Виолетта. Белый единорог
Шрифт:
— Отпусти, — проговорила я, — они будут молчать.
Я поняла это чётко по их глазам. Они такие же жертвы, как и я. Через некоторое время они вернутся к нормальной жизни и забудут этот кошмар. Они ни в чём не виноваты. Взгляд одной из них даже показалась мне осмысленным, изучающим. Именно она подцепила двоих остальных под руки и потащила к выходу.
Заливаясь слезами и пошатываясь, как пьяные марионетки, все трое прошмыгнули мимо меня к двери. А я почувствовала страшную тяжесть во всём теле. Меня мутило, всё плыло… Я «перепила». Какая же у них гадостная энергия… Словно дешёвый самогон, с мерзким вкусом, отрава…
— Помоги мне выйти отсюда… — попросила я, поднимаясь. Тошнило.
Аскольд молча легко взял меня на руки, как пушинку, вынес в коридор. Там я уже могла стоять на ногах. Опёршись об него, я доковыляла до порога, и мы вышли в подъезд. К счастью, на лестничной площадке никого не было. Да даже если бы и были — нас бы никто не запомнил, я была неприметно одета, а Аскольд вызывал настолько жуткие ощущения своим угрожающим видом, что запоминать его совсем не хотелось. Я оглянулась ещё раз назад, живых там уже не осталось.
— Идём, — шепнула я с облегчением, — всё кончено. Всё позади…
ГЛАВА 17
Аскольд довёз меня до дома, уговаривая прокатиться с ним куда-нибудь, развеяться, отвлечься от случившегося, но я отказалась. Было необходимо восстановиться, а для этого — остаться в одиночестве. Я и так была очень благодарна ему за помощь и за то, что ни о чём не расспрашивал.
Доплелась до квартиры, блаженно вдохнула в себя её тишину и пустоту. Скинула кроссовки и села на пол прямо в коридоре. Голова кружилась. Только теперь я в полной мере оценила, что произошло, словно спала пелена тумана с моего сознания.
Сильный приступ тошноты сорвал с места, и я едва успела добежать до туалета.
Меня просто вывернуло наизнанку. Мучительные спазмы продолжались бесконечно.
Наружу выходила вся та гадость, которой я «наглоталась» до краёв. Те отвратительные остатки во мне энергии этой кучки наркоманов.
Я ещё никогда не убивала людей. Могу ли я сказать, что это я сделала? Рано или поздно с ними бы произошло то, что произошло сегодня. Передозировка — закономерный конец, логический конец. Я просто ускорила процесс, немного поспособствовала. Вмешалась в течение событий…
Тошнота прошла и невероятное облегчение, наконец, охватило меня, лишило последних сомнений. Да, всё так и должно было случиться!
Я отодвинулась от унитаза и откинулась на стену. Кафель приятно холодил спину. А в душе — покой, невероятно приятная пустота. Их смерть не доставила мне удовольствия. Их энергия не дала мне сил. Просто завершила этот эпизод в своей и их жизнях, вот и всё. Есть категория людей, которых не жалко. Они сделали свой выбор в пользу смерти.
А я покончила раз и навсегда со своим прошлым.
Придя в себя, я поднялась, добралась до раковины, умылась холодной водой и поплелась в свою комнату.
Теперь ещё немного помедитировать и поспать. И силы восстановятся.
Но тут, на полшаге, зазвонил городской телефон.
Кто бы это мог быть? Все мои знакомые знают, что в это время никого нет дома, разве что с работы… Так Кемаль позвонил бы на мобильник. Нехорошее, очень даже нехорошее, предчувствие охватило от макушки до пят. Но трубку я сняла.
— Да?
— Виолетта? — нервный женский голос.
— Да.
— Слушай меня внимательно! Не вздумай больше ни на шаг приближаться к Аскольду, ты поняла?
— Кто это говорит? — спокойно поинтересовалась я.
— Я — его жена! — девушка нервничала всё больше, — и я не шучу. Видишь, я узнала твой телефон, я знаю, где ты живёшь… Ещё раз встретишься с Асиком, я тебя уничтожу! Поверь мне, у меня есть чьими руками это сделать…
— Люба, — я едва вклинилась в её судорожную речь, — я не собираюсь отбивать у тебя твоего Асика. Он мне просто нужен, и будет нужен ещё некоторое время. Мы не любовники и никогда не станем ими, можешь успокоиться. Мы… деловые партнёры.
— Чего ты мне тут по ушам ездишь?! — взорвалась Люба, — я видела, как он тебя обнимал, на руках нёс…Деловые партнёры так не делают. Я давно слежу за вами! Я знаю, сколько времени вы уже встречаетесь!
— Мне было сегодня плохо, он просто помог..
— Тогда скажи, почему он с тех самых пор, как вы начали…совместные дела, со мной не спит?! — сорвалась Люба на визг.
Я вздохнула и «глотнула» немного её энергии. Девушка всхлипнула, но поутихла.
— Послушай меня, Люба, — начала я, — я тебе уже сказала, что ты можешь успокоиться. Со мной он тоже не спит, а если с кем-то и занимается этим, то, значит, есть кто-то ещё, на кого бы тебе следует направить внимание. Я тут совершенно не при чём.
— Брешешь, тварь, — зашипела Люба, — он вчера во сне твоё имя бормотал…
Я вздохнула. Ну а я что могу поделать? Кто знает, что там снилось моему зомби?
— В общем, я тебя предупредила, — продолжала ревнивая жена, — ещё раз увижу, тебе не жить.
И она кинула трубку.
Я на миг оцепенела. А потом расхохоталась — нервы уже просто не справлялись с количеством угроз на сегодня. Я хохотала, сползая спиной по стене, уронив трубку на пол, пока на распласталась по нему. Кое как с трудом успокоилась Ну вот, одна проблема — минус, одна — плюс. Интересно, а и впрямь, отчего Аскольд меня во сне зовёт? Что ему приснилось, а?
Продолжая глупо улыбаться, я встала, положила трубку на телефон и, отмахнувшись от мыслей — потом, всё потом! — всё-таки (подсознательно ожидая ещё какой-нибудь неурядицы) добралась до комнаты. Упала прямо на ковёр и ушла в себя.
Когда я открыла глаза, был вечер, предзакатные часы. Похоже, я уснула.
Мамы ещё не было.
Солнечные последние лучи, прежде чем скрыться окончательно за крышей соседнего дома, раскрасили подоконник в жёлтый цвет, а часть комнаты со светло-бежевым ковром и противоположную стену — в пламенно оранжевый. Я подошла к окну, потягиваясь.
Чувствовала себя на редкость прекрасно. Подумала о том, что сегодня произошло — и словно не со мной это случилось — как-то всё было далеко и неправдоподобно.
Настроение благодушное, от тошноты и недомогания не осталось и следа.
Я улыбнулась и решила перекусить. А в самый разгар моего скромного (макароны с сыром) ужина пришла мама.
Усталая, она втащила тяжёлые сумки в прихожую и заворчала, наткнувшись на мои кроссовки. Я нехотя встала и помогла ей затащить пакеты в кухню. Пока она разгружала продукты, я молча накладывала ей поесть.