Чтение онлайн

Основанием процесса овеществления искусства стало превращение произведения как предмета эстетического переживания в художественную ценность. Стремление сделать искусство инструментом просвещения народа и освободить творчество от зависимости от церкви и аристократии - главных заказчиков и высокомерных покровителей художников, поэтов, музыкантов привело к превращению экспонируемости в основной эстетический принцип. В результате, со времени первых выставок импрессионистов произведение перестает быть атрибутом салонного культа красоты, разыгрываемого представителями привилегированных слоев общества, и все более становится виртуозно сработанной вещью, созданной для показа широкой публике. Ценность произведения определяется его культурной, то есть общественной значимостью. Процессы создания и восприятия произведения рационализируются и стандартизируются, превращаясь в процедуры кодировки/декодирования "художественной информации" о ценностях, обозначаемых как "новаторский стиль" или "рост изобразительного мастерства", "свобода самовыражения" или "свободное владение техникой". Превращение произведения в ценность открыло путь к тиражированию его в индустрии массовой

[30]

культуры, которая начала воспроизводить кодированную "художественную информацию", помещая ее на дешевые носители - альбомы фотографий и репродукций, открытки, кинопленку, бумажные и пластиковые пакеты(1). Тиражирование предоставляет практически каждому возможность располагать искусством наряду с другими предметами обихода.

По мере либерализации, демократизации и индустриализации художественного творчества искусство все более институционализируется. В эпоху Модерн художественная презентация (выставка, спектакль, концерт и т.п.) и художественная школа (направление) становятся социальными институтами - универсальными системами ролей "художник-публика" и "мастер-ученик/последователь". Стандартизация, унификация художественных практик посредством институциональных норм стимулирует превращение искусства из таинства общения с музами в художественное предприятие. Эпоха Модерн знаменуется развитием художественной организации. Театр, галерея, филармония - это воплощения системы ролей "художественный руководитель-художественный работник".

Институты в сфере искусства образуют комплекс норм, определяющих способы постановки и решения проблем создания и сохранения художественной ценности. Базовые элементы этого нормативного комплекса: произведение вещь, созерцание которой есть благо; творчество - создание оригинального произведения; вкус - обладание способностью к творчеству/созерцанию.

Деятельность и ее результаты, соответствующие этим нормативным требованиям, расцениваются как принадлежащие сфере искусства. И именно следование институциональным нормам, а не "объективные" свойства вещей и поступков, определяет в конечном итоге, что же есть искусство. Даже полное отсутствие звуков, но в ситуации, когда в филармоническом зале соприсутствуют, с одной стороны - оркестранты на сцене, а с другой стороны публика, может квалифицироваться как музыкальное произведение (опусы Джона Кейджа "4 минуты 33 секунды" и "0 минут 0 секунд"). Даже полное отсутствие изображения, но на холсте, вывешенном для обозрения публики в галерее, может расцениваться как произведение живописи ("Черный квадрат" Казимира Малевича или "Белый свет" Джексона Поллака). Таким образом, искусство - это все те артефакты и социальные технологии, которые воплощают для людей эпохи Модерн решения проблемы доставления эстетического переживания. Располагание сущим, переведенное в план искусства, предстает как обладание художественной ценностью.

Семья как часть институционального строя современного общества сформировалась в результате реализации идей освобождения тела и психики индивида из-под религиозного и кланового контроля

– ------------

(1) Об изменении характера искусства в эпоху Модерн см.: Беньямин В. Произведение искусства в эпоху его технической воспроизводимости, М., 1996.

[31]

за его сексуальным поведением. Импульс эмансипации субъекта желаний и удовольствии, заданный идеями Просвещения (от Руссо до маркиза де Сада), парадоксальным образом привел к тому, что личная жизнь, превратившись в ценность, стала частью жизни общественной, так и не успев стать вполне интимной. Как показал М. Фуко, человек в качестве субъекта сексуальности формируется в XVIII- XIX вв. дискурсивными практиками, продуцируемыми инстанциями власти(1). Дискурс философии, медицины, педагогики, демографии, криминалистики, проникнув в повседневность, "навязал" человеку обладание сексуальностью как материальным атрибутом - психофизической структурой побуждений личности, изначально биологической, но социокультурно формируемой, познаваемой, поддающейся контролю.

В процесс институционально регулируемого воспроизводства и контроля народонаселения в современном обществе (Modern society) человек включается именно как субъект сексуальности - чуткий (прислушивающийся к себе) и ответственный ее носитель. Эра сексуальной свободы наступает в модернизированном обществе в той мере, в какой сексуальность превратилась в своего рода собственность личности. Э. Гидденс артикулировал эту тенденцию, констатировав, что сексуальность стала более управляемой, открытой для разнообразных способов ее формирования, стала потенциальным "достоянием" индивида(2). Современная культура "отпускает" человека в сферу интимного только как уже сформировавшегося субъекта, располагающего собой, своими удовольствиями, своей сексуальной ориентацией, но и проблематизирующего постоянно личную жизнь как использование или наращивание этого потенциального достояния.

