Чтение онлайн

Последние пол лье коней по руслу вели в поводу. Наконец, небо над очередным гребнем правее вади подкрасило знакомое зеленое зарево. Отряд остановился. Теперь оставалось только ждать.

Алан отправился с Люком вперед наблюдать за противоположной стороной котловины, оттуда ожидалась атака сарацин. Еще с час ничего не менялось, но вот вернулся толмач:

— Сэр! Сквайр велел передать: они садятся на коней!

— Отлично, Люк, отлично! Теперь у нас на все, про все минут десять. Эсташ! Всем в седла! Только тихо!

Эскадрон бесшумно сосредоточился в последней перед котловиной оазиса излучине. Саксу на спинку панциря старик Эсташ привязал смоляной факел и теперь под обрывом раздувал трут.

Сверху с увала кубарем слетел Алан:

— Двоих я снял! — несколько раз ткнул кинжалом в песок, очищая от крови. — Там разведчик сидел, наблюдал за Дэном, второй к нему приполз, я их только тогда и заметил. Слышу: — "Алла, алла"- и оба на четвереньках к колодцу. Часовых резать, не иначе. Ну, я за ними! Сначала заднего, он замычал, а второй не разобрался и рванул сдуру ко мне. Думаю, здесь их не осталось, иначе бы посыльный дальше пополз. Все-таки, как они боятся приказ нарушить… Сказано — молчать, и молчат! Умирают — и то молча!

— Зато ты поговорить мастер, — усмехнулся Эдвард, — шучу, Ал, молодец ты! Передайте назад, напомните: скакать не на костры, а за факелом у меня на спине, не ошибитесь. Идем "свиньей", я, Алан и Эсташ впереди, следующий ряд — четверо, остальные — по пять. Стройтесь быстрее! Как, Ал, скоро они ударят?

— Сейчас! Где мой мерин?

— Эсташ! С трутом ко мне!

Эдвард выехал из-за поворота. Котловина оазиса открылась перед ним в зеленом мерцании. Ярдах в трехстах справа тускло тлели костры отряда Дэна, один горел ярче, около него шевелились тени, дежурная смена бодрствовала исправно. Ближе к саксу ярдах в ста от бивака ходил часовой, почти наверняка спасенный сегодня Аланом. Под деревьями светились, переступали с ноги на ногу стреноженные лошади. В противоположной горловине русла, ярдах в четырехстах от Эдварда появилась зеленая фигура конника в чалме поверх шишака, потом еще одна, еще. Им нужно было проскакать до костров около пятисот ярдов, на две сотни ярдов больше, чем ему.

У сакса в голове вертелась дурацкая мысль:

— Как может быть, что я их прекрасно вижу, а они меня — нет?! — и он никак не мог от нее избавиться.

Вдруг тишину прорезал вопль, исполненный такой муки, что сразу стало ясно: чья-то грешная душа против воли расстается с земной жизнью. Второму часовому сэра Дэниэла не суждено было пережить эту ночь. Фигуры у костра охраны заметались, замахали в направлении крика, кто-то бросился туда. Взметнулось пламя следующего костра, видимо, на угли подбросили хвороста, вспыхнул еще один. Кто-то выбежал к краю лагеря и вглядывался во тьму. Но что можно увидеть в чернильном мраке после яркого света?

Сакс различил, как качнулась вперед стена первого ряда сарацин и начала плавно ускоряться в сторону костров, за ней двинулись одна за другой и следующие шеренги. Послышался слитный гул множества выстукивающих чаще и чаще копыт. Дальше рыцарь не стал смотреть, времени не оставалось, обернулся к Эсташу:

— Зажигай! Быстрее!!!

Старик перегнулся с седла, приложил тлеющий трут к смазанной греческой смесью верхушке факела, дунул. За спиной зашипело и едко завоняло горящей серой. Эдвард опустил копье и сжал коленями бока брабансона. Тяжело бухнули в сухой речной ил громадные копыта. Сакс наклонил голову ниже, ловя в прорезь горшка огни костров. Затрепетали, зашелестели от встречного ветра страусовые перья на шлеме, подаренные Ноэми еще в счастливом Триполи. Заслоненный от глаз врагов спиной рыцаря, ярче разгорался факел. Слева и справа стремя в стремя пристроились Алан и Эсташ. Скорость бронированной "свиньи" нарастала.

Воины пророка в катящейся на бивак христиан воющей и визжащей волне, конечно, понимали, что кое-кто из них сегодня ночью может уйти в райские кущи к прекрасным гуриям, но что неумолимая смерть многих и многих ждет не впереди, а надвигается сбоку, сзади, не ведал никто. Да и что можно услышать, летя вперед в лаве? Топот копыт? Яростный вой товарищей? Что можно увидеть, когда глаза устремлены только вперед, на разрозненные, колеблющиеся вразнобой копья строящейся впопыхах редкой цепи противника?

