Виндзорские насмешницы
Шрифт:
Да, мы трое должны их выслушать и добиться какого-нибудь соглашения.
Отлично! Я изложу обстоятельства дела в своей записной книжке, а потом мы разберем все это как можно тщательнее.
Слушай, Пистоль!
На то даны нам уши, чтобы слушать!
Вот черт и его бабушка, прости меня господи! Как он торжественно выражается, этот малый.
Пистоль, ты стянул кошелек у мистера Слендера?
Да, он! Клянусь этими перчатками, он!9 Не вернуться мне в мой родовой замок, если не он! У меня в кошельке было семь раз по четыре пенса в новеньких шестипенсовых монетах, да еще фишки для игры в кости. Я их купил у одного парня за два шиллинга и два пенса. Клянусь вот этими перчатками!
Это правда, Пистоль?
Как можно называть правдой кражу?
Тише ты, иностранец с Уэльских гор!
Сэр Джон, мой господин, на поединок
Его я вызываю. Пусть немедля
Он обнажит игрушечный свой меч
Иль отречется подлыми устами
От слов своих. Ты лжешь, нагар и накипь!
Ну, в таком случае, он! Клянусь перчатками, он! (Указывает на Нима.)
Будьте осторожны, сэр, не давайте волю своему характеру. Мне и не такие крючки, как вы, на крючок попадались. Я еще вам покажу свой характер!
В таком случае, клянусь шляпой, меня обокрал вон тот, с красным лицом. (Указывает на Бардольфа.) Правда, я не могу точно вспомнить, что было со мной, когда вы меня напоили, но ведь нельзя же считать меня совершенным ослом!
А ты что скажешь, Скарлет и Джон?10
Что же я могу сказать, сэр? Этот джентльмен до того наклюкался, что лишился своих семи чувств.
Пяти чувств. Какое невежество!
Не знаю, сударь, я его чувств не считал. И, будучи под мухой, он и попал в эту пертурбацию.
Да-да, помню, ты и тогда говорил по-латыни, но не в этом дело. А дело в том, что теперь я даю себе слово напиваться в лежку только в компании честных, любезных, богобоязненных людей. Уж если напиваться, так напиваться с теми, у кого есть страх божий, а не с пьяными мошенниками.
Эти слова говорит сама добродетель!
Итак, джентльмены, все обвинения были сейчас опровергнуты. Вы свидетели.
Входят миссис Форд, миссис Пейдж и Анна Пейдж, которая несет вино на подносе.
Нет, дочка, неси вино обратно, мы будем пить дома.
Анна Пейдж уходит.
О небо, это мисс Анна Пейдж!
Здравствуйте, миссис Форд.
Миссис Форд, клянусь честью, я рад встретиться с вами. С вашего разрешения, добрая миссис Форд! (Целует ее.)
Жена, проси этих джентльменов к столу. Пойдемте, друзья, у нас сегодня к обеду горячий паштет из оленьей печенки. Я надеюсь, мы зальем вином вашу ссору.
Все, кроме Шеллоу, Слендера и Эванса, уходят.
Ах, если бы у меня была сейчас при себе моя книжка сонетов и любовных песен! Она мне нужнее, чем сорок шиллингов.
Входит Симпл.
Что это значит, Симпл? Где ты пропадал? Ты думаешь, кажется, что порядочный джентльмен может сам себе прислуживать, а? Ты захватил с собой мою книжку загадок?11
Книжку загадок? Да вы же сами, сударь, отдали их этой пышке Алисе в день всех святых, за две недели до Михайлова дня.
Ну, идем, идем, племянник. Мы ждем тебя. Но сначала я должен сказать тебе два слова. Есть тут одно предложение или, так сказать, намек издалека со стороны его преподобия сэра Хью Эванса. Ты меня понял?
Да, сэр, вы увидите, как я благоразумен. Я сделаю все, что полагается в таких случаях.
Да нет, пойми меня.
Я уже понял, сэр.
Нет, вы сперва выслушайте, мистер Слендер. Я вам изложу, что от вас требуется, если только вы к этому способны.
Нет-нет, я сделаю все, что посоветует мне мой дядюшка Шеллоу, с вашего разрешения. Он мировой судья в своем округе, хоть по мне этого и не видно.