Вкус твоих губ
Шрифт:
Ей стало трудно дышать, к горлу подступил комок.
– Со мной?
– Да, Клэр. Я люблю тебя и хочу, чтобы ты осталась со мной.
Она не могла смотреть ему в глаза, потому что не знала, может ли ответить тем же. Рон уже говорил ей эти слова, но в порыве страсти. И вот теперь…
За первой волной счастья пришло осознание реальности. Прошлое повторялось. В ее сумочке уже лежал билет на самолет до Нью-Йорка.
– Я… но… - Клэр перевела дух, готовясь к тяжелому разговору.
– Тебе нужно было сначала поговорить со мной. Как можно было купить нам дом…
– Мне. Я купил его для себя.
– Но ты же сказал…
– Я сказал, что люблю тебя. Сказал, что хочу жить с тобой. Но если ты откажешься, мое решение не изменится. Последние шесть лет все было как в тумане. Пора начать с чистого листа. Пора не только работать, но и жить. И, знаешь, я могу совмещать одно с другим.
Клэр моргнула, сдерживая подступившие слезы. Час назад она уже приняла одно нелегкое решение. Теперь ей предстояло принять другое, не менее трудное.
– Можешь? Ты уверен? Ты сможешь заниматься делами и оставлять время на то, что тебе покажется пустяками? Сможешь не злиться на меня за то, что я отрываю тебя от того, что ты считаешь важным?
– Смогу.
Клэр кивнула.
– В том-то и проблема. Не понимаешь? У меня все было не так, как у тебя. Я не вкусила успеха и хочу не упустить свой шанс. Я всегда этого хотела и не готова отказаться от мечты.
– Если мы будем вместе, тебе придется отказаться?
– Я… я люблю тебя. Сильно… - Слезинка все же скатилась по щеке, и Клэр смахнула ее ладонью.
– Но я не хочу, чтобы все закончилось, чтобы я стала обижаться на тебя. Обижаться за нереализованный шанс, за неудачу. Я не смогу так жить.
– Она замолчала, не зная, как убедить Рона, как дать понять, насколько труден выбор, ведь успех для нее не менее значим, чем для него.
– Я… я собираюсь вернуться в Нью-Йорк.
Рон нахмурился.
– Мне казалось, что ты хочешь перебраться в Лондон.
– Собиралась.
– Да, Клэр подумывала вернуться в Англию, ей хотелось этого, но предложение Хаммера было слишком соблазнительным, открывало перед ней новые перспективы.
– Я считала, что останусь в Англии, по крайней мере, до конца съемок, но получилось иначе.
– Что случилось?
– Хаммер. Он предложил мне новый проект. Я буду одним из продюсеров. Это именно то, чего мне всегда хотелось.
– Вот, значит, как… - протянул Рон.
– И ты сразу же все решила. Возвращаешься в Америку. А то, что произошло между нами? Забыто?
Только не плакать!
– приказала себе Клэр.
– Нет. Как я могу забыть эти дни? И ночи… Но я никогда не лгала тебе и не хочу начинать. Ты знаешь, что карьера у меня на первом месте.
– Я знаю, что так было. Вижу, что твои приоритеты не изменились.
– А твои?!
Клэр тут же пожалела о вылетевшей в запале реплике. Его приоритеты изменились. Не далее как утром он спас ее репутацию, согласившись открыть свой ресторан перед той ужасной женщиной.
– Мои изменились.
– Рон взял Клэр за руку и усадил рядом с собой на диван.
– Милая, зачем? Почему бы тебе не остаться здесь? Ведь всего два дня назад ты говорила, что скучаешь по Лондону.
– Мне плохо в Нью-Йорке, но еще хуже будет здесь, если я откажусь от карьеры. Я всегда мечтала снимать кино, быть игроком в этом бизнесе. Вне кино я чувствую себя лишней, у меня нет смысла жить. А сейчас этот смысл появился.
– Может быть, найти другой смысл? Например, быть вместе со мной?
Она промолчала.
Не дождавшись ответа, Рон продолжал:
– Извини, но это несправедливо. Конечно, ты должна заниматься любимым делом. Но Хаммер - не единственный твой шанс. Он знает, что предложения посыплются со всех сторон, и хочет прибрать тебя к рукам. Неужели ты не понимаешь?
– Ты можешь обещать мне другие предложения? Дать твердую гарантию, что я найду другую работу, если откажу сейчас Хаммеру?
Рон медленно покачал головой.
– Нет. Я лишь могу сказать, что люблю тебя.
– Знаю.
Клэр хотелось обнять его и дать волю слезам. Выплакать все, что накопилось. Но вместо этого она отстранилась от Рона, выпрямилась и, зная, что снова причинит ему боль, покачала головой.
– Я тоже люблю тебя.
– Признание отняло у нее остаток сил, и слезы полились из глаз, но теперь Клэр уже не обращала на них внимания.
– Только… не думаю, что любовь может заменить все остальное.
Глава 17
Клэр сняла очки и прижалась лбом к прохладному стеклу. Из окна ее офиса на двадцатом этаже открывался отличный вид на Центральный парк. На столе зазвонил телефон. Она со вздохом подняла трубку.
– Клэр Уинслоу.
– Мисс Уинслоу, это Паркер из «МГМ» [6] . Мы договаривались о встрече.
– Да, мистер Паркер. Жду вас в пятнадцать тридцать.
– Спасибо.
– До свидания.
Клэр опустилась на стул и пододвинула папку с проектом нового контракта. Работы было столько, что иногда ей не хватало времени перекусить. Стол был завален сценариями, контрактами, письмами.
С момента ее возвращения в Нью-Йорк прошел месяц. После успеха у Хаммера предложения действительно посыпались как из рога изобилия. Клэр сняла офис в центре города, сменила квартиру и подумывала о покупке новой машины. Все складывалось как нельзя лучше, и сейчас Клэр вела сразу пять проектов, работая с такими солидными кинокомпаниями, как «МГМ», «Уорнер Бразерс», «Юниверсал».
[6]«Метро-Голдвин-Майер» - голливудская киностудия. Создана из трех компаний и названа по начальным словам их названий.
Другими словами, она делала именно то, что всегда хотела делать. Мечта стала явью.
Казалось бы, надо радоваться, но Клэр ощущала только пустоту в душе.
Телефон снова зазвонил.
– Да?
– Мисс Уинслоу? Это Винсент.
– Где ты?
– Все еще в Лондоне. Как там Большое Яблоко [7] ?
– Отлично. Все замечательно.
– Угу.
– Что такое?
– Ничего, - быстро сказал Винсент.
– Просто отвлекся, извини.
– Последовала пауза.
– Клэр?
[7]Прозвище Нью-Йорка.
– Да?
– Ты поговорила с ним?
Слезы тут же подступили к глазам, и Клэр полезла в сумочку за платком.
– Нет. Я… я не дозвонилась до него.
Вообще-то Клэр и не пыталась. Боялась того, что Рон может сказать.
– Я был в «Касабланке», - сообщил Винсент.
– Отмечали шесть лет.
– Ты был в «Касабланке»?
– недоверчиво переспросила Клэр. В горле запершило, и она потянулась за банкой колы, стоявшей на столе.
– И как?
– Отлично. Рон прекрасно выглядит.