Чтение онлайн

– Мадам! У вас есть ненужная миска? Надо бы собрать в неё рвоту.

Сын предложил вместо миски небольшую фарфоровую шкатулочку: Виктуар одобрила её и аккуратно, пользуясь краем шкатулки как ножом, перевалила внутрь её неприятную массу с простыни.

– Ваш отец курит?

– Да, – сын, похоже, был испуган всерьёз и надолго. – А какое это имеет значение?

– Может имеет, может нет, – Вики не хотелось пока говорить ничего определённого.

Но пришлось.

– Странно всё это, – сказала мадам Селин. – Все продукты хорошие, ничего испорченного не было.

– Знаю, – ответила девушка. – Я ведь ела Ваш ужин. Думаю, испорченная пища тут не причём: это похоже на отравление никотином.

– Что это? – испуганно спросила мадам Селин.

– Яд такой. Пока я не уверена в этом, и прошу вас молчать.

В половине первого ночи старик ещё был жив, и состояние позволяло надеяться на лучшее. Она так и сказала Северино. Тот молча кивнул.

– Что пил или ел Ваш отец, кроме того, что если и пили все? Конфеты, печение…

– Вино. Отец плохо спал, поэтому на ночь выпивал обычно бокал вина.

– Откуда это вино? Купили его или кто-то подарил?

– Не знаю. Отец его с собой привёз.

– А Вы пили это вино?

– Нет.

– Могу я его видеть?

Явилась бутылка итальянского вина, не первоклассного, но и не самого плохого; такое вино легко можно было купить в местных магазинах. Бутылка была пуста примерно на треть. Виктуар вынула пробку, понюхала вино, посмотрела на свет.

– А бокал вымыли?

Оказалось, что нет: бокал с остатками вина тоже был предъявлен.

Сохраните, пожалуйста, это вино и бокал, – попросила девушка. – Утром попрошу мадам вызвать более квалифицированного врача, всё это может понадобиться. Вы говорили, Ваш отец курил… курит – а он курил перед сном?

Юноша отрицательно покачал головой.

– Я же Вам объяснял – он плохо спал. А если курил перед сном, то становилось ещё хуже. Поэтому он курил в последний раз перед ужином, а потом – уже нет.

– А много он выкуривал за день? Сколько сигарет?

– Нисколько. У него трубка.

– Табак его где?

– Там, – юноша показал на маленькое бюро в углу комнаты.

– Тоже не выбрасывайте. И не давайте отцу курить, пока он не поправится.

– А он поправится?

– Надеюсь.

– Почему Вы спрашиваете про табак? – неожиданно поинтересовался юноша. – Он-то здесь причём?

Виктуар встала, подошла к больному, осмотрела его, померила пульс и, удовлетворенная результатами, снова села в кресло.

– Алкалоиды – это вещества, содержащиеся, главным образом, в растениях. К ним относятся морфин, кофеин, атропин, стрихнин… Насколько Вы знаете химию, и знакомы ли Вам эти названия?

– Я знаю ту часть химии, которая относится к строительству и грунтам, – отозвался юноша. – А из всего, что Вы перечислили, мне известен только стрихнин. Это, кажется, яд?

– Да. Многие из этих великолепных веществ могут использоваться как лекарства, и многие – как яды, причём очень сильные. В 1828 году, если не ошибаюсь, из табака был выделен новый алкалоид – никотин; он произвёл сенсацию, потому что, в отличие от остальных собратьев, является жидкостью. К сожалению, замечательное научное открытие было быстро использовано во зло: в 1850, кажется, году, в Бельгии, какой-то обнищавший аристократ отравил своего шурина – богатого плебея, этим ядом. [1] Дело наделало много шума и вошло в историю судебной медицины.

Викки понимала, что говорит, как лекцию читает, но остановиться не могла и не хотела. Впрочем, сын пострадавшего слушал её с интересом.

– Мы вчера говорили о деле девицы Ортанс: так вот, она тоже пользовалась никотином, подливая его в бокалы своих посетителей. Она покончила с собой до суда, и вопрос, откуда взялся яд, так и остался невыясненным. Нас, студентов-медиков, знакомили с этим делом, так сказать, экспериментально: отдали тело одной из жертв для анализа, показали отчёты свидетелей. Когда я увидела, что происходит с Вашим отцом – эти отчёты словно встали у меня перед глазами. А когда я понюхала его рвоту – уловила своеобразный запах никотина – он табачный, но не такой, как у дыма.

Северино передёрнуло от этих жутких подробностей, но потом он подумал и переспросил:

– Вы говорите, никотин – жидкость?

– Да.

– А остальные как выглядят?

– Как белые или светлые порошки.

Он подумал ещё:

– А вид…, ну, как выглядит жертва – оно всегда одинаково? При любом яде?

– При любом алкалоиде, Вы хотите сказать? В чём-то картины отравления совпадают, в чём-то нет. Атропин даёт очень своеобразные симптомы, а вот морфий и никотин – отчасти похожие.

Конец ознакомительного фрагмента.