Чтение онлайн

Звезды - сотни, миллионы светлячков - на черном полотне, подмигивали, звали и отвлекали от ненужных глупостей вроде жалости. Девушка отчаянно хотела разглядеть небесных огней маму. Но она не отзывалась. Тогда Тора закрыла глаза, и оживила ее образ в памяти. Мама пришла, заглушая шум и стоны, доносившиеся из покоев принца своим мелодичным голосом. Она пела для дочери, ту колыбельную, что любили они слушать с сестрой, и которую Тора теперь пела Этану.

– Знаешь, Суи жива!
– заговорила Тора, когда мама обняла ее.
– Ты ведь знала... А я... Прости!

– За что?
– спросила мама, приглаживая спутанные волосы на голове дочки.

– За то, что не искала ее.

– Разве ты могла? Ты бы никого не смогла в тот момент защитить!
– приговаривала она.
– Зато ты выжила! И посмотри на себя: ты уже многое умеешь...

– Да что я умею? Шептаться с ветрами? Слушать травы, чувствовать смертельную воду? Вот и все. Ты умела больше.

– И ты научишься. Просто откройся для мира, научись говорить с ним! Тебе нужно научиться внимательно смотреть в души сердца, слушать не только природу. Так ты сможешь себя защитить, моя хорошая. Так ты узнаешь, кто твой друг, кто враг, кого стоит опасаться, и кому не стоит жить на этом свете. Для этого просто не закрывайся в круге собственных болей. Боль - это временно... Как прохладный ветерок.

И она снова запела. Красивый, мягкий, теплый и нежный голос разливался, подхватываемый ветрами. Он окутывал девушку маленьким светлым коконом. Вот так под ее колыбельную, в ее нежных руках Тора уснула.

Часть 8.

Раннее утро. Солнце еще не успело подняться, и коснуться лучами замка, приближенного к границе. Оно только-только заглянуло в окна к работягам в деревнях, пробудило петухов и хозяюшек, тут же приступивших к ежедневным делам. Во владениях принца Этана даже слуги еще не проснулись. Сам хозяин спал едва ли не до обеда, плевав на побудки небесного светила, а, зная это, его придворные не особо торопились приступать к своим обязанностям. Впрочем, слугам, так или иначе, пришлось подниматься: готовить, стирать, прибирать... Воины, с недавних пор, обитавшие в замке, привыкли вставать чуть свет. Их военачальник поднимался на ноги еще раньше. Потому, как только он открыл глаза и прогнал прочь телогреек (тех, присланных братом ночью), осмотрелся по сторонам. В комнате кроме него никого не было. Принц Дир почесал щетину на подбородке. Прокрутил в памяти события вечера, вспомнил о своем новом приобретении. Так вот новой игрушки в покоях не доставало. Мужчина заглянул под кровать... Смешно сказать, но он так увлекся женщинами (столько месяцев в походе - не шутка!), что совсем позабыл о еще одной. Дир искал ее в ванной комнате, под кроватью, в пустом шкафу, в сундуке...

– Сбежала, тварь!
– разозлился он, схватился за хлыст. Вышел на балкон, поднес пальцы ко рту, чтобы свистнуть и призвать к себе дракона. Только набрал в легкие воздуха, как услышал мирное сопение. Повернулся, и подавил смешок, подкативший, когда он увидел спящую возле стены грязную девчонку. Она мирно спала себе, даже не подозревая, какие проблемы ее ожидают.

– Ну, ну!
– пробубнил принц, заглянул в ванную. Там, в бадье для купания, оставалась еще грязная вода, которую никто не удосужился вылить. Вот ее то он и набрал в ведро и излил на свою рабыню. Девушка мигом проснулась.

– Вздумал утопить меня?
– рассвирепела она, толкнув его в ногу пяткой.

– Помнится, вчера ты сама хотела умереть. Правда, выбрала другой способ. Так чем же этот плох?
– почему-то вместо того, чтобы сердиться Дир отвечал ей в том же тоне. Но сию же секунду опомнился.
– Я хочу помыться перед завтраком.
– И бросил ей ведро.