"Свинья" врезалась во фланг мусульманской лаве, когда той до лагеря оставалось всего ярдов сто, и сарацин чуть озарили разгоревшиеся костры. Атакующие слишком поздно увидели грозную опасность, налетающую из мрака, да и заметили ее сначала лишь крайние. Их всполошенные крики остальные не успели выделить из общего громового "алла". Кто-то метнулся, чтобы увернуться от страшных рыцарских копий Эдварда, Алана и Эсташа, но только смял свои же ряды. Точность расчета времени обеспечила полный успех замыслу сакса, врагов разметало, как широкое копыто брабансона расплескивает грязь из лужи. Ударь он двумя-тремя секундами позже, и сарацины успели бы прорвать тонкую цепь копейщиков отряда Дэна, на столько же раньше — мусульманская сотня врубилась бы в бок проскочившей "свинье" Эдварда.

Бой завершился в минуту. Вышибив из седел двоих, сломав копье на третьем, рыцарь выхватил меч и, рубя направо и налево, прорезал строй мамелюков насквозь. Сарацины будто сошли с ума от неожиданности, не защищались хладнокровно, не пытались организовать хоть подобие обороны, а сами лезли под удар. Эдварда дважды пытались укусить сквозь броню истерически визжащие люди.

И вдруг все схлынуло разом. Стихла рукопашная, пропали враги. Он обернулся в седле и посмотрел назад. На границе освещенного круга навалены были грядой тела людей и лошадей, конвульсии еще сотрясали сраженных, а, может, просто шевелились тени в пляшущих отблесках костров. Вдалеке у вади мелькали зеленые кони, уносящие уцелевших сарацин. Кто-то быстро карабкался на четвереньках по крутому склону над лагерем. Никто не преследовал беглецов. Воины Эдварда шагом съезжались со всех сторон к линии копейщиков. Сакс понял: темнота, никто, кроме него, и не видит бегства сарацин, и тоже повернул брабансона к кострам.

Сэр Дэниэл встретил сакса несколько ошарашенный ходом странного ночного боя. Его воины приняли на копья всего нескольких сарацин, проскочивших мимо "свиньи", и пока никто из отряда Дэна, включая командира, толком не разобрался, что, собственно, произошло. Узнав христианское вооружение, копейщики отвели оружие, и сакс въехал в лагерь. По одному, по два, подтянулись и остальные.

Эдвард тяжело соскочил с коня перед мрачным любимцем де Во. Дэн стоял, опершись на меч, в полном вооружении. Когда он успел его надеть? Или так и спал в кольчуге? Эдвард снял шлем, подоспевший Алан забрал его, принял под уздцы брабансона. Дэн явно был не в духе, болезненно самолюбивый, он очень не любил оставаться в дураках, а как-то так получалось, что сакс вечно встревал между ним и воинской удачей. То в проверке на дороге, то при покушении на короля, и вот снова. Казалось, норманн с большей охотой потерпел бы поражение от мамелюков, чем принял непрошеную помощь.

Осведомившись кисло, не ожидает ли достойный сэр Эдвард еще какой-либо опасности в ближайшее время, сэр Дэниэл сдержанным жестом пригласил рыцаря в палатку, и там между командирами патрулей случился неприятный разговор.

Выслушав рассказ о событиях ночи, норманн сварливым тоном поинтересовался:

— И, конечно, ты, сэр, не нашел никакой возможности предупредить меня о сарацинах? А если бы вас обнаружили раньше срока? А если бы ты промахнулся в темноте своей "свиньей"? Что тогда? Не лучше ли действовать согласованно, может статься, не так эффектно, но зато куда более эффективно?!

Эдвард невольно покраснел. Правота опытного командира на первый взгляд была очевидна. Он попытался оправдаться:

— Сэр, я боялся спугнуть неверных. Пронюхай они, что мы здесь, ушли бы.

— Значит, мой отряд ты использовал, как приманку, да еще без моего ведома? Так, да? — Дэн встал. — Ты многому научился за короткое время, сэр сакс, надо же: с успехом повторил маневр под Арзуфом, да еще ночью, в темноте… Но позволь сказать: ты еще не король, чтобы играть равными тебе, как фигурами в индийской игре на клетчатой доске! Я доложу о твоем самоуправстве, и сомневаюсь, что кто-либо пожелает теперь взаимодействовать в бою с сэром Эдвардом! Мы оба — рыцари, и ты не смеешь унижать меня!