Чтение онлайн

– Да-да, конечно, – нервно ответила Джилиана и вдруг хихикнула, увидев наполовину вылезшие из-под листвы кости в остатках проржавевших доспехов, – познакомься, а вот и местный лесничий.

Скелет не проявлял никакого интереса к происходящему и просто торчал в жухлой траве, как палка в огороде. Поразмыслив, Шильда решила, что противоход воскресает только недавно умерших покойников или тех, у кого сохранились мозги.

– Просто его время еще не пришло, – разъяснила Джилиана и обреченно вздохнула, – когда ты вовсе исчезнешь, а я превращусь в хнычущего в пеленках младенца, этот вояка поднимется из земли и будет клацать челюстью. Сейчас же его останки обнажились из-за противоестественного омоложения леса.

– Если время действительно идет наоборот, то почему мертвецы не воскресают по-настоящему? – полюбопытствовала Шильда, продираясь следом за прабабушкой сквозь темную чащу к тому месту, где предположительно упала Батис.

– Из-за черного колдовства, деточка. Раньше этим миром правили жестокие, кровожадные и жаждущие абсолютной власти короли. Они продлевали свою жизнь человеческими жертвоприношениями. В то время река, разделяющая миры, действительно была красной, а волшебный мир – самым ужасным и уродливым из всех возможных мест. Династию кровавых королей сверг род Белроуз, который установил эти проклятые магические часы, из-за поломки которых мы сейчас и страдаем. Если так пойдет и дальше, то волшебный мир вернется обратно в эпоху тьмы, и тогда Глоридель поднимет свой меч. К тому времени орда живых мертвецов зальет кровью этот мир, что и надо для воскрешения династии кровавых королей, ведь они никогда не умирают по-настоящему…

Джилиана вдруг замерла на месте, сраженная открывшимся ей видением.

Они стояли возле руин замка лорда Балатора.

Это был последний король из древней кровавой династии, которого невозможно было убить из-за проклятия бессмертия, поэтому его навечно заточили в подземелье собственного дворца.

Ходили легенды, что это он создал магические часы, чтобы вернуть былое, но король Альвин I Наимудрейший помешал его черному колдовству обряду и использовал золотые часы для создания эпохи мира и добра.

Согласно другим легендам род Джилианы – Алроуз – восходил к династии кровавых королей, о чем она предпочитала не рассказывать, а прочие – забыть, но только не король Аберон, который предложил ей выйти за него замуж, чтобы укрепить свою власть, соединив свою кровь с древней кровью свергнутых владык.

– Вернуть былое, – задумчиво пробормотала ведьма и вздрогнула, ведь от разрушенной стены вдруг отделилась тень.

Джилиана Ван Де Блейк взмахнула рукой, чтобы по привычке сокрушить врага магическим ударом, и вдруг услышала насмешливый голос подруги.

– Олда, я думала, ты колдуешь только от скуки. Или грусти.

– Когда мне страшно, я тоже колдую, Батис, – ответила последняя из рода Алроуз, стиснув ведьмочку в крепких объятиях, – когда мне скучно, пью вино, а когда грущу, топлю вину в вине.

– Бабуль, в твоем алкоголическом омуте топится не только тоска и грусть, но и черти, – недовольно проворчала Шильда и скрестила на груди руки, с которых медленно и верно сходила змеиная болезнь, – лучше придумай, как нам выбраться отсюда. Живыми. Рядом с этим склепом я чувствую себя хреново. Так странно оказаться здесь по-настоящему. В игре это место было так не пугало.

В лесу вдруг каркнула ворона, и ведьмы встревожено переглянулись.

– Знаешь, что здесь по-настоящему пугает? – загадочно спросила Батис и сама ответила на свой вопрос. – Черная дыра. Не такая, как в игре. Когда я свалилась с дерева, то чуть в нее не упала. Это реально пропасть какая-то.

Заинтригованная Джилиана и Шильда последовали за юной ведьмочкой по узкой тропинке, огибающей руины замка, и через несколько минут вышли на зеленую поляну, в центре которой зияла огромная лунка для гольфа.

– Похоже на кротовую нору, – задумчиво произнесла Шильда.

– Так оно и есть! Это настоящий мост Розена-Эйнштейна! Глянь, олда, возле этой дыра по кругу металлическая кайма, только она заросла травой. Я немного поскребла землю и смотри, что нашла, – возбужденно пробормотала Батис и ткнула Джилиану лицом в пучок травы.

– Похоже на металлическую пластину, – подслеповато щурясь в сумерках, произнесла рыжеволосая ведьма, отплевывая землю.

– Это точно ободок! – подхватила Шильда и осторожно обошла черную дыру по кругу, то и дело присаживаясь на корточки, чтобы изучить землю. – Похоже на буквы. Клянусь, я даже могу прочитать кусочек фразы: «Времени ход, иди наоборот».

– Ты же понимаешь, что это на самом деле, верно? – загадочно спросила у подруги Батис и внушительно замолчала.

Увы, Джилиана Ван Де Блейк понимала.

Роясь в земле, как собака, закопавшая кость и теперь пытающаяся ее найти, последняя из рода Алроуз обошла по кругу черный провал и воочию убедилась, что покрытая травой надпись гласит:

– «Времени ход, иди наоборот задом наперед с заката на восход, все будет так, как я скажу, противоход я ворожу: входи, герой, твой мир теперь мой», – прочитала Джилиана и еле удержалась от того, чтобы не перекреститься, как любил делать ее бывший возлюбленный Лестер Маккинли.

– Мост «Окно»! Это он! – не выдержав, радостно завопила Батис, и подняла с земли камень, чтобы бросить его в черную дыру и измерить ее истинную глубину.

Вдруг из ямы донесся звонкий стук и приглушенный рык.

Шильда, бледная, как смерть, мужественно переборола желание с диким воплем броситься наутек в чащу Ржавого леса и заглянула вглубь черной дыры, увидев по ту сторону каменный тоннель, по которому шла толпа чудовищ в доспехах.

Нарушая все законы природы, толпа монстров двигалась так, словно ходьба по стенам была для нее делом обычным. Увидев перепуганную девушку, чудовища с криками бросились вперед и через мгновение вывались на поляну, как дрожжи из деревенского туалета.

– Мультик? Хуз? – удивленно спросила Шильда, рассматривая огромного зеленого орка и лучника в золотых доспехах, старых добрых друзей из компьютерной игры, беспомощно лежащих на траве, словно жуки, коварно перевернутые на спинку.

– Это последствия перехода. У них акклиматизация, – деловито пояснила Джилиана, тыкая носком ботинка незнакомого героя, одетого, словно Ван Хельсинг.

– Вы хто? – прогудел, словно органная труба, орк. – Че за скилл? Я в полном умате 1 .

– Болван, – с трудом выговорил Хуз, – это не игра. Я чувствую боль. И вонь. Котлетка, Пюрешка, вы как?

Названные герои, покачиваясь, встали. Выглядели они так, словно только что прокатились на американских горках, и их до сих пор мутило.

Это были парень и девушка, выглядевшие почти одинаково, словно двойняшки. Оба были одеты в коричневые кожаные доспехи, украшенные кружевами, шестеренками и цепочками.

На девушке красовался черный кружевной корсет и цилиндр с серебряными шестеренками, из-под которого кокетливо выглядывали короткие светлые локоны. Ее белокурый брат-близнец носил белый кружевной жилет и такой же цилиндр с золотыми шестеренками.