– Мойся, кто тебе не дает!
– тихо проговорила она.

– Иди и принеси воды!
– сцедил принц.

– Ну если так...

Почти безропотно (слова о коронованном лентяе ушей самого лентяя не достигли) Тора взяла ведро и пошла к колодцу во дворе.

В замке было тихо. Только стражники были свежи и при полной боевой готовности - их нервировало соседство с драконом. Хитрая тварь притворялась спящей. Зверь развалился на каменной плитке, но он уж точно не спал. Набирая воду, Тора наблюдала за ним. А дракон, приоткрыв один глаз, следил за девушкой. Она указала на ведро, интересуясь, хочет ли небесный властитель пить. Дракон удивился такому чуткому вниманию и приподнялся на передних лапах. Никто из-за страха воды зверю так и не подал...

Стражники у ворот переступили с ноги на ногу и крепче сжали в руках копья. Понимая, что таскать ведро за ведром, чтобы утолить жажду зверя - глупо, Тора вспомнила как легко застоявшаяся вода в колодце отзывается на призывы немного поиграть. И подняла из колодца водяного змея. Даже дракон усмехнулся, наблюдая за этим. Он открыл пасть, желая поймать поток. Тора в шутку отодвинула его в сторону - зверь подпрыгнул. Поток снова ускользнул и, пугающее людей, крылатое создание, как маленький котенок оттопырило хвост, приноровилось, будто хотело ухватиться коготками за ниточку. Когда дракон, наконец, поймал водяного змея, довольно чмокал и клекотал, с удовольствием наполняя желудок.

– Да ты малыш совсем.
– Подумалось Торе.

– Спасибо, не вкусная девочка!
– благодарил дракон.

Тора поняла, куда она подевалась из реальности, убегая от принца в прошлый раз. Поблагодарила зверя за то, что он не съел ее.

– Люди - плохо!
– пояснили ведающей.

– И не говори! Хотя я ими не питаюсь.
– Поддержала Тора, и уселась на камнях перед зверем, как-то позабыв зачем вышла во двор.

– Можно спросить?
– заинтересовалась девушка.

– Говори!
– дракону не доводилось так свободно с кем-то общаться. Его никто не понимал раньше. Почти никто...

– Почему ты служишь ему?
– спросила Тора. Дракон положил морду на лапы.

– Он друг!
– говорил зверь.

– Друг, который седлает тебя, катается на тебе верхом и еще плетей дает время от времени? Это рабство!
– скривилась собеседница.
– Он жестокий и не достоин твоей преданности!
– сказала девушка, оценив принца и его человеческие качества. Но дракон видел в нем совершенно иное. Дракон ведь мудрее.

– Было пусто. Пришел он. Нашел. Он - добрый мальчик! С ним не пусто!
– повелитель небес пытался донести до девушки свои мысли о Дире, только получалось это с трудом.

– Одиночество...
– в чем-то понимала зверя ведающая.
– Это и впрямь пустота.

– Ты понимаешь! Ты не полная!
– дракон кивал. Он был доволен, что нашел с кем можно поговорить. И диалог их малость затянулся.

Уверенные шаги принца раздавались в коридорах замка. Он спускался вниз, продумывая новый план воспитания. Дир уже чувствовал в руках плеть, которой стегал свою рабыню, жаль, только позабыл орудие в покоях.

Он повернул из-за угла к центральному выходу на дворцовую площадку и встал, словно вкопанный, лицезрев картину, достойную легенды... короткой и кровавой. Картина эта напрочь уничтожила мысли о наказании девицы какой-то там плетью...

– Да ей голову надо отрубить!
– пришел к выводу он, срываясь на бег, торопясь добраться до девицы раньше, чем голодный дракон (Дир уже проклинал себя за то, что не покормил зверя сразу, как прибыли).

А невежественная и напрочь лишенная чувства самосохранения рабыня сидела в десятке шагов от дракона. Рычащего дракона!