Чтение онлайн

В 1972 г. впервые скрестились творческие судьбы Высоцкого и Даля. Причём, – весьма необычным образом: Даль получил роль певца Евгения Крестовского в фильме "Земля Санникова". Эта роль предназначалась Высоцкому, который прекрасно прошёл фото- и кинопробы, но не был утверждён на роль директором "Мосфильма".

"…Утвердили меня в картину "Земля Санникова", – писал Высоцкий режиссёру С.Говорухину, – сделали ставку, заключили договор, взяли билеты,... а за день до отъезда Сизов – директор "Мосфильма" – сказал: "Его не надо!" – "Почему?" – спрашивают режиссёры. – "А не надо и всё!…". [3]

Вот так бывало в те времена: Высоцкий мечтал об этой роли, написал песни для фильма (в том числе, знаменитых "Коней привередливых"), но роли не получил, а песни в картину не вошли. А Даль от сценария в негодование пришёл, несколько раз порывался вообще со съёмок уехать – но роль всё же сыграл. Не его это была роль, не тот типаж должен был быть, так что фильм новых лавров ему не принёс, хоть в целом оказался очень удачным.

В середине 1973 г., после двух не принесших творческого удовлетворения сезонов в ленинградском театре имени Ленинского комсомола, Даль возвращается в "Современник". Теперь ролями актёр был не обижен – сразу четыре главных роли получил он! А самое главное – бросил пить. Помог Высоцкий: по его просьбе М.Влади привезла из Парижа чудодейственный препарат "Эспераль". Его зашивали под кожу, действовал он, как Дамоклов меч: если человек, зашивший ампулу, выпивал алкоголь, то в организме начиналась такая химическая реакция, что белый свет не мил становился.

А незадолго до того произошёл случай, который едва не похоронил идею режиссёра И.Хейфица снять блестящий актёрский дуэт Даля и Высоцкого в фильме "Плохой хороший человек". Рассказывает Е.Даль:

"Олег встретил в подпитии тогдашнего директора "Ленфильма" Киселёва, подошёл к нему и… шлёпнул по шляпе. Отныне ему на "Ленфильме" было запрещено сниматься. И вот Иосиф Хейфиц задумал "Плохой хороший человек". Высоцкого он как-то отстоял, (что, заметим в скобках, было отнюдь не простым делом – потребовалась помощь космонавтов, написавших письмо в "высокие инстанции", – авт.), а Далю даже пробы запретили. Хейфиц поехал к Киселёву на дачу. Долго его уговаривал. Киселёв слушал, слушал, а потом сказал: "Знаете, или я, или Даль". На что Хейфиц ответил: "Знаете, Даль"". [4]

Если всё было действительно так, как рассказала вдова артиста, то Киселёв оказался не худшим представителем советского чиновничества. Даль был утверждён на роль и блестяще сыграл Лаевского. Высоцкий в роли фон Корена был, пожалуй, даже убедительнее. Наградой ему стал приз "За лучшую мужскую роль" на весьма престижном международном кинофестивале в Таормине (Италия) в 1974 г.

Казалось, всё шло хорошо, ничто не предвещало беды, но... В январе 1976 г. Даль впервые за несколько лет выпил и уже не смог остановиться. В марте его уволили из "Современника" за нарушения трудовой дисциплины. Он перешёл в московский Театр на Малой Бронной, но работой удовлетворён не был. Проработав там два сезона, ушёл в Малый театр, но и там ему было не лучше.

Предложений сниматься было много, на Даль был разборчив, соглашался сниматься только тогда, когда был полностью уверен, что роль получится. Естественно, материального положения это не улучшало, а надо было как-то жить. Даль пошёл по тому же пути, что и Высоцкий, который с середины 1970-х гг. стал выступать с концертами то от общества "Знание", то от общества книголюбов. Даль ездил обычно с выступлениями от Бюро кинопропаганды. С этими выступлениями он объездил всю страну, побывал в Новосибирске, Пензе, Чимкенте, Новороссийске, Петрозаводске... Список можно продолжать долго. Принимали его везде хорошо, чему свидетельством многочисленные книги, подаренные ему зрителями и хранящиеся в его домашней библиотеке.

