Чтение онлайн

– Чего мы тут ждем, человечек?
– прорычал голос, похожий на звук скрежетавших камней. Стирбьорн, отвернувшись от огня, посмотрел на будто вытесанное из камня лицо Зумары.

Гном Хаоса был ростом не выше десятилетнего норсканского мальчика, хотя ширина его тела почти не уступала росту. Его грудная клетка была огромной, а толстые руки и ноги не менее сильны, чем у любого норсканца. В глубоко посаженных глазах гнома пылал огонь ненависти, а вдоль лба рос двойной ряд шишек. Стирбьорн не знал, были эти шишки чем-то запиханным под кожу или являлись даром богов. Но пара клыков, выступавших из нижней челюсти гнома, явно была результатом прикосновения богов. Кожа гнома была крепкой и твердой, похожей по виду на необработанный гранит темно-красноватого цвета. Густая борода, черная словно уголь и завитая тугими кольцами, переплетенными метеоритным железом, свисала ниже пояса.

– Мы ждем тут, потому что я так хочу, гном, - ответил Стирбьорн.

– Ты обещал мне рабов, норсканец, - прорычал Зумара.
– Но пока я не получил ни одного.

– Эти были обещаны богам, - сказал ярл, указав на пленников, насаженных на колья. Те из них, кто был еще жив, кричали, умоляя о смерти, но никто не прислушивался к их мольбам.
– И я не собираюсь гневить богов, лишив их жертв ради тебя или любого другого смертного. Прояви терпение, Зумара. Сегодня ночью была лишь стычка. Скоро будет и настоящий бой. Ты получишь обещанное.

– Моя служба имеет цену, - проворчал гном.
– И немалую. И Эрешкигаль-Намтар жаждет.

– Твоя… демоническая машина скоро наестся досыта. Я даю тебе слово, гном, а слово ярла скелингов дорого стоит. Ты получишь свою плату.

Зумара рыкнул и посмотрел на ярла, сидевшего на троне. От гнома исходила ненависть и злоба.

– Не пытайся обмануть меня, человечек, - прорычал он.

Алчность темных гномов не была похожа ни на что знакомое Стирбьорну. Это было больше чем желание, больше чем страсть. Это было бешеное стремление заполучать богатства и рабов куда больше, чем могло когда-либо действительно потребоваться. Но это не имело значения. Демоническая машина, которую создал и связал своей волей Зумара, была ужасно мощным орудием разрушения. Стирбьорн уже видел ее страшную силу в бою против племени эсгаров, тогда она за считанные мгновения сровняла с землей их форт. Посеянное ею разрушение было великолепным и ужасным.

– Остальной мой флот еще в двух днях пути отсюда, - сказал Стирбьорн.
– Мы подождем его прежде чем высаживаться на материк.

– Ты так мало веришь в силу своих воинов, что вынужден ждать подкреплений?
– ощерился Зумара.

Бьярки зашипел, оскалив острые зубы, и угрожающе встряхнул костяным амулетом. Гном с презрением посмотрел на провидца скелингов.

– Думаешь, я боюсь твоего колдовства, ткач проклятий?
– зарычал гном.
– Прикуси язык, или я вырву тебе его.

Бьярки вскочил на ноги, его лицо вспыхнуло от гнева, но Стирбьорн положил руку на его плечо, остановив его.

– Два дня мы будем ждать здесь, - сказал ярл.
– Это мое решение, и оно не обсуждается. По воле богов море бушует, и корабли с моими мамонтами задерживаются. Я хочу посмотреть, как бретонцы будут сражаться против таких зверей, и не собираюсь атаковать без них.

Гном дерзко посмотрел на ярла, не проявляя ни капли страха в присутствии грозного вождя норсканцев, и его каменное лицо оскалилось в улыбке.

– Мы поняли друг друга, - сказал гном.
– Хорошо. Два дня.

Зумара повернулся и ушел, из-за коротких ног и массивного телосложения его походка была странно переваливающейся.

– Зачем ты удержал меня?
– прошипел Бьярки.
– Он заслужил благословение Отца Оспы за то, как говорил с тобой, мой ярл!

