Чтение онлайн

И еще одна обидная неудача.

О ней рассказал кинорежиссер Э.Рязанов: «В 1969 году я наме­ревался снять фильм по знаменитой пьесе Ростана «Сирано де Бержерак». Я пробовал многих актеров, и тогда мне пришла в голо­ву мысль — надо на главную роль французского поэта XVII века взять нашего современного поэта, и предложил роль Евгению Ев­тушенко.

И вот, в это самое время мы с женой были в театре — сейчас уже не помню в каком. И вдруг я увидел, что впереди на ряд сидят Владимир Высоцкий и Марина Влади. Володя перегнулся, поздоро­вался и говорит:

— Эльдар Александрович, это правда, что вы собираетесь ста­вить «Сирано де Бержерака»?

– Да.

— Вы знаете, мне бы очень хотелось попробоваться.

— Понимаете, Володя, я не хочу в этой роли снимать актера, мне хотелось бы снять поэта.

Я совершил, конечно, невероятную бестактность, ведь Володя уже много лет писал. Правда мне он был известен по песням блат­ным, жаргонным, уличным — по своим ранним песням... Он еще, действительно, не приступил к тем произведениям, которые созда­ли ему имя, создали его славу.

— Но я же тоже пишу.

Сказал он это как-то застенчиво. Я про себя подумал: «Да, ко­нечно, и очень симпатичные песни. Но это все-таки не в том боль­шом смысле поэзия», но промолчал.

Относился я к нему с огромным уважением и как к артисту, и мы договорились, что сделаем пробу.

Мы репетировали, он отдавался этому очень страстно, очень темпераментно. Сняли кинопробу. Тогда картину мне закрыли, при­чем сделали это грубо, категорично, диктаторски».

Действительно, Рязанов кроме Высоцкого пробовал на роль Сирано очень талантливых актеров: И.Смоктуновского, О.Ефре­мова, А.Миронова, С.Юрского... Но, отвергнув одного поэта, вы­брал другого — Е.Евтушенко, и неудачно. А Высоцкому пришлось всю жизнь убеждать многих в том, что он поэт не только поющий, но, прежде всего, — пишущий, что его творчество не самодеятель­ность театрального актера, а настоящая поэзия.

Г.Полока:

«Сейчас широко распространено мнение, что жизнь Высоцко­му усложняли чиновники. Это заблуждение: не меньше помех ему создавали коллеги по актерскому цеху, да и наш брат — кинемато­графист».

В мае в Москву собиралась приехать Марина по своим кинош­ным делам.

Высоцкий в разговоре с Золотухиным: «Завтра буду убирать­ся... Марина приезжает... Будет жить у меня... наверное. Решил я купить себе дом... тысяч за семь... Три отдам сразу, а четыре в рас­срочку. Марина подала эту идею... Дом я уже нашел со всеми удоб­ствами... обыкновенная деревянная дача в прекрасном состоянии, обставим ее... У меня будет возможность там работать, писать. Марина действует на меня успокаивающе...»

Идея купить или построить дом появилась в связи с тем, что жить у Нины Максимовны было тесно и неудобно, снять кварти­ру на долгий срок было трудно. С покупкой или постройкой было тоже не просто — Марине не разрешалось жить в большинстве ок­рестностей Москвы, как иностранке... Несмотря на все препятст­вия, желание иметь загородный дом остается в силе, а пока — ма­ленькая комната в квартире в Черемушках на улице Телевидения. Марина на свой вкус оформляет это временное убежище, чтобы там можно было жить и работать, старается ладить с Ниной Мак­симовной.

Вспоминает сосед Высоцких еще по Первой Мещанской М.Яков­лев: «Однажды Нина Максимовна пришла к моей тете и рассказала:

— Представляете, возвращаюсь после работы усталая, вымо­танная... Падаю на стул, вытягиваю ноги и руки. И вдруг Марина — кинозвезда с мировым именем — стягивает с меня сапоги. Меня это тронуло до слез».

Но жить с матерью было неудобно, не хотелось себя и ее стес­нять. Пришлось снимать квартиры. Сначала на Большой Садовой улице, потом — на Фрунзенской набережной, на Матвеевской.

В этот приезд Марина пытается пробить у председателя Коми­тета по кинематографии А.Романова только что написанный Вы­соцким киносценарий под названием «Удивительная история очень молодого человека из Ленинграда и девушки из Шербура». По словам Марины, Романов был в восторге, несмотря на фамилию автора. Дальше председательского восторга дело не пошло...

Отношения между Высоцким и Влади в этот период еще ос­таются неопределенными. И если Владимир всячески стремится к соединению, то Марина находилась в состоянии колебаний. Дави­ду Карапетяну, который несколько раз привозил ее в больницу к Владимиру, она с усталым раздражением говорила: «Зачем мне все это нужно?!»

Они расстались с ожиданием скорой новой встречи во время следующего кинофестиваля в Москве.

Как только Марина возвратилась в свое поместье под Парижем Мэзон-Лаффит, зазвонил телефон. Это был Высоцкий. Он провел несколько часов на почте, ожидая пока соединят с Парижем, и со­чинял...

Сначала он читает стихотворение, а потом: «Возвращайся ско­рей, без тебя я не знаю, каких глупостей натворю!»

Совместив приглашение на VI Московский фестиваль и рабо­ту по дубляжу фильма «Сюжет для небольшого рассказа», Мари­на получила визу на несколько недель и в начале июля приезжа­ет в Москву.

Перед этим в течение целого года она вместе с сестрами в па­рижском театре «Эберто» играла в чеховских «Трех сестрах». Тать­яна играла Ольгу, Милица — Машу, а Марина — Ирину. В истории театра это был единственный случай, когда чеховских трех сестер играли действительно родные сестры, профессиональные актрисы. В конце второго действия сестры восторженно кричали: «В Моск­ву! В Москву! В Москву!» И докричались — все вместе приехали на Московский фестиваль.

На фестивале Высоцкий знакомится с Даниэлем Ольбрыхским.

Д.Ольбрыхский: «Мы познакомились на кинофестивале в Мо­скве в 69-м году. С этим событием связан забавный анекдот, кото­рый трудно рассказать из-за одного нецензурного слова, которое в оригинале звучит из уст героя рассказа. Нас познакомил пере­водчик, мой фестивальный опекун: «Это молодой, но уже выдаю­щийся польский актер Даниэль Ольбрыхский, а это — наш поэт, ак­тер, певец Владимир Высоцкий». Уже тогда песни Высоцкого при­обретали популярность в Польше, так что я знал, с кем имею дело, но переводчик «приблизил» героя: «...то, что он поэт, гитарист, ак­тер — это правда, но это не самое важное, он... (ну, скажем, любит) Марину Влади!» Это любимый анекдот Марины, которая много раз просила меня, чтобы я рассказал о том, как я познакомился с Воло­дей. Так я встретился с ним первый раз».

17 июля для гостей фестиваля устраивают большой прием. Все делегации собираются у гостиницы «Москва», и оттуда их повезут на автобусах к месту приема. Марина знакомит Высоцкого с кине­матографистами из разных стран. А когда приходит время посадки в автобус, ретивый контролер его выталкивает, так как он не име­ет гостевого билета.

Марина не вышла вместе с ним, а осталась в автобусе среди фестивальных гостей... Высоцкий один на дороге, униженный и ос­корбленный, как оплеванный. О том, как должна была бы посту­пить Марина в этой ситуации, каждый решит для себя сам. Но слу­чилось то, что случилось...