Чтение онлайн

Что-то в его словах и интонации показалось Токунаге забавным, и он еле слышно хихикнул.

Рицуко Кавара осмотрелась и, кажется, немного успокоилась.

— Здравствуйте, — сказала она еле слышно.

Почему-то ее приветствие прозвучало неуместно. Постояв и помолчав еще немного, девушка наконец нашла в себе решимость сесть.

Такегами представился и еще раз объяснил, зачем пригласил сюда ее и Минору.

Рицуко поставила сумочку на колени и принялась нервно ее теребить, потом вдруг прервала Такегами на полуслове:

— Знаете, мне очень жаль господина Токороду. Но я должна сразу вам сказать, что не причастна к его убийству. — Ее тихий голос контрастировал с яркой, почти вызывающей внешностью. — И мне вообще кажется странным, что нас вызвали на допрос. Мы ведь ничего плохого не сделали!

Пока она говорила, ее руки ни секунды не лежали спокойно — она словно сопровождала собственные слова одной ей понятным сурдопереводом, ловила их, как первые снежинки, теребила и мяла длинными нервными пальцами.

— Мне очень жаль, что из-за визита в участок вам пришлось отпроситься с уроков, — извинился Такегами. — Дело в том, что нам понадобилось как можно скорее собрать вас вместе и выслушать ваши показания, а кое-кому из вас в эти выходные нужно уехать.

— Кое-кому? — хором переспросили Рицуко и Минору.

Дальнейшая их реакция была несколько различной.

— Вы имеете в виду Маму?

— Неужто эта сучка тоже приперлась?

— Сучка? — удивился Такегами.

Рицуко с укором посмотрела на Минору, а тот в ответ скорчил рожу:

— Хватит строить из себя невинную дурочку. Ты отлично знаешь, что я терпеть не могу эту стерву!

Рицуко промолчала.

— Ты ведь тоже думаешь, что это сделала она? — не унимался парень. — Эта сволочь и не на такое способна. Ты ведь писала ей, что подозреваешь ее. Она мне потом жаловалась, я помню. Ох, и развлекся же я тогда, притворяясь, будто ее утешаю.

— Перестань пороть чушь! — резко одернула его Рицуко.

Ее веки, покрытые ярко-голубыми тенями, дрогнули.

Минору ухмыльнулся:

— А ты, однако, очень смелая, малышка, — возьми да и спроси ее в лоб: мол, не ты ли, Мама, случайно, прихлопнула Папу?

(«Это *ты* убила его?»)

Рицуко не сдержалась и крикнула:

— Нет! Все было не так!

Казуми Токорода придвинулась к стеклу так резко, что едва не опрокинула стул, на котором сидела. Тикако вовремя подхватила спинку стула и поставила его на место.

— Ой, простите, — смутилась Казуми, — нам ведь нельзя шуметь.

— Ничего страшного. Тут можно делать что угодно, в соседнем кабинете все равно ничего не будет слышно.

— А, ну тогда ладно.

Казуми поправила выбившуюся прядь, потом склонила голову набок, оценивающе глядя на девушку, вошедшую в кабинет для допросов:

— Так вот она какая, Казуми.

— Ага.

— На самом деле ее зовут по-другому. Зачем она назвалась моим именем?

— Думаю, ее об этом обязательно спросят.

В кабинете для допросов Такегами изо всех сил старался успокоить Рицуко, которая махала руками, кричала и требовала, чтобы ее немедленно отпустили домой. Минору скучающе развалился на стуле, вытянув ноги и глядя немигающим взглядом в зеркало. На какое-то мгновение Тикако показалось, что он смотрит ей в глаза.

— Ну и придурок! — пробормотала Казуми.

В ее голосе чувствовалась ненависть, причину которой Тикако не могла понять, как ни старалась.

Между тем Такегами удалось убедить Рицуко не уходить. Девушка вытерла слезы и села на стул.

— Она специально давит на жалость, — заявила Казуми. — Думает, если распустит нюни, ей сразу поверят. Ничего удивительного, мужчины постоянно ведутся на такое.

— Полицейских не так легко разжалобить и одурачить, — осторожно возразила Футигами.

Но Казуми оказалось невозможно переубедить.

— С чего вы взяли? Полицейские ведь тоже люди. Наверняка к ним довольно просто найти подход.

— Может, ты и права, — согласилась Тикако. — Но сержант Такегами — крепкий орешек, так что на его счет можешь не беспокоиться.

— Это еще почему? — Казуми недоверчиво посмотрела на Тикако.

— У него дочь почти такого же возраста, так что, думаю, девочка-подросток вряд ли обведет его вокруг пальца.

— Еще как обведет! Думаете, он хорошо знает собственную дочь?

Тикако оказалось нечем крыть.

В кабинете для допросов Такегами уточнял полное имя Рицуко, ее домашний адрес, название школы, где она учится, и прочие персональные данные. Казуми не сводила глаз с девушки и, кажется, пыталась запомнить каждое ее слово. Потом она вдруг опять схватилась за телефон и принялась набирать очередное сообщение.

Тикако посмотрела на Футигами. Молодая коллега ответила ей многозначительным взглядом.

— Вы оба очень расстроены и встревожены, — прокашлявшись, сказал Такегами. — Пожалуйста, постарайтесь немного успокоиться. Возможно, нам действительно следовало выбрать другое место для этой встречи. То, что мы с вами беседуем в кабинете для допросов, вовсе не означает, что вас подозревают в совершении преступления. Поймите, для того чтобы найти убийцу господина Токороды, нам нужно как можно больше узнать обо всех, с кем он общался.

Минору выпрямился, положил ногу на ногу и выжидающе посмотрел на полицейских. Рицуко в очередной раз вытерла слезы и опять судорожно вцепилась в свою сумочку.

— Рицуко, я хотел бы кое о чем у вас спросить, — обратился к девушке Такегами.

Та сразу побледнела и еще сильнее стиснула сумочку, так что костяшки пальцев побелели от напряжения.

— Минору утверждает, что вы раньше всех стали общаться с господином Токородой в Интернете. Это правда?

Рицуко злобно посмотрела на Минору и еле заметно кивнула.

— Когда именно и при каких обстоятельствах вы с ним познакомились? Кажется, вы не так уж давно пользуетесь компьютером?

Некоторое время Такегами ждал ответа. Рицуко упорно молчала, поджав губы. Как раз тогда, когда он решил переформулировать вопрос, она вдруг заговорила:

— Компьютер появился у меня около года назад.

— Вам его подарили родители?

Рицуко поправила каштановую челку и помотала головой:

— Он, в общем-то, не совсем мой. Мама купила его для себя.