Виниловый ёж
Шрифт:
Но стабильная рабочая область в фокусе была небольшой, с вишенку, в зависимости от условий включения, гуляла порой на расстояния, соотносимые с размерами фокуса. Именно поэтому мы начали с жидкостей: в воде начинали сверкать искры, по ним можно было судить, где в данный момент располагалась рабочая область.
Как Антон ни старался в своё время стабилизировать её, на выделенные нам средства сделать это не получалось. Он хотел бы поставить криогенную установку для повышения индукции, запускать установку не от нестабильной электросети посёлка, а со своего генератора, что обеспечило бы запуск каждый раз в одинаковых условиях. Да и неплохо было бы получить больший размер лимита мощности – двадцать киловатт для установки такого типа были несерьёзны. И сделать дубль любого эксперимента по этим же причинам тоже не выходило.
Так и продвигались медленными темпами: три шага вперёд и два назад! Устали от бесперспективности и отсутствия новых идей. А Александр Михайлович ничем помогать не хотел. Надеялся, сами вывернемся и всё сумеем.
Свежие идеи о возможностях твёрдых тел и живых структур успели стать старыми потому, что мы к ним даже не приблизились…
И в этот момент меня осенило: почему бы не воспользоваться тем, что есть свободное время, машина доведена до изначальной чистоты и готова к работе. Хоть один, наперекор Борису, внеплановый эксперимент провести удастся.
Борис занят в своём кабинете, в который он превратил склад. Только когда пройдёт импульс и у него моргнёт свет, может догадаться, что я отошёл от плановой работы и делаю шаг от красиво придуманного проекта, записанного три месяца назад, где синей ручкой по белому было занесено, что не закончив предыдущий пункт, переходить к очередному недопустимо.
Когда это обсуждали, мне сразу не понравилось, а Антону было всё равно. Он сказал:
– Чего возмущаешься? Эта бумажка не конституция!
Как основной закон эту бумажку с того дня стал рассматривать Борис. При обсуждении плана мы все были в равных условиях, но Борис, пользуясь хорошими отношениями в верхах, посчитал, что он равнее, и узурпировал власть. Тогда и началось их противостояние. И мне пришлось по мере сил держать наш коллектив в годном для работы, нейтральном состоянии.
Пошёл включил в щите автоматы, питающие сильноточное оборудование лаборатории. На пульте за столом зажёгся красный сигнал «сеть 380».
Определять в камере точку фокуса не было надобности, образец у меня достаточно большой. Прилепив к геркону дверцы нештатный магнит, настроил автоматику люка камеры на незакрывание, по привычке включил запись регистратора и ввёл задержку выгрузки с накопителя в десять секунд. Этого за глаза хватит, чтобы вернуться к камере, проникнуть внутрь и занести образец в фокус.
Всё управлялось с пульта и это удобно. Оставалось нажать «пуск», но перед этим пришлось заглянуть в соседнюю комнату. Не хотелось слушать нравоучения теоретика.
В кабинете Борис у окна беседовал с кем-то, держа у уха телефон. Значит он в ближайшую пару минут будет занят. Надо было торопиться.
Вернулся. Накопитель заряжен, осталось щёлкнуть мышкой. После щелчка значок «пуск» изменил цвет и на нём стали мерцать цифры, отмечая оставшееся время.
Да, было немножко не по себе, ведь образцом предстояло служить моей живой руке. Найти другую материю времени не было, а отменять принятое решение было стрёмно и несерьёзно! За три секунды до включения в камере зажглась яркая подсветка. Протиснулся через люк, вытянутая рука, сжатая в кулак, оказалась в точке, близкой к идеалу. Объём кулака перекрыл все вероятные области.
Бояться поздно, истекает последняя секунда и сейчас…
То, что произошло после, уже не помнил. Сохранились только какие-то неприятные ощущения, и был сон, видел какие-то тусклые, не запомнившиеся сюжеты…
Разбудила холодная вода, ударившая в лицо и протекшая за ворот. Открыл глаза и увидел Бориса.
– Ну, вот, очухался. А я уж собирался в скорую звонить. Что случилось-то, током ударило?
Когда поднимался на ноги, обратил внимание на маленький серый магнит, прилипший к корпусу у геркона, всё тут же вспомнил. Не афишируя, магнит снял, сунул в карман.
– Что случилось?.. – повторил за Борисом. – Статика, взялся и дёрнуло… – я потёр пальцы о щёку, и увидев на полу оставленную предыдущими работами мыльную лужу, тут же подкорректировал, приближая к достоверности. – Потом поскользнулся и ударился головой.
В камере свет отключен, дверь открыта, магнита нет, значит Борис не догадается, что произошло в реальности.
– А питание зачем включил? – он всё-таки заметил жёлтый огонёк «сеть 380».
– Я же проверял!
Когда Боря ушёл заканчивать отчёт, я в изнеможении опустился на стул. Сил не было даже стоять.
Не любил размышлять много, а версия для Бориса, спонтанно пришедшая в голову, могла удовлетворить любого. Но причину падения на пол следовало как-то объяснить себе. В задумчивости сложил ладони вместе и тут же почувствовал, как обе соприкоснувшиеся поверхности стали горячими. Это длилось долю секунды, я руки моментально расцепил и удивлённо осмотрел обе.
В центре правой ладони на коже была маленькая красная звёздочка с длинными розовыми лучами. Такого раньше не было. Это, вероятно, от попадания в фокус. Точку жгло, но поверхность кожи осталась гладкой, не припухшей, и от касания пальцами никаких ощущений не было.
Повторять со сцеплением рук не решился. И до самого отъезда о случившемся не думал, старался забыть. Причина простая, сделал явную глупость и хорошо, что остался живым и в большей части невредимым!
Уже в гостинице, когда мыл руки, снова волна тепла пробежала между ладонями. Отмахиваться от воспоминаний в этот раз не стал. Полотенцем высушил руки и соединил замком. Прижал сильно, поэтому нагрева не ощутил. Секунду-другую чувствовал в ладонях нарастающее напряжение. В месте контакта просыпался ураган. Вдруг всё моргнуло, покрылось туманом и меня оторвало от земли…
Это длилось лишь мгновение и, стоило расцепить руки, всё прошло. Туман рассеялся, подошвами я почувствовал пол и удивился произошедшим изменениям: меня окружала полутьма и тишина. Свет погас и вода из крана перестала течь.
Какое из вероятных явление могло вызвать такое сочетание отказов? И свет и вода зависят от электричества, правда, воде так быстро как свету отключиться невозможно. Повернув кран понял, что с водой всё в порядке, кран сам как-то закрутился до упора.
Выйдя из санузла и щёлкнув выключателем убедился, что этот тумблер на стене также сфокусничал: сам отключился, без какого-либо постороннего вмешательства.
Но этого не могло быть! По крайней мере, со мной было впервые.
Ссылка на беспамятство была глупой. Туман с невесомостью длились секунды, я всё хорошо помнил. И за это время свет с водой отключить было невозможно.
Так как убийственное испытание живой материи в камере провёл без свидетелей, в связанное с этим происшествие у раковины, решил также никого не посвящать, надеясь, что всё как-нибудь пройдёт и само рассосётся. Но самое странное случилось позже: появился второй я!
Подойдя к окну, выходящему на улицу, увидел остановившееся такси. И оттуда вылез двойник. Остановился, провожая взглядом отъезжавший автомобиль, постоял у крыльца, роясь в карманах, выкинул в урну накопившийся мусор и поднял голову, желая глянуть в это окно на четвёртом этаже.