Витольд [алко-роман]
Шрифт:
Опять же, возьмём список знаменитостей, умерших от алкоголизма. Для наглядности и узнаваемости – наших современников. Как школьное пособие, иллюстрированное картинками и текстом. И покажем его людям бухающим. Никого из них этот список особо не впечатлит. Хотя многие даже удивятся настоящей причине смерти, скользя глазами по знакомым фамилиям и портретам. Иные с некоторой гордостью улыбнутся, узнав, что давний их кумир тоже, оказывается, коллега по алкогольному цеху.
Если посвятить публику в подробности, её зябко передёрнет. Как только они узнают, насколько ужасным оказался финал многих знаменитостей. Талантливые, тонкие, интеллигентные люди «уходили», захлебнувшись собственной рвотой. Гибли в пьяных драках, получив под сердце ножом от случайного собутыльника. Падали пьяными, ударяясь виском о край кухонного стола. Умирали безвестно в одиноком запое, всеми забытые, в квартирах на окраинах городов. Тела вчерашних небожителей находили только через несколько дней. Только потому, что зловонный запах разложения начинал тревожить соседей.
Жизнь простого человека сама по себе – эксперимент и опасный аттракцион. Человек бухающий особенно склонен к опытам. Биохимического порядка. Жестоким и рискованным. Учёный и объект исследования в одном лице. К чёрту лабораторных мышей. Опыты строго на самом себе. Без наркоза, дублёра и страховки. Некоторые даже иногда доходят живыми до финала изысканий. Постановки самого сложного эксперимента. Задача которого, говоря высокопарно, повернуть время вспять. Проще говоря – завязать бухать совсем. Шарахаясь витиеватыми зигзагами проспектов, закоулков и тупиков своего жизненного пути, Витольд подошёл всё-таки к началу этого эксперимента.
Глава восьмая
Если Вы дочитали до этой главы и думаете, что сейчас Вам будет явлен точнейший рецепт, как Витольд проснулся в одно прекрасное утро абсолютным трезвенником, – хрен Вы угадали.
Как говаривал один старый знакомый Витольда, дальнобойщик с сорокалетним стажем, Игорь Валентинович: «С годами всё приходит. С годами…»
С ним вместе они работали когда-то в одной оптово-розничной конторе. Проще говоря, «коммерческой фирме», типичной для девяностых годов. Гоняли на КамАЗе по России и СНГ. Игорь Валентинович за штурвалом грузовика, а Витольд на пассажирском сиденье, экспедитором. «Экипаж машины боевой».
Свой стиль вождения Игорь Валентинович именовал так: «Тихо, по-стариковски, творчески».
Что на самом деле означало: не больше 70 километров в час, как предписывают ПДД. Если в пути заставала глубокая ночь и сил рулить дальше уже не хватало, обязательно останавливались. На предмет попить водки с устатку из ближайшего ларька. Без памяти задрыхнув часов на пять. Причём Витольд всегда пытался отказываться, но нарывался на стандартный ответ старшего товарища: «Не хочет, видишь ли, он!!! А ты думаешь, я хочу?! Стресс снимать обязательно надо!!!»
После пары месяцев совместной работы экспедитор перестал блевать от выпитого. Заработал вторую или какую там по счёту стадию алкоголизма – утрату рвотного рефлекса.
Витольд по прошествии лет может много рассказать из этих дорожных приключений девяностых. Про жадных гаишников и благородных бандитов. Колоритную обстановку придорожных кафе. Про ушлых бизнесменов и трассовых «плечевых» путан. Но не станет этого делать. Кому интересно погрузиться в атмосферу и натуралистичные детали той поры, пусть посмотрят фильм «Бумер».
Впрочем, в свете текущего повествования про алкоголь одну историю, точнее, водочную эпопею, можно поведать. Думаю, не слишком выбьется она из общего контекста.
