Чтение онлайн

– Мам, приготовь гостье завтрак, а я пока схожу к Алану. Он дома?

– Я же тебе вчера говорила, что он месяц назад с завода уволился. Где ему еще быть?

Алан Супреев, детский приятель Александрова, с которым они играли в юношеском составе усть-каменогорского «Торпедо», жил в этом же подъезде, только этажом выше. Когда он увидел на пороге своего друга, то первые мгновения стоял как вкопанный, не в силах произнести ни единого слова. Да и потом, когда они обнялись и нежданный гость зашел в квартиру, Алан еще какое-то время хранил молчание, не веря в то, что к нему пришел его старинный приятель, с которым они не виделись около года – с тех пор, как Александров навещал мать сразу после Олимпиады в Инсбруке.

Они прошли на кухню, где в детстве частенько сиживали допоздна, когда приходили с хоккея домой и коротали время в спорах на всё ту же хоккейную тему. С тех пор на этой кухне мало что изменилось, даже вид из окна был прежний – внизу раскинул свои владения детский сад, а вдалеке виднелись корпуса Востокмашзавода, на котором некогда трудился Алан. Глядя теперь на его очертания, Александров спросил:

– Мать сказала, что ты с завода уволился?

– Не уволился, а уволили. А вот почему, не спрашивай – длинная история.

– Из заводской команды тоже турнули? – усаживаясь на табуретку, продолжал свой допрос Александров.

– А вот это дудки – играю.

– Хорошо, а то я тебе новые краги привез. Зайдешь потом к матери, заберешь.

– Спасибо, знаешь, чем обрадовать старого приятеля.

– Зато ты не знаешь – зачем матери вчерашний «Советский спорт» показал?

– Так то не я. Вернее, не по моей вине вышло. Ей кто-то по телефону позвонил и про статью рассказал. А она ведь знает, что я «Советский спорт» выписываю. Ну, естественно, пришла… Дальше сам понимаешь.

Друзья какое-то время помолчали, после чего Алан нашел в себе смелость спросить:

– Тебя самого из ЦСКА теперь турнуть не собираются?

– Если турнут, я сюда вернусь – буду за родное «Торпедо» гонять.

– Ты сам-то веришь в то, что говоришь? – усмехнулся Алан. – Наши вот-вот во вторую лигу вылетят, а ты возвращаться собрался. Если в Москву попал, то держись за нее до последнего. Ты ведь один из всего нашего призыва смог не только в столице закрепиться, но и славы вдоволь хлебнуть – Олимпиаду выиграл, чемпионат СССР, против самих канадцев сумел поиграть. Таких успехов больше ни у кого из наших нет – ни у Равиля Гатаулина, ни у Володьки Локотко. Кстати, как они?

– Равиль по-прежнему играет в столичном «Динамо», а Володька – в «Крыльях Советов». Но я с ними редко вижусь. Ты лучше расскажи, как у тебя с Ленкой?

– Разбежались, как только с завода уволился. Ну, и ладно. Мне в моей «двушке» без бабы даже легче – дышится свободнее. Ты, женатик, мне теперь, небось, завидуешь?

Ответить Александров не успел – в дверь позвонили. Алан отправился на зов, а когда открыл дверь, был удивлен не меньше, чем в тот момент, когда увидел на пороге своего старого приятеля. Но теперь перед его взором предстала симпатичная блондинка в модном пальто с меховым воротником.

– Девушка, вам кого? – спросил Алан.

– Бориса Александрова, чемпиона Олимпийских игр, – без тени смущения ответила незнакомка.

– А как ему передать, кто его ищет?

– Скажите, что Анжела.

– Так вас зовут Анжела? Та самая маркиза ангелов?

– Нет, не та самая – Анжела и Анжелика это разные имена.

– Все равно позвольте называть вас маркиза.

– Ну, если вам так нравится… – не стала возражать девушка.

– Борис! – Алан повернулся вполоборота и осекся – его приятель уже стоял у него за спиной.

– Вы уже позавтракали? – выходя на площадку, спросил у девушки Александров.

– Да, ваша мама накормила меня пельменями. Было очень вкусно.

– Борис, кто это? – вновь подал голос Алан.

– Туристка из Москвы. Приехала посмотреть на красоты нашего города, а я вызвался быть ее гидом. Кстати, твой «Жигуленок» на ходу?

– Стоит во дворе.

– То, что он стоит, я еще вчера заметил. У него колеса крутятся?

– Обижаешь, Борис.

– Тогда, будь другом – прокати нас по городу. А то у девушки туристическая путевка пропадает.