– Ты собрался воззвать к Праотцу Нурглету ради моей чести или своей?
– спросил Стирбьорн.

Бьярки, все еще дрожа от едва сдерживаемой ярости, бросил на него гневный взгляд, его глаза блеснули колдовским светом.

– Всегда ради твоей чести, мой ярл, - сказал он.

– Ты считаешь, что мне нужна твоя или чья-то еще помощь, чтобы защитить мою честь?
– спросил Стирбьорн, его голос звучал тихо и угрожающе.

Провидец облизал губы.

– Конечно нет, мой ярл, - произнес он наконец.

– Вот и хорошо, - сказал вождь, в его глазах мелькнул яростный огонь.
– А теперь скажи мне: та женщина, которая родит мне сына - она уже сейчас направляется к нам, как ты говорил?

– Она идет к вороньим полям, - подтвердил Бьярки.
– Боги открыли мне, что там ты одержишь славную победу над южными всадниками. Велика будет бойня. Велика будет скорбь их женщин. Твоя невеста придет накануне битвы, и сын твой будет зачат под зеленой луной после великой победы.

Стирбьорн улыбнулся. Сын! Он так долго ждал, чтобы одна из его женщин родила ему сына и наследника, однако этого никак не происходило. Его жены и наложницы родили тринадцать дочерей, но сына все не было. Две его дочери, искусные воительницы, сопровождали ярла в этом походе, и в бою они не уступали ни одному из его воинов.

– Слышите, дочери?
– сказал Стирбьорн.
– Скоро у вас будет брат, и тогда вы получите право выйти замуж!

Фрайгерд и Рефна были рождены разными матерями, но было заметно, что они сестры. Обе они были высокими и обладали благородными чертами лица, как отец. У обоих были длинные прямые волосы песочного цвета, хотя Фрайгерд завязывала свои волосы в хвосты, а Рефна носила распущенными. Возрастом они отличались чуть больше чем на год - им было девятнадцать и семнадцать лет соответственно. И хотя Фрайгерд была выше и сильнее, яростный характер Рефны более чем компенсировал это на поле боя.

– Я еще не встретила мужчину, которого сочла бы достойным быть моим мужем, - сказала Рефна, и Стирбьорн улыбнулся.

Повернувшись к провидцу, который смотрел на обеих девушек с нескрываемым желанием, хотя они были более чем на фут выше его, ярл велел:

– Скажи мне, где она сейчас.

Провидец кивнул и, скрестив ноги, сел на пол. Одной рукой он достал нож и разрезал себе ладонь, уже пересеченную массой шрамов. Хлынула кровь. Шепча заклинание, провидец вытер нож о меха, покрывавшие его плечи, и спрятал его в ножны. Сжав кулак и подняв его над головой, Бьярки откинул голову назад, позволяя крови из раны течь на лицо, заливая щеки, татуированные губы и глаза.

Продолжая шептать заклинание, Бьярки затрясся. Напряженные мышцы его рук и торса, покрытого ритуальными шрамами и татуировками, стали судорожно сокращаться, когда его душа воспарила над телом. Стирбьорн, и сам испытавший прикосновение богов, почувствовал, что дух шамана покинул оболочку смертной плоти. Словно дыхание ледяного ветра коснулось ярла, когда освобожденная душа провидца улетела.

Несколько мгновений спустя Стирбьорн ощутил, что дух шамана возвращается. Бьярки издал судорожный вздох - его душа вернулась в тело.

– Ну?

– Она в пяти днях пути к югу от вороньих полей.

– При ней есть охрана?

– Нет, - ответил Бьярки, вытирая кровь, текшую из носа.
– Она и сама обладает… определенной силой.

– Она одна?
– спросил Стирбьорн, в его голосе звучала тревога.

– С ней идет шайка бродяг. Она использует их для своего кровавого колдовства. Но они не воины, хоть и вооружены. Они нужны ей не для защиты, мой ярл. Как я уже сказал, она не нуждается в защите.

Стирбьорна его слова не убедили.