Чтение онлайн

— Малыш, едят тя мухи, растудыт-твою и так далее…

— Да ладно, — отвечал источник звука, — что уж ты так-то? Что с меня взять, с деревенщины?

— Вот и образуйся, — сдерживая смех, сурово сказал Барс, — в присутствии доподлинного барона и двух витязей серешь, аки конь стоялый.

— Дык, я, — «испуганно» округлил глаза Малыш, — я ж токо-токо назём с лаптей…

— Ты лапти-то одевал хоть раз? — усмехнулся Акела. Все уже знали, что родителями этого здоровяка были вполне приличные люди, хотя и жившие действительно в деревне, в веси, если по-здешнему. Всё в точности по Ильфу и Петрову — «…академиев Митрич действительно не кончал, поскольку закончил пажеский корпус».

— А как же, — нормальным голосом ответил тот, — на охоту только в них и ходил.

— Ты мне лучше вот что скажи, охотник. Мы до Светловодья добрались или ещё нет?

— Да вчера ещё дошли.

— Точно?

— Да куда ж тебе точнее, если я в Светловодье родился и вырос.

— Василич, веточка у тебя?

Барс молча протянул другу заветную веточку, которую дала им ведунья на Червлянском базаре. Хвоя мгновенно вспыхнула, стебелёк стал огненным и она рассыпалась в пепел.

— А что будет теперь? — спросил Серж.

— Сами не знаем. Посмотрим. Что-то да будет.

— Добрый вечер, — произнёс за спиной приятный низкий женский голос.

Друзья резко обернулись. Из за ближайшего дерева, навстречу им, вышла статная темноволосая красавица.

— Вам нужна моя помощь? — спросила она низким звучным голосом.

— Здравствуй, красавица, — поклонился Барс. Прочие последовали его примеру.

— Стой, витязь, — властным движением руки остановила она его, — времени совсем нет, ваш друг в беде, поторопитесь за мной, мы ещё успеем.

Схватить оружие и набросить плащи было минутным делом. Вся четвёрка поспешила за женщиной. Казалось, она просто шла быстрым шагом, но даже бегом они только что не отставали, не говоря уже о том, чтобы перегнать. Впереди вдруг послышался шум схватки — крики, стук, рёв, звяканье и визг сшибающихся клинков.

Выскочив из-за деревьев, они увидели, сбившиеся у сваленной лесины телеги, валявшиеся тела и как с людьми рубятся их недавние знакомцы — чёрные орки. Вокруг схватки крутились поджарые волки, злобно грызущие нечисть. Хищники работали грамотно, в обычной своей манере — полоснул клыками ногу и отскочил, кровь струёй хлещет из вспоротой артерии, а волк уже к следующему-короткий, выверенный прыжок к глотке, почти неуловимое движение головы и вновь струя крови.

От стаи волков отбиться немыслимо, слишком умны, коварны и изворотливы. А ещё железная дисциплина. Их можно сравнить, разве что, с диверсантами-по сути, тот же почерк. Максимум эффекта при минимуме затрат. Это вам не Ван Дамм — эти с поднятой ножкой, как шавка на забор, стоять не будут. Вон скольких орков положить успели, чисто волчья ухватка. При виде подмоги звери моментально скрылись в кустах.

Впрочем, бой уже практически был закончен. Убитые орки валялись на земле, среди них лежали тела людей. Пять или шесть гоблинов, захваченных живьём, уже связывались суровыми бородатыми мужиками в зелёных плащах. Увидев новых людей, выскочивших из-за деревьев, трое из них направили на пришельцев копья.

— Стойте, коли честные люди, — зычно скомандовал пожилой воин, по всему — старший, — кто будете, что тут делаете?

— Витязи Великого Кнеза, следуем по служебной надобности, — коротко, за всех, ответил Акела.

— А грамота есть? — недоверчиво поинтересовался главный.

Акела молча достал свою грамоту и, держа в руках, развернул перед допросчиком. Сам он читать руны ещё не научился, но содержание ему прочёл Малыш. Грамотка действительно была убойной. Лицо дружинника подтвердило это весьма недвусмысленно, такое он явно видел впервые в жизни.

— Не серчай, витязь, — он резко сбавил тон, — служба, сам должен понимать.

— Да я и не серчаю, — махнул он рукой, — что случилось тут?

— Проезжали мы по дороге и увидели, как чёрные орки на обоз напали. Двух человек убили они сразу, а третий то ли жив, то ли преставился уже.

— Покажи!

Пройдя за лесным стражником, он увидел два залитых кровью трупа сельчан и безжизненное тело Клима, над которым уже сидела давешняя красавица, положив руки на окровавленный лоб.

— Жив он?

Женщина подняла глаза.

— Выживет, голова цела.

— Тройная прокладка, — вспомнив Портоса, улыбнулся Акела.

— По всему, живьём они хотели его взять, — тихо сказал из-за плеча старший, — когда мы подоспели, этих они уже уходили. А вот его пытались уволочь с собой, только волки им помешали. Впервой такое вижу.

— Похоже, мы кому-то очень нужны, — тихо резюмировал Андрей. В это время Слава открыл мутные от боли глаза.

— Мужики… — тихо произнёс он, — вы откуда?

— Из тех же ворот, что и весь народ, — «вежливо» отозвался Акела, — как тебя угораздило, чадушко?

— Подождите, — твёрдо сказала красавица, — сейчас у него боль в голове пройдёт, а потом он всё расскажет.

— Да, считай, прошла, — Клим сел, придерживая, однако, на своей голове руку женщины, — ты-то откуда взялась?

— Потом расскажу.

— Стойте! — вдруг всполошился Толстый, — а гоблин-то мой где? Он же мне жизнь спас.

— Гоблин, да ещё твой? — засмеялся Андрей, — ты что, без нас гоблинов разводил? Мало тебе поросят?

— Здоровый такой, светловолосый. Говорю же, если бы не он — хана мне.

Посерьёзнев, Акела отошёл от Клима и вернулся на дорогу. На земле лицом вниз лежали пятеро связанных орков. Один из них действительно был светловолосым. Он обернулся к десятнику.

— Допрашивали их?

— Сейчас допросим. Чем ворота подпирают.

Тон дружинника ничего доброго пленным не сулил. Всё правильно-за чем пришли, то и нашли, а как иначе? Здесь условные наказания не в ходу, и слава Богу. Так, а где же этот климовский спаситель? Акела шагнул к оркам и перевернул блондина на спину.

— Ты был с ними? — кивком головы он указал на лежащих рядом орков.

— Нет. Я провожал людей. Напали чёрные, их было больше.

— Понял, — достав нож из-за голенища, витязь перевернул гоблина на бок и одним махом рассёк путы.

— Ты что?.. — десятник схватил его за плечо. Наткнувшись на взгляд Акелы, он убрал руку, но повторил настойчиво: «Ты что делаешь?»

— А ты, что, не видишь? — подчёркнуто спокойно спросил он, — Я развязал того, кто спас жизнь моему другу. А у тебя что, другие намерения были?