Став в 1968 году тренером рижского «Динамо», Виктор Тихонов ввел в практику собственное ноу-хау, которое в СССР еще никто не применял. Он купил себе советскую кинокамеру «Кварц» и стал выезжать в другие города на игры разных команд, поскольку эти матчи в Риге по ТВ не транслировали (даже игры клубов высшей лиги по ТВ показывали выборочно). Снимая эти поединки на пленку, Тихонов потом подробно разбирал игру соперников вместе с игроками своей команды. Первое время его подопечные удивлялись такому новшеству, но когда оно стало приносить свои весомые плоды – рижане стали выигрывать один матч за другим – то эти кинопросмотры стали в команде делом привычным.

Когда рижское «Динамо» вышло в высшую лигу, Тихонов вовсе не отложил кинокамеру в сторону и иногда продолжал выезжать в разные города, чтобы записывать на кинопленку матчи интересующих его команд. Причем многие удивлялись этому, поскольку некоторые из этих игр транслировали по телевидению. Но на все эти удивленные возгласы Тихонов отвечал коротко: «Телевизионная трансляция не может показать все нужные мне нюансы игры. А моя камера может».

В играх завершающего этапа первенства сезона 1976/1977 для рижан были интересны матчи прежде всего двух команд – Воскресенского «Химика» и челябинского «Трактора». Именно эти два клуба шли с рижанами «ноздря в ноздрю» и могли перебежать им дорогу в споре за бронзовые медали. Другие команды – «Спартак», «Крылья Советов» и горьковское «Торпедо», конечно, тоже могли включиться в гонку за «бронзу», но шансов на это у них было значительно меньше. Поэтому Тихонов, который всегда нацеливал своих игроков на победу в каждом матче, особый упор делал на матчи финальной стадии турнира против «Химика» и «Трактора». Вот для чего неделю назад – 4 февраля – он специально летал в Челябинск, где записал на кинокамеру матч «Трактора» против ленинградского СКА, который не транслировало ЦТ. Причем в этот же день рижское «Динамо» тоже играло матч, но только в Саратове против местного «Кристалла». Но поскольку эта команда была аутсайдером (занимала последнее место с 5-ю очками), Тихонов со спокойной душой передал бразды правления коллективом своему помощнику Эвальду Грабовскому, а сам улетел в Челябинск. После чего долго об этом жалел. Почему? Дело в том, что без него рижане играли из рук вон плохо и едва не проиграли саратовцам. Причем обе единственные шайбы в матче были забиты на 18-й минуте. Сначала это сделал рижанин Емельяненко, а спустя несколько секунд саратовец Борзов восстановил равновесие в счете. После чего голов больше забито не было, зато игра превратилась в побоище гладиаторов – удаления в ней следовали одно за другим. Защитник рижан Бескашнов набрал 9 минут штрафа, а Балдерис был удален сразу на 5 минут за драку. У саратовцев больше всех отличился защитник Никулин, набравший 8 штрафных минут. Короче, Тихонов потом локти себе кусал, что отсутствовал на этой игре.

Впрочем, польза от его поездки тоже была. Он записал игру во всех нюансах, уделив главное внимание челябинцам – как они защищаются, как атакуют, как играют в меньшинстве и большинстве. Уделил он внимание и действиям тренера челябинцев Анатолия Кострюкова, с которым у него были давние личные счеты. Они были знакомы еще с начала 50-х, когда Тихонов играл в ВВС, а Кострюков в «Крыльях Советов», где его пара с Альфредом Кучевским считалась лучшей среди защитных дуэтов страны. В финальном матче на Кубок СССР между ВВС и «Крыльями» в феврале 1951 года именно Кострюков забил решающий гол, причем сделал это «из-под Тихонова». «Крылья» тогда победили 4:3, а Кострюков потом позировал для фигурки хоккеиста на Кубке СССР.

В 1962–1970 годах Кострюков занимал должность старшего тренера второй сборной СССР (пост, который чуть позже достанется Тихонову), а 1974 году его назначили старшим тренером «Трактора», чтобы он сделал из команды-середняка фаворита союзного первенства. И он, используя жесткие методы в работе (как и Тихонов в рижском «Динамо»), быстро навел порядок в клубе. Как результат: в этом сезоне «Трактор» всерьез нацелился на «бронзу» – впервые в своей истории. К этому же результату стремилась и команда Тихонова, поэтому это противостояние можно было смело считать и личной борьбой двух бывших московских тренеров. Пока в этом противостоянии судьба больше благоволила к Кострюкову, команда которого набрала больше очков, чем рижское «Динамо».