С процессом овеществления сексуальности коррелирует вытеснение на протяжении XIX-середины XX в. так называемой большой семьи, объединявшей в единую общность несколько поколений и ветвей родственников, семьей нуклеарной, ядро (нуклеус) которой составляют супружеская пара и их дети. Предназначение нуклеарной, малодетной семьи - социально санкционированный союз разнополых эго, нацеленный на материальную и эмоциональную взаимопомощь и "воспроизводство" потомства. Нуклеарная семья - это институциональная форма воспроизводства сексуальности. В этом ее принципиальное отличие от большой семьи, которая предстает не как ряд специализированных институтов, регулирующих деятельность индивидов наряду с экономическими, политическими и т.д., а как многофункциональный сегмент традиционного общества3. Образующие феномен нуклеарной семьи социальные институты сущест

– ---------------

(1) Foucault М. Histoire de la sexualite. Т. I: Volonte de savoir. Paris, 1976.

(2) Giddens A. The transformation of intimacy. Cambridge, 1993.

(3) Различие между институциональным типом структуры современного общества и сегментарным типом, характерным для общества традиционного отчетливо провел еще Э. Дюркгейм в трактате "О разделении общественного труда".

[32]

венным образом отличаются от традиционных отношений, обозначаемых теми же терминами. Институт брака служит легитимации различных проявлений сексуальности, превращая взаимоотношения индивидов в систему универсальных ролей "женатый/замужняя-холостяк/незамужняя". Иные аспекты традиционного брака в модернизированном обществе редуцируются. Так брак все более теряет качества межкланового отношения, в которое вовлечены многочисленные родственники и в котором реализуются мотивы вековой дружбы или вражды семей. Одновременно брак утрачивает большинство традиционно присущих ему свойств хозяйственного акта, которым перераспределялись трудовые функции в большой семье, приобретались дополнительные активы и рабочая сила. Изменяются в нуклеарной семье и отношения родства. Интеграция семьи теперь осуществляется на основе гармонии сексуальностей и эмоциональной привязанности. Родство, утратив качества отношений, складывающихся между индивидами под действием традиционной иерархии кровных связей, оформилось в систему универсальных ролей "член семьи-родственник", причем родственники, в противоположность отношениям в большой семье, членами семьи не являются. Члены семьи - это те, чьи отношения формируются в процессе репродукции сексуальности: сексуальные партнеры и их дети. Семейное воспитание также сводится к репродукции сексуальности. В модернизированном обществе, где социализация во все большей мере осуществляется в рамках образовательных и хозяйственных институтов, семейное воспитание превращается в исполнение стандартных ролей в ролевой системе "родители-дети", которая обеспечивает главным образом усвоение стандартов гендерного поведения.

Семейные институты сформировались как комплекс норм, которые воплощают для людей эпохи Модерн решения проблемы обладания личной жизнью, удовлетворения психо-физиологических потребностей. Базовые элементы этого комплекса: личность- тело, чьи физические и психические атрибуты суть проявления сексуальности; любовь - реализация сексуальности в брачном поведении; семья - постоянный брак и домохозяйство; зрелость - обладание физической, эмоциональной способностью к заботе о близких. Практики, соответствующие этим нормативным требованиям, и расцениваются как "личная жизнь" в противовес жизни общественной, несмотря на то, что сфера семьи или сфера интимности - это часть институционального строя, однопорядковая экономике, политике, науке, искусству.

Во всех рассмотренных сферах - экономике, политике, науке, искусстве, семье, прослеживается одна и та же тенденция: стремление к освобождению от произвола, к равноправию, к определенности и управляемости отношений приводит к подчинению взаимодействий универсальным безличным нормам. Следствием институционализации практик явились деперсонификация индивидов и возникновение

[33]

общества как исторического феномена. В ходе модернизации складывается общество как система институтов. Эмансипация индивида оборачивается институционализацией практик и утратой спонтанности. Реальность общества как системы доминирует над социальной реальностью индивида. Общество - это социальная реальность per se. Таким оно стало в ходе социокультурной трансформации, суть которой охарактеризовали, каждый по своему и все одинаково верно, Маркс, Хайдеггер, Сорокин: воля к господству над миром вещей приводит к овеществлению социального бытия. Таким образом, процесс реализации базовых для культуры Модерн ценностей Свободы и Прогресса, подлинное содержание которых - располагание сущим в любых его ипостасях, выливается в процесс реификации, овеществления общества.

ПОСТМОДЕРНИЗМ: СИМПТОМЫ РАЗВЕЩЕСТВЛЕНИЯ ОБЩЕСТВА

Восприятие общества как реальности на протяжении XIX-первой половины XX в. было не просто теоретической точкой зрения, которую можно было критиковать, как это делал, например, М. Вебер. Представление об объективности социальной реальности было обыденным автоматизмом мышления и поведения. Немногочисленные рефлектирующие социологи вроде М. Вебера могли лишь корректировать это представление, предостерегать от его абсолютизации. Ситуация принципиальным образом изменилась во второй половине XX в. Теперь гораздо убедительнее выглядят и все чаще абсолютизируются разного рода номиналистские и феноменологические концепции социальной реальности. Но наиболее радикален и потому симптоматичен постмодернизм, констатирующий дестабилизацию и даже исчезновение этого рода реальности.

Становление постмодернизма как эстетического и идейного течения приходится на I960-70-е гг. Начало использованию термина "постмодернизм" было положено в 1960-х гг., когда поборники нового направления в архитектуре отказались следовать принципу рационализации конструкций зданий, и на смену стилевому единообразию в духе функционализма пришла "игровая" архитектура намеренно вычурных и запросто совмещаемых стилизаций. К концу 1970-х гг. эклектичность уже предстала как общая характеристика, а коллаж как универсальная эстетическая форма новой культурной эпохи - Постмодерна. Отвечая на вопрос, что такое постмодернизм, французский философ Ж.-Ф. Лиотар констатировал: