Чтение онлайн

Ванькин неожиданно метнулся к окну, рыкнул, прижимаясь к стеклу, посмотрел на улицу, и, ничего не обнаружив, повернулся. Пленка чёрной ртути затянула глаза. Искрящиеся волосы встали дыбом. Темным нечеловеческим взглядом он коснулся профессора. Тот вздрогнул, ощутив ледяное прикосновение, но Ванькин уже отвернулся, перенеся внимание на взъерошенного сенбернара.

Цербер, недобро поглядывая на здоровяка, спрыгнул с дивана. Рыча и скалясь, закрыл своего хозяина.

– Ну-ну, мальчик! Спокойно. Дяденька не злой. – Трофим, на секунду приоткрыв глаза, внимательно посмотрел на гиганта. – Чужое зло в нём. Растёт и ждёт своего часа, – странный лекарь покачал головой, выставленный указательный палец качнулся. – Не балуй, а то накажу!

Атлет на секунду просветлел взором, затравленно оглянулся, обойдя рычащее лохматое чудовище, выбежал из комнаты.

– Да что здесь, чёрт возьми, творится? – раздраженно выкрикнул Медведев.

– Шабаш, профессор! – очнулся Бейрут.

Говорил он трудно, превозмогая боль, однако кризис миновал – молодой человек, розовея на глазах, быстро приходил в себя.

– Шабаш на Лысой горе! – прохрипел он.

– А мы значит, по-твоему, ведьмы, – криво улыбнулся Жора.

– Точнее будет сказать, ведьмаки, – поправил Бейрут. Пылающий негодованием взгляд уперся в приятеля.

– А ты… ты… Игроман хренов. Я тебе еще припомню… – задохнулся хакер. – Ха-кхах! Кха! Кха!

Выходя из подъезда, Анатолий прокашлялся, плотно замотался теплым шарфом.

В горле першило, голова раскалывалась.

Он не боялся мороза и всегда встречал непогоду открытой грудью. Всегда, но не сегодня. Ощущение озноба, не отпускавшее с утра, на мгновенье ослабло.

Ледяной ветер ударил в лицо колючей, снежной позёмкой. Организм ответил жаром. Где-то в глубине грудной клетки вспыхнул огонь, поднялся к голове, заполз в череп. Горячие волны, накатываясь друг на друга, скользнули во все стороны. Обжигая руки, прокатились по затылку и только после этого провалились в ноги. Каждая клетка тела, наполняясь энергией, радостно завибрировала. Шарф исчез, шея голая, куртка нараспашку. Снежинки исчезают, едва касаясь кожи. Анатолий неожиданно вспомнил Димку с его необычной охлаждающей системой, вздрогнул, ощущая разгорающийся в голове пожар. На глаза наползла красная пелена. Резкая боль сдавила виски.

– Куда прешь, козёл! – зарычал здоровяк, возникший ниоткуда. – Порву! – гора мышц метнулась навстречу.

Анатолий почувствовал толчок, но не остановился. С отсутствующим видом продолжая движение, он прислушался к своим ощущениям. В голове загудело, и незнакомец превратился в расплывчатый силуэт. Он то приближался, опустив голову и как бы прицеливаясь, зигзагами шел навстречу, то исчезал. Анатолий взвыл, погружаясь в безумную вибрацию, в которой его тело играло роль струны, создающей вокруг себя плотные дрожащие сферы.

Длинный кожаный плащ натужно заскрипел, едва сдерживая взорвавшиеся мышцы разгневанного богатыря. Он охнул, побагровел, чувствуя невидимую преграду, но не свернул с пути. Ноги заскользили по утоптанному снегу. Упрямец выпучил глаза, испуганно разглядывая Анатолия. Воинствующий огонь, пылавший в чёрных зрачках, неожиданно погас. Гигант вздрогнул – искра узнавания мелькнула в его взгляде. Он замотал головой, словно не желая соглашаться с тем, что видели глаза, отчаянно бросил квадратный кулак в лицо телохранителя.

– Тыы?!

