее. Вам я могу озвучить новости, ведь вы носитель клятвы — ох как люблю тайны-интриги-расследования — всё не так радужно на границе, степняки быстро продвигаются вглубь королевства.
— Измена?
— Как вариант — кивнул капитан, хотя то, что он мне выдаёт, тянет на гораздо большее звание, значит, канцелярские выше по значимости на пару шагов, то есть передо мной условный полковник, а может… — но лично я считаю, и со мной многие согласны, просто зажрались наши аристо. Даже перед угрозой серьёзного поражения, всё равно продолжают грызню.
— Что именно от меня требуется? — уже я вздохнул — вам нужен палач под клятвой, который не зассыт упасть в клубок змей, или эффективные армейские операции?
— Да всё нам нужно — устало прикрыв глаза, ответил капитан — это в мирное время королевская канцелярия большая и жирная, просто так проедающая бюджет. А как петух клюнет жареный, так аорта на разрыв. Я не удивлюсь, если ваши парни не дойдут до передовой, увязнув в поместном дворянстве, приводя местных идиотов во вменяемое состояние. Ещё церковь подливает масла в огонь.
— С этого места поподробнее — как-то резко это прозвучало про церковников.
— Последние лет пять нагнетается тема о чистоте крови — пояснил капитан — знаю, вам не нравится такая формулировка, уж простите. В общем, нетерпимость к нелюдям постоянно растёт, начинаются притеснения. Что характерно, всё чаще стража прикрывает рьяных поборников чистоты. Сами понимаете, это не придаёт стимула ушастым и хвостатым вступать в ряды королевской армии на контракт, закономерно считая, что всех тупо отправят на убой в первых рядах.
— А здесь я такой красивый, а в моей гвардии этих самых нелюдей навалом — продолжил мысль — хороший стимул показать равенство, заодно пнуть любителей поорать лишнего?
— Приятно беседовать с умным человеком — позволил себе улыбнуться капитан.
— Внутренние войска, вот чего вы хотите — канцелярский непонимающе на меня посмотрел — выпускать на разборки регулярную армию это крайность. Но дворянин под клятвой не вызовет сильного отторжения, даже имея особые полномочия, даже если кого-то казнит или отправит за решётку. Моих сил по вашим расчётам должно хватить на успокоение самых сильных противников Короны или явных фанатиков, раскачивающих королевство изнутри.
— И вы согласитесь? — капитан пытался скрыть надежду в голосе, но явный недосып и постоянный нервяк делают своё дело.
— Вы не понимаете, чего просите, господин полковник силового крыла королевской канцелярии — да, чёрт возьми, попал в десятку. Канцелярский резко поменялся. Никакой усталости, острый взгляд, прожигающий насквозь, ещё и менталист. Браслет всё-таки оборвал его вмешательство. А то, что передо мной полковник понять было нетрудно. Как сказала София, звание генерал-бригадира имел только глава канцелярии. А меньшего по званию, да и статусу, ко мне точно бы не послали, после таких волшебных откровений.
— Значит, герцог не ошибся в вас, как и мои головастые мальчишки — улыбнулся полковник.
— Даже не знаю, что вам ответить — пожал плечами. А мальчишки, это те, кто обладает даром Превосходство Разума, как и София.
— Концепция, озвученная вами, граф, вполне нам подходит — снова перестроился канцелярский — но по вашему виду и ответу понятно, вы не особо рады.
— В курсе, под каким именем меня знают местное ворьё? — внимательно смотрю на собеседника.
— Палач — кивнул полковник.
— Но это не значит, что оно мне нравится — продолжил свою мысль — но именно с таким багажом вы хотите отправить меня в путешествие по Анимории. Причём всё это заранее попахивает интригами и предательством. По факту я буду в окружении потенциальных врагов, и никакая воля Короны с запретом на кровавые разборки меня не спасёт, просто прикопают в лесу, и дело с концом, как и всех моих людей. А местное жульё разграбит всё наше наследие, как только узнает, что меня нет в списках живых. Точнее, на пепелище сядут те, кто выживет, после смерти моей семьи.
— Вот только от трети Долины ничего не останется — усмехнулся полковник — я ознакомился с описанием силы дара ваших жён и приближённых. Таким сочетанием похвалиться могут немногие.
— Это не отменяет того, что все мы смертны — возразил в ответ — вот только даже вы не представляете, что я сделаю, если кто-то из моих близких покинет этот мир раньше предначертанного — браслет Стратега вспыхнул, тонко намекая на последствия.
— Не хочу об этом думать — примирительно поднял руки полковник. Засранец до сих пор не назвал своё имя — как и просчитывать такие последствия. Мы приложим все силы, чтобы избежать любых конфликтов. Но даже моё слово для вас не авторитетно, верно?
— На то есть причины, полковник — сам налил себе вина, сразу опустошив бокал — вам ли не знать. Но сейчас настало время торга. Пред этим я бы хотел узнать, будет ли активен мой браслет стражи за территорией Долины?
— Вот это как раз не проблема — пожал плечами полковник — вам всё равно придётся пройти через столицу Анимории, там мы привяжем ваш браслет к центральному артефакту Судей, полномочия будут подтверждены на всей территории королевства. Дополнительно получите всё то же самое на бумаге. Если мы придём к согласию, разумеется.
— Итак, многоуважаемый королевский посланник…
— Дорогой, почему тот канцелярский, трущийся рядом с герцогом, смотрит на тебя так, будто заложил тебе в долг всю свою семью в полном составе, даже рыбок в аквариуме? — с тревогой спросила Мидори — а сам герцог вот-вот расплачется от радости?
— И что такого в тех документах, с которыми обнимается София? — подхватила Мери — я пыталась посмотреть, она мне чуть руку не отгрызла, постоянно повторяя «Моя прелессссть».
Мы были на светском балу по случаю формирования сводной армии Долины, который устроил герцог. Чтобы показать статус дворян, ушедших на войну, пригласили всех, вплоть до последнего мобилизованного баронета, поэтому было шумно и людно. Зато на общем фоне все снобы терялись, было весело, люди свободно общались и знакомились.
— Скажем так, выше нас в Долине только герцог — тихо ответил дамам. Мирра поперхнулась канапешкой, Мери чуть не пролила вино на новое платье — нам разрешено расширить силовую часть рода с десяти тысяч до двадцати, не считая дружин трёх наших баронов и много чего ещё.