Конечно, это было приятно, но... Куда большую радость приносят артисту успешно сыгранные роли, а с этим было хуже. Одна из лучших ролей Даля – роль Зилова в кинокартине "Отпуск в сентябре" по пьесе А.Вампилова "Утиная охота". Даль мечтал об этой роли, но режиссёр В.Мельников приглашал на кинопробы кого угодно, но только не его. И вдруг случилось неожиданное: его утвердили на эту роль без проб! Но ожидание тянулось слишком долго. Даль был гордым человеком, и от роли отказался.

Режиссёр понял свою ошибку. Он лично приехал к Далю и уговорил его сниматься. Картина была снята и... положена на полку. "Высокие руководители" советского киноискусства решили, что она пессимистическая, а это, конечно же, противоречило принципам социалистического реализма. Прекрасная работа Даля была показана лишь через шесть лет после его смерти.

Даль попал в замкнутый круг. От невозможности выразить себя в искусстве развивалась депрессия. А депрессия, как известно, вовсе не способствует тому, чтобы бороться с неудачами и двигаться дальше. А вот для алкоголизма депрессия – лучшая питательная среда.

Нечто подобное переживал и Высоцкий. Поэт, признанный всей страной, не мог издать даже крохотного сборника стихов и стать членом Союза писателей, в котором состояли тысячи стихоплётов, чьих имён не знали даже их соседи! Попытка попробовать себя в режиссуре тоже успехом не увенчалась – из-за бесконечных бюрократических проволочек Высоцкий так и не смог приступить к съёмкам фильма "Зелёный фургон", в котором он собирался исполнять главную роль. Было от чего прийти в отчаяние.

Их последняя встреча состоялась 1 мая 1980 года.*** Даль приехал к Высоцкому домой, и тот читал ему свои последние стихи. Менее чем через 3 месяца Высоцкого не стало.

"На похоронах Высоцкого Олег сказал: "А теперь моя очередь", – вспоминает его вдова Е.Даль. [5] По воспоминаниям многих людей, он часто повторял эту фразу.

"Олег очень любил Высоцкого. Он любил его как человека, любил, может быть, не его актёрское творчество, но его личность, его поэзию, его песни. Никогда об этом прямо не говорил, но вот хотя бы по этой фразе: "После Володи останутся его песни…", – это становится ясно. Его смерть очень тяжело подействовала на Олега. И часто он повторял: "Ну вот, скоро и моя очередь пойти к Володе", – вспоминал режиссёр И.Хейфиц. [6]

После смерти Высоцкого Даль начал стремительно угасать. Мысли о смерти, которые и раньше приходили к нему нередко, стали почти навязчивыми.

"Как-то он пришёл утром на кухню и сказал мне, что ему приснился Володя Высоцкий, который его звал с собой. Я ему ответила: "Володя подождёт, Олежек, ему там не скучно", – рассказывала Е.Даль. [7]

Разговоры о смерти стали настолько привычными, что их перестали замечать. Даля, который тогда снимался в Киеве и жил в гостинице, в день его смерти встретил актёр Л.Марков. "Пойду к себе умирать", – сказал Даль, и Марков тут же забыл об этой фразе. А Даль пришёл к себе в номер, открыл бутылку водки... У него была вшита очередная "эспераль". В результате наступила реакция препарата с алкоголем, резко повысилось давление, и Даль скончался от инсульта. Возможно, это было самоубийство, а возможно Даль не предвидел такого исхода и просто искал спасения от депрессии, на которую никто из окружающих не обращал внимания.

Они были похожи – Владимир Высоцкий и Олег Даль. Это отмечали самые разные люди. Так режиссёр А.Эфрос писал: "Есть люди, которые олицетворяют собой понятие "современный актёр". Даль был олицетворением этого понятия. Так же как и Высоцкий. Их сравнить не с кем. Оба были пропитаны жизнью". [8]

Актёр В.Гафт, работавший с Далем в "Современнике", сказал: "Он (О.Даль, – авт.) был очень похож, как и многие "современниковцы", на Олега Николаевича Ефремова. Тот отразился в своих учениках, в том числе и в Олеге. В этом нет ничего обидного... В этом было своё обаяние, которое потом прекрасно освоил Высоцкий. У них у всех как будто один и тот же корень". [9]