Удивленно ойкнув – уже не зверь, но все еще разгневанный – богатырь отлетел в сторону, сжимая разбитый кулак.

– Ванькин?! – изумился Анатолий, приходя в себя, с трудом фокусируя взгляд на летящих во все стороны каплях крови. – Об кого это ты?

– Кажется, об тебя, – пробормотал здоровяк, осматривая окровавленную руку.

– Кажется? А точнее нельзя?

– Точнее? Не помню! – здоровяк застонал, сжимая виски.

– Голова гудит!

– Мягко сказано – гудит! – поддержал Анатолий, активно массируя затылок. – Ревет и стонет, как тот Днепр, который до сих пор широкий!

– Не знаю, как тот Днепр, а я с трудом справляюсь с желанием разогнаться и врезаться в стену, – буркнул Ванькин.

– Не думаю, что из этого хоть что-нибудь получится.

– Да ужжж!

– Баран! – заорал со стороны дороги хриплый голос, забрызгивая одиноких прохожих грязной злостью.

Анатолий дернулся на крик.

Из подворотни, визжа резиной, выскочил побитый жигуленок, заскользил к одинокому пешеходу и громадной собаке. Старенький, видавший виды автомобиль отчаянно тормозил. Совершив сложный манёвр, остановился всего в нескольких сантиметрах от неторопливого мужчины.

Визг раненого зверя острой бритвой полоснул по обнаженным нервам. Удар подбросил сенбернара высоко в воздух. Гримасой боли исказилось лицо мужчины.

«Трофим, кажется», – мелькнуло в голове телохранителя. Гул сменился воем, время замерзло, потекло медленно, превращаясь в тягучую аморфную массу, в которой едва ощутимо тащился встречный автомобиль.

Стараясь избежать столкновения с псиной, новенькая иномарка совершила фантастический пируэт на заснеженной дороге, виляя задом и оставляя куски мягкой резины на каменном бордюре, медленно выкарабкалась на обочину и поползла в сторону тротуара.

Взгляд Анатолия остановился на ярком оранжевом пятне – из колодезного люка появилось радостное лицо молодого человека, с ярким пластиковым шлемом на голове. Застывшая улыбка медленно потекла вниз, превращаясь в испуганную маску.

Время вяло брело вперед, машина медленно приближалась, выпученные глаза юноши быстро заполнялись ужасом.

Ещё шаг – и машина сомнет паренька.

«Быть бы тебе где-нибудь в другом месте. У мамки под боком», – промелькнувшая мысль криком стегнула по нервам, взрывая душу, заставляя биться сердце в невероятном, сверхскоростном темпе.

– Неет! – взревел телохранитель, но голосовые связки не среагировали. Они просто не успели ответить на команду ускорившегося мозга.

Бампер, врезаясь в потемневший воздух, разогнал появившиеся на месте паренька цветные сполохи. Время взбрыкнуло, помчалось вперед, пронося иномарку над шахтой колодца.

Закричал Трофим, бросаясь к Церберу. Взвыла дефилирующая по тротуару высокая, крутобедрая и большегрудая тётка, привлеченная дорожным происшествием. Упираясь выдающимся во всех местах силиконом в своего низкорослого спутника, она вдруг на мгновение превратила его в трехголового монстра, увенчанного ярко-алой короной фантастически раздутых губ.

Водитель, кажется, не заметил распластавшегося на обочине сенбернара, женщина – исчезнувшего паренька, а Ванькин упорно не видел ничего, кроме эффектной блондинки, вышедшей из остановившейся на тротуаре иномарки.

Низкорослый мужчина сморщил мясистый, в красную крапинку нос, громко заорал, выбираясь из старого авто:

– А за ремонт кто платить будет?

Анатолий с трудом воспринимал слова – гул крови мешал сосредоточиться. Шум в голове постепенно затих, боль отступила.

– Твоя скотина мне всю тачку изувечила! – хозяин ржавого жигулёнка грозно свел кустистые брови к переносице, махнул короткой рукой в сторону неподвижного сенбернара.