Виктор 1. Memory
Шрифт:
Самому не верилось, но впервые, кажется, за последние двадцать лет, я почувствовал себя в безопасности. Такое ощущение у меня было рядом с Крисом. Я знал, что он убьет любого, кто попробует причинить мне вред. Даже с Сэлл я такого не испытывал. За нее я боялся. А за Криса, да теперь, кажется, еще и за Игоря, не особо.
Я потерся щекой о его руку. Игорь погладил меня по волосам.
– Я решил...
– начал он.
– И что же ты решил?
– почти мурлыкая от удовольствия, спросил я.
– Я увольняюсь.
Мои глаза резко распахнулись, я сел на кровати. Игорь, сидевший и до этого, чуть отодвинулся.
– Почему?
– единственное, что я смог спросить.
– Потому что я не могу себе простить своей оплошности. Я не должен был тогда целовать тебя. Это была огромная ошибка, - спокойным тоном объяснил мне Игорь.
– Но... но к чему тогда...
– я замолчал.
– Неважно. Раз ты так решил, то будь по-твоему.
Я встал и подошел к принтеру.
– Сейчас я распечатаю бланк об увольнении и все оформлю.
На душе было, мягко говоря, мерзко. Возникло ощущение, как будто меня жестоко обманули.
Принтер с тихим гудением выдал мне лист. Я, не оборачиваясь к Игорю, включил ЛК и вбил в базу данные об увольнении. Потом почти то же самое написал на листе.
– Знаешь, - раздался позади меня голос Игоря. Я обернулся.
– То, что я сделал сейчас, тоже было грубой ошибкой. Потому что...
Я не дал ему договорить.
– Вот, - я протянул ему лист.
– Распишись, и все. Ты уволен.
Он встал, подошел ко мне. Взял лист в руки и, прочитав его, поставил подпись.
Я отвернулся и положил лист на принтер. Вот теперь точно все... Иллюзия защищенности, иллюзия нежности... Все! Хватит... хватит.
Я опустил голову... И тут же меня развернули. Игорь посмотрел мне прямо в глаза.
– Это было грубой ошибкой, потому что я сделал тебе больно... Прости.
Я удивленно заморгал. Но времени подумать мне не дали. Игорь толкнул меня на кровать, сам сел сверху и поцеловал.
На этот раз поцелуй вышел страстным. Я застонал. Да что он делает?!
Игорь начал расстегивать мою рубашку. Я перехватил его руки. Он отстранился от меня и удивленно посмотрел.
– Что ты сейчас делаешь?
– выдохнул я.
– Я? Разве не видно? Расстегиваю твою рубашку.
– Зачем?
Он склонился и поцеловал меня в шею. Я, против своей воли, со стоном подался вперед.
– Как зачем?
– с легким смешком продолжил Игорь.
– Чтобы было удобней тебя целовать.
С этими словами он снова поцеловал меня... Садист! Сволочь и прочие нежности.
– Игорь!
– крикнул я, как можно более жестко.
– Что?
– Либо расскажи, зачем ты это делаешь, либо уходи.
– Ничего себе!
– воскликнул он, отстраняясь - Ты ставишь мне ультиматум!
– Я не люблю загадок. Ясно? Я люблю правду...
Игорь внимательно посмотрел мне в глаза. Потом выдал:
– Насколько я тебя знаю, и правду ты тоже не особо любишь...
Я молчал, ожидая ответа на свой вопрос.
– Хорошо. Я уволился, так?
– Да, - пока все равно ничего не понятно.
Игорь склонился и прошептал мне прямо в губы:
– А это значит, что я могу быть с тобой, не нарушая правил.
Я проморгался. Боги! Я тупею с каждым днем все больше и больше.
– И поэтому, - тихо продолжил Игорь, - я буду с тобой, если ты этого захочешь. И работать тоже буду, как обычно. Если захочешь.
Он поцеловал меня. Потом, через несколько минут, я обнял его и сказал:
– Конечно, хочу.
Уснули мы только на рассвете...
***
Проснулся я опять от поцелуев.
– Вставай, Вик, - прошептал Игорь мне на ухо.
– Угу, - автоматически сказал я. А потом подумал и изменил свой ответ: - Неа, не хочу.
– Надо. И тебе, и мне нужно работать. Тем более, пока ты спал, со мной связалась Рейчел и сообщила, что есть очень интересный пациент.
– Игорь, что ли?
– Да, мой тезка. Хочу с ним пообщаться. Да и Рейчел отдохнет. Так что...
– Ладно, ладно. Уже встаю, - пробурчал я, потягиваясь.
Игорь спрыгнул с кровати и пошел одеваться. Я тоже встал, сходил в душ и оделся. Когда я вышел оттуда, Игоря уже и след простыл. Так спешит познакомиться с еще одним Игорем или просто по работе соскучился? Вполне возможно, что и то, и другое...
Я вышел из своей палатки и сразу направился к Францу.
Тот сидел в рубке корабля и что-то сосредоточенно печатал. Я тихо подошел к нему и, склонившись, спросил:
– Чем занимаешься?
Франц только вздрогнул и молниеносно свернул записи.
– Ничем, так, кое-какие документы разбирал. Рад, что вы поправились. Я хо...
– Ага. Бла, бла, бла и все такое прочее, - с улыбкой проговорил я.
– Я хочу знать, что ты сейчас печатал.
– Текст, - слегка заикаясь, проговорил Франц.
– Просто текст.
– Франц, - обратился я к нему, - я бы тебе с легкостью поверил, но ты абсолютно не умеешь врать. И еще ты ни разу не сказал 'сэр'.
Франц молчал, чуть приоткрыв вот. Я в этот момент быстро протянул руку к клавиатуре и развернул текст.
– Сэр!
– возмутился Франц.
– Ти-хо!
– сказал я, вчитываясь в текст.
'Он думал, что его никто не видит, и поэтому взял артефакт в руки. Вокруг было тихо, и полумрак рассеивала только луна, в провал разрушенной крыши. Вот он, момент истины. Что случится, когда артефакт решит откликнуться на его зов? Он так долго его искал, так жаждал прикоснуться к ребристой грани чуда...'
– Сэр! Я же сказал вам, что...
– снова начал Франц.
Я его грубо перебил: