Чтение онлайн

— Нет.

— Слава Богу! — Нащупав в темноте его руку, сжала ее. — Я и не представляла, что он может быть таким грубым и вспыльчивым!

— Если бы ты знала, на что способен загнанный в угол человек, ты бы вообще диву давалась.

— Мне только жалко его… — Мэйбл виновато улыбнулась. — Я чувствую себя такой эгоисткой. Дикость какая-то! Если бы ты или я выкинули такое со своими родителями, они бы чувствовали себя кем угодно, только не эгоистами. Может, они воспитывали нас лучше, чем я Алана?

— Жизнь у нас с тобой была другая. Вот скажи, когда тебе было столько лет, сколько сейчас сыну, ты знала кого-нибудь, чьи родители разошлись? У кого были бы такие же проблемы, как у мальчишки.

— Вроде нет. — Интересно, какое у сына сейчас выражение лица, подумала мать. — Спасибо, что поговорил с ним.

— Ничего это не дало…

Мэйбл нашла другую мужскую руку и сильно сжала обе.

— Только не смей разыгрывать из себя благородного героя и бросать меня из-за Алана! — проговорила она.

— Ты что, считаешь, что я на это способен? Мэйбл догадалась по тону — такая мысль и в самом деле приходила ему в голову.

— А ты считаешь, что я это позволю? — спросила она, проглотив комок в горле. — Если я тебе надоела и ты не желаешь меня больше видеть или если считаешь, что истерики сына слишком дорогая плата за наши встречи, тогда дело другое. Но позволить одиннадцатилетнему сопляку диктовать тебе, с кем встречаться, а с кем нет…

Гард поцелуем остановил ненужное многословие. Это был не страстный поцелуй, призванный будить желание и вызывать трепет, а лишь ласковое, успокаивающее прикосновение губ.

— В одном твой сын оказался прав — я тебя не достоин. А теперь… — Гард быстро чмокнул женщину и потянул за собой к двери. — Не думаю, что он будет с нами ужинать, но если вдруг выйдет из своей комнаты и застанет нас здесь в темноте, скандала не оберешься. Так что пошли есть сосиски.

Мэйбл лежала в постели, подложив под голову руку. Был первый час ночи. Гард давно ушел, поцеловав на прощание, пригласил поужинать с ним во вторник и посокрушался, что не может остаться до утра. За последние четыре ночи она привыкла спать с любимым, и теперь кровать без него казалась ей непомерно огромной. Зато никто не похрапывает, улыбнулась Мэйбл, но улыбка тут же погасла — как же ей одиноко! Теперь, когда сын вернулся домой, они с Гардом не могли себе позволить спать вместе. Он оказался прав. Если у ее сына возникнет хоть малейшее подозрение, что их отношения зашли так далеко, он может сорваться и натворить новых бед.

Так что же делать с Аланом? Вариантов немного… От Гарда никогда не откажется. Пока сам ее не бросит, она от него никуда не уйдет. К Реджи ни за что не вернется. Может, продолжать встречаться с любовником и наплевать на выходки сына? Решение не из лучших. Предположим, она пойдет на это, но долго ли выдержат оба такие зыбкие отношения. Наверняка Гард решит, что овчинка выделки не стоит.

Стук в дверь прервал ее грустные размышления.

— Входи, — сказала Мэйбл, привстав и повернувшись на бок.

Дверь распахнулась. На пороге стоял Алан. Свет из холла делал его силуэт особенно четким.

— Можно войти?

Как же он вырос, подумала мать. Правда, пока еще по-мальчишески угловат, но уже не скажешь, что ребенок. Потихоньку превращается в подростка. К горлу внезапно подступил комок. Как же это, оказывается, нелегко, когда дети подрастают! Ей теперь так не хватало того ласкового милого мальчугана, который больше всего на свете любил сидеть, тесно прижавшись к ней, и слушал сказки про злых волков, хитрых лисов и про котов, которые носят шляпы. Того чудесного, горячо обожаемого малыша, который доверял каждому ее слову, которому и в голову не приходило с ней пререкаться, а если это и случалось, то только по такому ничтожному поводу, как время отхода ко сну.

Мэйбл села и, подоткнув под спину подушку, жестом пригласила сына сесть рядом.

Он робко подошел к кровати и примостился на самом краешке.

— Мне очень жаль, что так вышло с подарком…

— Что это было?

— Елочная игрушка из дутого стекла. Северный олень с венком на шее. Зря я его разбил…

— Зря… — тут же согласилась мать.

— Папа дал мне деньги… — Он запнулся и начал снова: — Дедушка дал папе денег, а папа дал их мне на подарок.

— Как съездил?

— Нормально. Повидался с Бобом и Джони. Гарри уехал, а родители Кэтрин разошлись. Ее отец живет теперь в Далласе, а у мамы новый муж.

Давненько она не слышала знакомых имен.

Эти дети жили по соседству, много времени проводили у них дома и иногда казалось, что у нее не один ребенок, а полдюжины.

— А как папа?

Не отрывая глаз от пола, Алан придвинулся к матери поближе.

— Нормально. — Секунду помолчав, спросил: — Мам, ты что, собираешься замуж за Гарда?

Женщина растерянно замолчала и, решившись на неизбежный разговор, ответила:

— Он мне не предлагает, Алан.

— А если бы предложил?

— Вышла бы.

— Но я не хочу, чтобы он был моим папой! Он ведь полицейский, мама! Он… он… мерзкий тип! Он…

— Но он не твой отец. В этом все дело, правда?

Упрямец проигнорировал этот вопрос.

— Я никогда его не полюблю!

Мать протянула руку и взъерошила сыну волосы.

— Я не могу заставить тебя любить его, Алан. Но уважение, которого он заслуживает, ты ему оказывать будешь! Иначе запру тебя в твоей комнате и будешь там сиднем сидеть!

— Ну зачем тебе с ним встречаться? Нам ведь так хорошо было без него!

В голосе мальчишки прозвучала такая мольба, что у Мэйбл защемило сердце. Какой же он еще глупенький! Не понимает, как ей было тяжело до того, как в их жизни появился Гард. Понятия не имеет, что такое одиночество. Откуда ему знать, что такое любовь! По своей детской наивности он искренне убежден: стоит ей перестать встречаться со своим знакомым, и их жизнь потечет по-старому.

Как же он ошибается!

— Гард для меня очень много значит, Алан, — спокойно, но твердым голосом проговорила мать. — Ты и он вообще два самых близких мне человека. И так будет всегда. Как бы плохо ты себя ни вел, какие бы фокусы ни выкидывал, я всегда буду тебя любить. Понимаешь, всегда! То же самое относится к Гарду. Неважно, останется он здесь или уедет за тысячи миль, я всегда буду его любить. Так что ради меня и ради себя самого постарайся подружиться с ним! Он может быть тебе очень хорошим другом. Но если ты…

— Ты врешь! — заорал Алан, вскакивая. — Если бы я был нужен тебе, ты бы его прогнала! Если бы любила меня, вернулась бы в Мемфис и жила бы там с папой или позволила бы ему приехать сюда! А ты хочешь, чтобы я водился с каким-то дураком, которого все ненавидят!

Внезапно Мэйбл почувствовала, что страшно устала.

— Иди спать, Алан.

— Мама…

— Иди спать! — повторила она уже более резким тоном. — Сегодня я уже сыта тобой по горло!

И, повернувшись к нему спиной, закрыла глаза, стараясь дышать глубоко и ровно, не прислушиваясь, как за сыном закроется дверь.