Чтение онлайн

– Лезть в самое пекло?

– А ты что думал? Девочки, прогулочки по палубе? Не получится.

Если бы друзья были сейчас в курсе, что происходило на судне, то наверняка Багрянский бы возгордился – как в воду глядел, события стартовали много раньше.

Тут же спонтанно родилась идея Касабланки, буабеса в Танжере и прочих нюансов. Тем более, что заранее зарезервированные билеты позволяли взойти на борт судна в любом порту.

Уже в самолете Лев все допытывался, что так, можно сказать вдруг, Александр решил лететь? Ведь столько раз менял решения!

– Прилетал супермен Мацкевича, – сообщил он. – Извини, забыл сказать.

– Так он же был уже на борту? – удивился Багрянский.

– Был, но сплыл. Ильяса Рунце срочно вызвал Невман, да и Каплунский, оказывается, вдруг обеспокоился. Где там его служащий? Имеют право.

– Тогда понятно, почему не отвечал на звонки. У начальства ведь всегда выключают мобильники. Ну и как там, в круизе, дела? – заинтересованно спросил Лев.

– Как сказал Рунце, все подвешено на тонком волоске. Не отдых у людей, а сплошная нервотрепка. Что у Широкова, что у Солье. В Сицилии на борту объявился Готлиб, а с ним вроде как эксперт, некий крупный ученый, специалист по мозгам. – Увидев, как напрягся Багрянский, Александр быстро добавил: – Нет, не в смысле промывки мозгов, – в смысле изучения человеческого мозга. Это неспроста, если учесть виды Готлиба на нашего дубнинского программиста.

В Москве Ильясу подбросили любопытные вопросики. Интеграла действительно насторожил неожиданный вызов в Москву. Невман нашел его на мобильном телефоне, он понятия не имел ни о каком круизе. Оно, кстати, и к лучшему.

– Нашу блестящую идею с заводными ноутбуками поддержала Дума, – с места в карьер сообщил министр. – Заводной ноутбук все больше и больше становится популярным в мире. Слышали? Евросоюз вот-вот официально одобрит необходимость его распространения.

– Откуда? – быстро открестился Рунце. – Из Алма-Аты до Евросоюза как до Луны.

– То-то и оно. И до нас неблизко. Дума крепко недовольна, почему производство не налажено у нас.

– Так вы же сами того хотели…

– Ладно, разберемся. Дело, в конце концов, не в этом, – небрежно отмахнулся Невман. – Сейчас другая тема меня волнует.

Рунце предусмотрительно задержался с реакцией.

– Тебе что, неинтересно? – недовольно спросил министр. – А вопросик-то касается тебя напрямую. Что ж ты, Ильяс, не сказал, что договорился с Майклом Даконто о том, что не будешь ждать поставок каких-то дефицитных составляющих, а сам начнешь их выпускать.

– Ах, это? – успокоился Рунце. – Механические приводы. Ничего сложного. Разве это плохо?

– Кто говорит, что плохо? Это же прямой рост объемов. Ведь так? Надо срочно искать новые рынки сбыта. Я уже подыскал парочку понятливых покупателей.

Министр хлопнул Рунце по плечу. Мол, ты что, парень, неужели не понимаешь?!

– Простите, товарищ министр, вы меня за этим вызывали?

– Да как тебе сказать? Здесь Каплунский что-то воду мутит. На тебя бочку катит, говорит, что ты профан.

– Любопытно, в чем? – Интеграл сделал вид, что обиделся.

– Мол, пока ты возился с производством, и пальцем не пошевелил по поводу программ.

– Шевели – не шевели, какая разница? В оригинальных ноутбуках все программы заложены заранее и пополняются лишь через соответствующий микрочип. Его, увы, не воспроизведешь как механический привод. Правда, если собирать вообще без чипа…

– Ты уверен?

– Не на все сто процентов. Можно уточнить. А что это вдруг Анатолий Казимирович забеспокоился на этот счет?

– Вроде, ему стало известно, что программы для нашего компьютера американцам пишет какой-то талантливый русский из Дубны. И если его перехватить у них, можно заработать еще больше денег. И америкашкам насолить.

– Зачем же? Если можно перекупить? Кто он?

– Не знаю, но то, что из Дубны, точно. Беда в том, что его уже те, кому надо, привлекли. От-чень большие люди… Миль Готлиб – правая рука великого Кристофа Мигана. Слышал?

Интеграл даже растерялся. Откуда у Каплунского такие сведения?

– И зачем им эта программа?

– Это не просто программа, эта штука позволяет полностью воздействовать на пользователя! Поэтому Миган и собирается прибрать ее к рукам. Как, к слову, и Интернет. Потихоньку скупает акции провайдеров, поисковых сайтов. Хочет запустить эту программу. А уж в заводной компьютер ему сам бог велел. Оказывается, именно Миган финансирует весь проект с компьютерами нового поколения.

– Чушь какая-то! Прямо как в сказке. Откуда у Каплунского такая информация?

– Темнит. Но, думаю, от Даконто. Они на днях пересекались на каком-то симпозиуме. И тот намекал, что проклинает день и час, когда «подсел» на финансирование Мигана. То, что этот толстосум хочет сотворить, якобы принципиально противоречит взглядам этого ученого. По мне же, их взгляды – одна хрень. Но Каплунский забил тревогу потому, что, заполучив программу в свои руки, они хотят еще то ли украсть, то ли замочить этого русского парня. Так что, боюсь, перекупать нам будет некого. Словом, надо подсуетиться. Мы уже хотели обратиться за помощью в ФСБ.

«Час от часу не легче, – быстро представил себе ситуацию Интеграл. – Если его бывшие коллеги начнут искать Широкова и если даже подполковник Соколовский не раскроет тайну неофициального расследования, предпринятого не без его участия, те рано или поздно восстановят картину. И полетят чьи-то головушки. Не исключено, что и его собственная».

– И почему не обратились? – спросил Интеграл. – Мне вообще-то все равно. Я гражданин другого государства.

– Именно потому я тебя и выдернул, – заговорчески объяснил Невман. – У тебя свои связи с Майклом Даконто. Насколько я слышал, ты даже знаком с этим миллиардером Миганом…

«Так вот оно что?! – успокоился Интеграл. – Наверняка Даконто и слил эту информацию».

– Я и Готлиба знаю. Мерзкий тип.

– Так тебе и карты в руки, перепроверь информацию у Даконто. И потом, может, эти американцы вообще продадут весь проект целиком?

«Кишка тонка, – усмехнувшись, подумал Интеграл. – Но то, что Широкова надо спасать, пока не поздно, сомнению не подлежит».

– Задача понятна. Постараюсь, но не уверен, что получится.

– Пусть Мухтар старается, а ты выполняй, – напутствовал Невман. – Ты иностранец, тебе легче.