Чтение онлайн

Стоун усмехнулся вслух, и сказал куда-то в сторону:

– Да Русский. Я устал, и хочу спросить, что будем делать. Ты единственный, из всех кого я знаю, делающий, то что ты хочешь. Пусть это почти всегда неимоверно глупо. Арена, твоя Ани и еще куча всего. Я очень сильно просчитался. Мои планы обрушил старый педик, и бородатый толстяк. Мне больше не хочется решать. И я прямо спрашиваю что будем делать, потому что сам не знаю. – на последних словах стоун немного повысил голос. Мне показалось, что он был на грани. У всех у нас есть предел, и для Стоуна он наступал сейчас.

Немного подождав я ответил:

– Хотелось бы верить, Стоун, что я делаю, то хочу, осознанно или неосознанно. А чего хочешь ты? Решай сам и делай. Можешь грохнуть нас всех, можешь застрелиться. Я тебе не советчик. Сейчас я хочу добраться до Вавилона, и узнать, где это чертово место, координаты которого мне вытатуировали еще на Земле. Все! Можешь идти со мной, можешь решить иначе. Ты, говорил, что в Вавилоне могут нам помочь. Мой путь лежит тута.

Стало светлее. Стоун нахмурился, помолчал с минуту и ответил:

– Пусть будет так. Делать нам действительно нечего, и не все ли равно где подыхать, здесь или в Вавилоне. Так, может, удастся поквитаться за парней. Что будем делать с Морганом. Кто его?
– и он многозначительно посмотрел на меня, - У тебя к нему счеты за Ани?

Нехороший и злобный внутри меня обрадовался. Теплая кровь заливает руки, лезвие входит в тело, крик. Яркая картина полыхнула в голове, с отчётливым желанием её повторить наяву. Я испугался и сразу ответил:

– Никто с ним нечего не будет делать. Хватит, мы только и делали, что убивали друг-друга. Сколько ты мохнатых убил Стоун, или я, или Африка? Оставим его здесь. Он хотел в Вавилон. Пусть идет пешком.

 - Круто, Русский! Я тебя боюсь. Снять кожу с него было бы гуманней. – и его губы скривились на бок в улыбке.

Мы залезли в ховер, но Стоун так и не лег. Дик бредил. Кровотечение прекратилось, но рана стала выглядеть еще страшнее. Нам следовало срочно доставить его в Вавилон, чтобы спасти. Рано утром Зои открыла сухпаи и мы позавтракали. После чего Африка вытолкал Моргана по аппарели вниз и развязал. Тот растерянно озирался. Он уже понял, что с ним решили сделать, но до конца сам в это не поверил.

Надежда такая штука, от которой избавиться нелегко. Даже висельник, на чьей голове завязали петлю, надеется, что его шея выдержит. Иногда кажется, что именно благодаря надежде мы и живем. Какие бы ситуации не были, мы все равно мечтаем, что выпутаемся из них сверхъестественным образом. И только когда надежда меркнет, начинается – ужас. Словно мощный пресс он впечатывает нашу душу куда-то вниз, коверкает ее, разрывает на части. Хотите узнать, что такое настоящий ужас? Подумайте о том, что будет после того, как вы умрете. Но не абстрактно, словно о чем-то постороннем, а по настоящему и дыхание ужаса, его маленькая толика, на миг проникнет в ваши мысли. Вот это и происходит с человеком, который теряет надежду, только все во сто крат больней и намного ужасней.

Когда аппарель начала закрываться Морган завыл и бросил к ховеру, но его остановил чудовищный кулак Африки. Добавив еще пару пинков, тот пошел к ховеру. На месте стались только мы с Стоуном.

– Убейте, лучше убейте. – закричал он, в его взгляде появилось что-то сумасшедшее.

Стоун наклонился, прижал Морган к земле и с иронией произнес:

– Хрен тебе! Мы же не такие ублюдки, как ты! Мы даем тебе шанс. Поверь, на Вивусе можно прожить. Помнишь того парня, он дошел до Калдрона на своих двоих. Ах совсем забыл! Калдрона больше нет. Но можно дойти до Вавилона. – после чего он развернулся и пошел к ховеру.

Я добавил к его словам:

– Метров через двести мы оставим винтовку, сухпаи и воду. Мы даем тебе шанс, а вот Калдрону вы с Мерлином его не дали.
– Мне в спину послышались крики брани, затем мольбы. Он окончательно сломался. В его глазах я видел ужас. Мощный, первобытный настоящая квинтэссенция страха. И кто-то внутри меня был необычайно доволен этим. Он подсказывал, что нет ничего лучше, чем пытка ужасом. Никакая вычурные экзекуции с этим не сравняться. Настоящий палач, вызывает ужас, боль и физические страдание – лишь средства.

Ховер неторопливо набирал ход, как и обещали, мы пожертвовали винтовкой, пятьюдесятью патронами и кое чем из провизии. Больше не дал Африка. Одна мысль о том, что его любимой машинке смерти не хватит еды, вызвала в нем приступ неописуемой жадности. И мы с ним решили не спорить.

Глава 14. Чужие против чужих.

Единственный монитор на месте водителя, когда-то срезало пулей. Стоун некоторое время ехал вслепую, руководствуясь моими указаниями, но ему это вскоре надоело. Он взял мою крупнокалиберную винтовку, приставил ее ствол к избитому бронестеклу и выстрелил несколько раз. Затем монтировкой мы выбили остатки стекла. В ховере стало намного свежее и я вынужден был надеть под плащ, стеганную самодельную куртку с нашитыми по ее периметру роговыми пластинами дракона. Кто-то из подручных Моргана все таки донес столь тяжелую амуницию и не бросил её в ущелье. За более комфортной теплой одеждой нужно было делать остановку и лезть в отсек под днищем.

Через несколько часов, на горизонте показалась огромная башня, заканчивающаяся диском на самом верху. Она немного напоминала чудовищный гриб-поганку. Стоун кивнул на нее:

– Эти башни создавали зубную границу. Раньше к ним нельзя было подъехать близко. Даже увидеть проблематично. Начинало ломать так, что хоть помирай. А вот сейчас, я думаю, ее будет можно осмотреть вблизи. Всегда хотел это сделать.

– Зачем? – спросил я, - Нам это чем-нибудь поможет?

– Не знаю, но башня стоит на углу нашего сектора, раньше к ним боялись все соваться. Может нам удастся выехать на смежные территории в таком месте, где нет патрулей чужих. А осмотр много времени не займет, тем боле, что скорей всего мы на нее не сможем забраться. Она большая, очень большая.

Сооружение, в близи выглядело впечатляюще, хотя мы и не доехали до башни несколько километров. Оно стояло на скале, от которой огромным ножом отрезали все лишнее, оставив лишь четыре ровные грани. Сама башня походила на колонну, с ровной отливающей металлом поверхностью, на верхушку которой приземлилась летающая тарелка. Этот образ нельзя было выкинуть из головы. В высоту вместе со скалой сооружение было не меньше ста метров. Не могло быть и речи чтобы вскарабкаться на нее без специального снаряжения.

Нормального пути никто не знал. В рейды на смежную территорию ходили подальше от башни, так что мы начали плутать между скал, ища путь к подножию. Дело близилось к вечеру, и мы заблудились. Но Стоун с тупой решительностью крутил баранку. Наконец мы уперлись в высокий обрывистый холм. Его подкова окружала нас со всех сторон. Над скошенной верхушкой нависала громадина башни с диском. Мы подобрались почти к самой конструкции чужих.

– Дальше не едем. – громко и разухабисто сказал он и усмехнулся.