Виконт, который любил меня
Шрифт:
– Превосходно!
– воскликнул Колин.
– Мы будем равномерно распределены. Три джентльмена и три леди.
– Игра проводиться между командами?
– спросила Кэйт.
– Нет, - ответил он.
– Но моя мама всегда говорила, что нужно быть равномерным во всех вещах. Она будет встревожена, если мы будет играть с нечетным числом участников.
Кэйт не могла себе представить прекрасную и добрую женщину, с которой беседовала совсем недавно, расстроенной из-за игры в Пэлл Мэлл, но решила, что это не её дело.
– Я позабочусь о привлекательной мисс Шеффилд, - проговорил Энтони, выглядя невыносимо самодовольным.
– Колин, почему бы тебе ни проводить эту мисс Шеффилд до поля. Я подойду туда через полчаса.
Кэйт открыла рот, чтобы возразить против прогулки Эдвины одной в компании с виконтом, но, в конце концов, промолчала.
Не было никакого разумного объяснения, которое она могла дать, чтобы предотвратить прогулку, и она знала это.
Энтони уловил, когда она открыла и закрыла рот, как рыба, и один из уголков его рта поднялся вверх в очень неприятной ухмылке.
– Я рад видеть, что вы не возражаете, мисс Шеффилд.
Она лишь презрительно фыркнула. Если бы она сказала какие-нибудь слова, они бы не были вежливые.
– Превосходно, - сказал Колин, - Тогда мы подождем тебя с Эдвиной там.
Затем он подал руку Кэйт и повел её, оставляя позади ухмыляющегося Энтони.
Кэйт с Колином отошли от дома примерно на четверть мили, когда пришли на чистую неровную площадку, расположенную на берегу озера.
– Это и есть тот расточительный дом для красного шара, я полагаю?
– спросила Кэйт, двигаясь к воде.
– Жаль, поскольку мы обычно использовали набор шаров, достаточный для восьми игроков; мать настояла на таком, чтобы могли играть все её дети.
Кэйт не могла решить улыбаться ей или хмуриться.
– Вы очень дружное семейство, не так ли?
– Самое лучшее, - просто ответил Колин, идя к, видневшемуся неподалеку, сараю.
Кэйт пошла вслед за ним.
– Вы знаете, который сейчас час?
– позвала она его, при этом сжав руки.
Он остановился, полез в карман за часами, с громким щелчком открыл их, и ответил:
– Десять минут четвертого.
– Спасибо, - сделав над собой усилие, ответила Кэйт.
Мыслями она была уже с Энтони и Эдвиной. Они оставили Энтони, где-то без пяти минут три. Он пообещал привести сюда Эдвину максимум через полчаса, так что они должны будут прийти сюда в двадцать пять минут.
Половина четвертого - самый крайний срок. Она должна учитывать возможные неизбежные задержки.
Колин продолжил свой путь к сараю. Она посмотрела ему вслед с интересом, так как в этот момент он открывал дверь.
– Она совсем ржавая, - прокомментировала она.
– Её не открывали с тех пор, как мы последний раз здесь играли, а было это давно, - сказал он.
– Правда?
– с удивлением спросила Кэйт.
– Если бы у меня был такой же дом, как Обри-Холл, я никогда бы не поехала в Лондон.
Колин обернулся к ней, стоя в дверном проеме.
– Вы знаете, что вы очень похожи на Энтони?
Кэйт задохнулась от негодования.
– Уверена, это шутка.
Колин с улыбкой потряс отрицательно головой.
– Возможно, это потому, что вы оба самые старшие. Один Бог знает, как я рад и благодарен, что не оказался на месте Энтони.
– Что вы имеете в виду?
Колин пожал плечами.
– Я просто не хочу разделить его обязанности, вот и все. Титул, семья, благосостояние - это все очень трудно выдержать.
Кэйт не хотела слышать, как хорошо Энтони принял обязанности своего титула; она не хотела слышать ничего, что могло бы изменить её мнение о нем. Хотя она должна признать, что она была очень удивлена его извинениями и их очевидной искренностью раннее этим днем.
– Что станется с Обри-Холлом?
– неожиданно спросила она.
Колин уставился на нее непонимающим взглядом, словно забыл, что беседа началась с её невинного комментария о том, насколько прекрасен их загородный дом.
– Ничего не измениться, я думаю, - наконец, ответил он.
– Все останется так же. Энтони любит это место.
– Но он проводит все свое время в Лондоне, - сказала Кэйт, - Разве не так?
– Я знаю, - пожал плечами Колин.- Странно, не так ли?
Кэйт ничего не ответила, только наблюдала за ним. Он зашел в сарай.
– Вот что у нас есть, - произнес Колин, вытаскивая оттуда небольшую деревянную тележку, предназначенную для восьми молотков и восьми шаров.
– Немного покрылось паутиной, но все в полном порядке.
– За исключением красного шара, - сказала Кэйт с улыбкой.
– Я полностью обвиняю в этом Дафну, - ответил Колин, - Я во всем обвиняю Дафну. Это существенно облегчает мне жизнь.
Кэйт обратила внимание на приближающуюся очень красивую пару. Мужчина был дьявольски красив с темными волосами и светлыми глазами. Женщина была, несомненно, из семейства Бриджертон с теми же каштановыми волосами, что у Энтони и Колина. Нет сомнения, такая же особая красота и обаятельная улыбка. Кэйт слышала, что все Бриджертоны очень похожи друг на друга, но не верила этому.
– Дафна, - позвал Колин, - Ты пришла, как раз вовремя, чтобы помочь нам поставить воротца.
Она улыбнулась ему.
– Уж не думал ли ты, что я позволю тебе самому ставить воротца?
Она повернулась к мужу.
– Я совсем не доверяю ему в этом вопросе. Я не уверена, что смогу перебросить шар, если он опять неправильно поставить воротца.
– Не слушайте её, - обратился Колин к Кэйт.
– Она очень сильная. Я готов держать пари, что она может меня бросить прямиком в озеро.
Дафна закатила глаза и повернулась к Кэйт.
– Так как я уверена, что мой несчастный брат уже забыл обо всем, я представлюсь сама. Я Дафна, герцогиня Гастингс, а это мой муж Саймон.
Кэйт сделала изящный реверанс.
– Ваша светлость. Она повернулась к Саймону и сделала то же самое: - Ваша светлость.
Колин махнул рукой в её сторону.
– Это мисс Шеффилд.
Дафна смутилась.
– Я только что пропустила Энтони в дом, и он сказал, что приведет мисс Шеффилд с собой.