Чтение онлайн

А что ещё нужно молодому парню, если любимая девушка рядом, доброе оружие в руке, и есть понимание, что он смог сделать то, что не дано сделать никому? Здесь он обрёл себя, да, именно в этом мире, он смог стать тем, кем сейчас и являлся. Он не желал этого, не стремился и не просил, а просто сделал, и к нему всё пришло само. Оставалось только выжить и жить дальше, жить дальше здесь.

Глава 19

Любовь, похожая на сон

Вадим просидел всю ночь в каком-то полусне. Уже под утро он очнулся от того, что Роса у него под боком заметалась в горячечном бреду. С трудом поднявшись, он вновь разжёг костёр и, найдя неподалеку воду, вскипятил чай, добавив в горячее питьё толику зелий.

Напоив девушку, он допил остатки сам и провалился в глубокий сон. Росе стало лучше, и она тоже заснула, но Вадим просыпался, чувствуя, что ей плохо. Он и сам не понимал, как он это чувствовал. Вот, казалось бы, он только что спал, как убитый, а в следующий миг уже открывал глаза и вставал, чтобы вновь напоить девушку.

Так продолжалось и утром, и в обед, и вплоть до самого вечера, пока Росе не стало значительно лучше. Постепенно опустилась ночь, и на запах волчьих трупов стали сбегаться потихоньку жители леса, что не брезговали ими. Пришёл, в частности, медведь.

Не став испытывать судьбу, Вадим подхватил Росу под руки и, забрав мешок, отвёл её немного дальше от места битвы. Идти далеко он не мог и вскоре остановился, найдя более-менее удобное место. Запас еды у него ещё оставался, но ненадолго, дня на три, не больше.

У Вадима болела рука, прокушенная волком, скорее всего, волк сумел повредить ему сухожилие, но, не обращая на свои раны внимания, Вадим заботился о Росе.

Три дня пролетели незаметно. Их не трогали, а может быть, просто не смогли найти. Пора отправляться в путь, потому как ночи стали ощутимо холоднее и длиннее. Да и если уж животные смогли их чуть не убить, то чего дальше ждать от людей?

Роса пришла в себя на вторые сутки. И Вадим впервые смог полностью выспаться за ночь. Проснулся он уже под утро от того, что на него что-то легло сверху. Очень мягкое и одновременно упругое.

Открыв глаза, он увидел смеющиеся глаза Росы, которая тут же впилась ему в губы, укусив при этом. Целоваться она не умела. Пришлось учить, но недолго. Сил на любовь не оказалось ни у неё, ни у него, сказались ранения, но лиха беда начало, и утренний поцелуй оказался не смертельным для обоих, хотя Роса один раз уже показала женскую сущность, испив крови Вадима.

— Ты чего, Роса, кусаешься?!

— Я не кусаюсь, вы же, люди, так целуетесь?

— Нет, так кусаются, а целуются совсем по-другому. А что на тебя нашло?

— А я тебе не нравлюсь?

Вадим растерялся. Тут столько всего навалилось, а в лицо смотрят бесхитростные зелёные, как листва, глаза красивой девушки.

— Нравишься.

— А тебе нравятся больше беловолосые девки, да?

— С чего ты это взяла?

— Я знаю, видела у бабки в зеркале памяти.

— Гм. Мне всякие нравятся.

— Всякие? А я, значит, нет?

— Ты больше всех, — признался Вадим, сам того от себя не ожидая.

— Хорошо. Мне плохо сейчас, всю морозит. А тебе как?

— А мне хорошо с тобой.

— Правда?

— Правда! Тебе, Роса, нужно раздобыть обычную одежду, а то в этих шкурах ты смотришься нечистью.

— Это потом, сейчас нам нужно прийти в себя, Зимогор. Вылечиться и продолжить путь, тогда и найдём мне одежду.

— Хорошо, Роса. Спасибо, что ты пришла мне на помощь.

— Это тебе спасибо, я бы не дошла одна.

Вадим промолчал, лишь ближе притянул к себе девушку. В эту ночь они спали в обнимку на лапнике под вековой елью, и никого не боялись.

На следующий день они продолжили свой путь к Онежскому озеру, а ещё через день вышли к реке Истра и, соорудив небольшой плот, поплыли в нужную сторону. Их цель была проста: по системе мелких рек добраться до Волги, а уже по ней доплыть сначала до озера Белое, а потом по реке Ковжда до Онежского озера. Так казалось и быстрее, и проще.

Но на деле это оказалось нелегко, плот постоянно рассыпался, приходилось совершать переходы между реками, а ещё добывать себе пропитание и одновременно прятаться, чтобы не встретиться с кем-нибудь. Да и каждый раз они были вынуждены собирать новый плот.

Но чем дальше они отходили от Москвы, тем проще и быстрее удавалось передвигаться. Людей становилось всё меньше и меньше, а вокруг лежали огромные пустые пространства, состоящие из леса и болот, пронизанные многочисленными озёрами и реками.

Вадим наметил путь через Углич с его Покровским монастырём и Кирилло-Белозёрским монастырём, а там уже и Онежское озеро, как конечная точка. Сентябрь подходил к концу, и им следовало поторопиться. Но, как бы они не спешили изо всех сил, рискуя жизнью, и всё же в Углич добрались в самом начале октября.

Оставив Росу в лесу, Вадим зашёл в город, который ничем особенным его не заинтересовал. Город оказался маленьким, люди настороженными и недоверчивыми, кругом царило разорение и практически оккупация шведами. Ему удалось пополнить запасы пороха и найти одежду для Росы только после того, как его впустили в Покровский монастырь по паролю, сказанному настоятелем Саввино-Сторожевского монастыря.

В монастыре он передал последние сведения от Гермогена, которые просили говорить монахам везде, где он будет останавливаться. В ответ Вадим получил помощь, запас продуктов и одежду, как для себя, так и для Росы.

— Куда путь держишь, шляхтич? — поинтересовался монах, которого ему выделили в качестве сопровождающего в город.

— К Онежскому озеру.

— В Кирилло-Белозёрский монастырь заглянешь?

— Да, почему бы и нет?!

— Тады мы передадим с тобою им грамотку, да на словах что. Ты, главное, в руки никому не попадись. А ежели то получится, то не стоит говорить того, что мы скажем, а грамотку спрячешь надёжно, да и не поймут они, коли даже в руки им попадёт. Токмо знающий и разберёт.

— То мне ведомо, так и поступлю, — согласился Вадим, внимательно глядя на монаха.

— То добре, а ты зачем одёжу ещё и не на себя покупаешь?

Вадим действительно купил не только себе одежду, что изорвалась в очередной раз, но и Роксолане. Покупал не бабью, а мужскую. Порты да рубаху, да армяк плотный, да уж и зимний почти.

— Так двое нас, я да мой младший брат.

— А пошто с собой не привёл?

Тут Вадим понял, что сболтнул лишнего. Приводить в монастырь оборотня, тот ещё квест. Монахи живо раскусят, кто на самом деле его спутник. А оно ему надо?