Учредитель, он же директор оптово-розничной конторы, слыл человеком крайне экспрессивным. Решения принимал мгновенно. Подчас весьма неожиданные. Словно биржевой брокер из кино, молниеносно выкидывающий цифры жестами на пальцах. Время было такое. Период первоначального накопления капитала. Чтобы этот «очень сложный предмет» не растаял в витках бешеной инфляции, приходилось заставлять его крутиться в темпе юлы.
На директора работал солидный автопарк из десятитонных КамАЗов, мотавшихся в соответствии с его грандиозными многоходовыми планами по всей стране и окрестностям. Как-то раз, читая газету «Коммерсант-Ъ», он вдруг заорал из своего кабинета: «Так, срочно идите в бухгалтерию и немедленно собирайтесь в Тулу!»
А всего-навсего он только что прочёл статейку о тульском ликёроводочном заводе. Причём такого скрытно-рекламного характера, типа после реконструкции и установки немецкого оборудования Тульский ликёроводочный завод «пришёл к успеху». Начал выпускать чистейшую водку и прочие вкусные настойки. Особенно изумителен новый сорт водки «Левша», приготовленный по старинным рецептам из спирта класса люкс. В конце статьи телефон и факс. (Имейлы тогда были ещё редкостью.)
Игорь Валентинович и Витольд люди привычные. Быстро получили документы и засветло выехали. Дорога до Москвы бесчисленное множество раз туда-обратно обкатанная. С одной стороны – ничего интересного. Поля, сменяющиеся лесами. Иногда мерцают города невдалеке. Для Витольда, тупившего в окно на пассажирском сиденье, сплошная ландшафтотерапия. Протяжные, спокойные виды средней полосы. Успокаивающие нервы и переводящие мысли в безмятежное русло.
Прибыли в Тулу ночью. Старинное здание ЛВЗ оказалось чуть не в самом центре города. Камуфлированные вохровцы КамАЗ на завод не пустили. Пришлось заехать в ближайший двор и там встать.
Тут же подъехала классическая чёрная «девятка», из которой вышли двое молодых парняг. Но всё обошлось тихо и мирно. Поговорили вежливо за жизнь. Местные гангстеры поглядели на номера и серию региона, в ту пору особо криминального. Попрощались и уехали.
Утром получили на заводе полную машину весело позвякивающего бутылками груза. Упросить кладовщицу запечатать двери фургона заводской пломбой Витольд не сумел. Несмотря на обещания и посулы отблагодарить. Обломалась хорошая возможность провезти сорокоградусную без потерь мимо всеядных и всёпьющих гаишников.
Бывали такие посты, где выскакивал он с полной папкой документов, посмотрят на него гайцы: такой молодой, но уже за груз «старший». Шустрый, вежливый, на лицо свой – славянин. И, махнув рукой, отпускали. Но бывали другие. Кровопийцы, что с живого не слезут. Водителя, грузовик и документы на машину придирчиво проверят. Потом возьмутся за экспедитора и груз. Глянут в накладные, как в бесплатное ресторанное меню. Где только описания блюд, приукрашенные до самопроизвольного слюноотделения, но нет цен. Вцепятся изучать сертификаты, чуть ли не на свет их просматривая. Попросив открыть фургон, пялятся на груз, как на сундук со случайно найденными сокровищами. Сухопутные пираты хреновы. А были бы на дверях заводские пломбы, всё: «Adios, amigos!»
Тяните меня за хер мыльными руками. Груз опечатан, вот пометка в накладной. Хочешь открыть, посмотреть, посчитать, лейтенант? Не вопрос! Вызывай начальство, составляй акт.
Попадались и такие посты, где проверки больше напоминали альпийское нищенство. Особенно в одной тихой республике, на разбитой переправе через Волгу. Выглядело это так: полуграмотный сержантик в измятой форме не по росту тормозил жезлом всех подряд, слёзно крича в приоткрытое окно: «Хоть что-нибудь дай, а!»
Всякое случалось.