Чтение онлайн

– Ты мне и расскажи.
– Изобразив тяжелый вздох, не делаю ни единой попытки отстраниться от нежно-розовой аликорна, которая хоть и выглядит хрупкой и изящной, но в грубой силе вряд ли уступит моей оболочке.
– Вроде бы взрослые кобылы, а занимаетесь духи пойми чем.

Поморщившись от особенно болезненного укуса в исполнении Каденс, все же оказываюсь освобожден от захвата стройных ножек младшей принцессы. Сама хозяйка комнаты, скорчив обиженную гримасу, поднялась на четыре копыта и расправив крылья изогнула спину по кошачьи потягиваясь. Закончив разминаться, она обвиняющим тоном заявила:

– Скучный ты.

– Хм?
– Изображаю удивление.
– И какую реакцию ты ожидала увидеть... от меня?

– А ведь я тебя предупреждала.
– Усмехнулась Селестия.
– Чтобы Мозенрат растерялся, нужно что-то большее.

– На большее с бесчувственной куклой я не согласна.
– Обидевшись, принцесса любви уселась ко мне спиной, словно в одеяло укутываясь в собственные крылья.

"И ради этого они выкрали мою марионетку из гостевых покоев?".

В принципе, из произошедшего можно было сделать несколько выводов, самым главным из которых является несовершенство моих сигнальных барьеров. Да и тот факт, что при похищении сам я не отреагировал, попросту не ощутив злых намерений, говорит о том, что один гранд-магистр снова расслабился.

"Ну или во время нормального сна, мое сознание не воспринимает марионетки за важные объекты".

После случая с похищением одного из "элементов гармонии" и последовавшей за этим встречи с Ауисотлем, наши отношения с Селестией и Каденс, претерпели некоторые изменения. Нет, мы не стали любовниками и даже не перестали относиться друг к другу с долей подозрительности, но стороннему наблюдателю могло бы показаться, что между гранд-магистром Блэксэндии и правящими Эквестрией Аликорнами, завязалась настоящая дружба.

– Так что вы хотели?
– Удобно устроившись на мягкой кровати на спине, перевожу взгляд на богиню солнца, ожидая объяснений.
– В жизни не поверю, что все это задумано лишь ради шутки.

– Я бы хотела показать Каденс результаты твоей работы.
– Не став ходить вокруг да около, заявила Селестия, неспешно подходя к широкому ложу.
– Может быть ты все же встанешь с кровати моей... племянницы?

Слово "моей", белая аликорн выделила особым тоном, не давая усомниться в том, что к Каденс она относится вовсе не как к племяннице. Сама нежно-розовая аликорн, на подобное обращение даже ухом не повела, демонстрируя что ее все устраивает.

– Куда положили, там и лежу.
– Пожимаю плечами и ехидно прищуриваюсь.
– Или ты хочешь такое же украшение для своей спальни?

– Ммм.
– Принцесса дня остановилась и приложив к подбородку правое переднее копытце, сделала вид что задумалась.
– А ведь ты очень гармонично будешь смотреться в саду, между Тритоном и Дискордом.

– Ах, Селестия, ты меня ранишь в самое сердце.
– Театрально скрещиваю передние ноги на груди.
– Я к тебе со всей душой...

– А так же сердцем, печенью, легкими и остальной требухой.
– Насмешливо фыркнула Каденс, после чего посмотрела на меня через левое плечо и совсем по жеребячьи показала язык.

– Не только!
– Возмущенно вскидываюсь и приняв сидячее положение заявляю.
– Еще у меня есть теплая шерсть и как минимум сотня килограмм питательного мяса.

– Фу.
– Прикрывшись крылом, принцесса любви снова отвернулась.
– Варвар.

– И горжусь этим.
– Так же отвернувшись от младшей кобылы, гордо задираю голову.

Богиня солнца улыбнулась и глубоко вздохнув, словно бы с сожалением отпуская очередной момент безмятежности, уже серьезным тоном произнесла:

– Пошутили и хватит. Что насчет моей просьбы?

– У меня все готово.
– Легко спрыгиваю с кровати и встряхиваюсь всем телом, (совсем как собака после купания).
– Персонал лаборатории уже отпущен, но из Дворца Двух Сестер, без твоего прямого приказа, они уйти не могут.

– Тогда, предлагаю поспешить.
– Белая аликорн распахнула крылья и следующую фразу произнесла возвышенным тоном.
– Не можем же мы заставлять славных жеребцов и кобыл, лишние часы томиться в мрачной башне?

– Мне напомнить, что в соседней мрачной башне, кое кто собирается заставить томиться невинную принцессу?
– Всем своим видом изображаю недоумение.

– Тем более.
– Селестия мотнула головой, из-за чего развевающаяся на неощутимом ветру грива, превратилась в ореол из пламенно-золотых прядей.
– Я не могу позволить того, чтобы уединение моей пленницы нарушали посторонние.

– Да говорите вы уже нормально!
– В притворном отчаянии воскликнула нежно-розовая аликорн.
– У меня от ваших кривляний уже уши вянут!

В подтверждение своих слов, Каденс схватилась передними копытцами за голову, закрывая прижатые ушки. При этом она распахнула крылья и выгнула спину так, чтобы предстать в наилучшем ракурсе...

"Красуется. Впрочем, ей есть что показать".

– Заигрались.
– С намеком на раскаяние заметила богиня солнца.
– Отправляемся?

***

После прибытия во Дворец Двух Сестер, Селестия собрала в обеденном зале всех зони и пони, которые участвовали в проекте. Произнеся небольшую торжественную речь, она поблагодарила подданных за проделанную работу, пообещала что их труды и успехи не будут забыты, а затем велела моему брату доставить ученых на какую-то базу, название которой мне ни о чем не говорило. Солдаты под командованием "щит" капитана Армора, так же удостоились благодарственных слов правительницы, но им предстояло еще некоторое время оставаться в твердыне, дожидаясь пока все следы проводимых исследований будут убраны, а оборудование перемещено в другое место.

"Потом дворец начнут превращать в настоящую резиденцию принцессы".

– Зачем все это слушал я?
– Вопрос никому конкретно не предназначался, но ответила на него Селестия.

– Ты набирался опыта?
– Белая аликорн насмешливо подмигнула.
– Не каждый день удается увидеть в деле настоящего мастера.

– От скромности ты явно не страдаешь.
– Словесные пикировки с богиней солнца, уже успели стать чем-то обыденным, так что почти не отвлекали ресурсов разума.

– Не страдаю.
– Согласилась принцесса дня, тут же заявляя.
– Я получаю от нее удовольствие.

В главном зале лаборатории, расположенной в подземной части Дворца Двух Сестер, за разнообразными барьерами и магическими полями нас ожидала прозрачная колба из алхимического стекла. Внутри сосуда, опутанное удерживающими жгутами и трубками капельниц, в питательном зеленоватом растворе плавало тело белого жеребца с крыльями и рогом, бело-серебряными гривой и хвостом, а так же мускулистым торсом.

Пока в помещении загорался свет, который обеспечивали вставленные в потолок кристаллы, взгляды обеих моих спутниц не отрывались от шедевра биомантии, шаманизма, жречества и алхимии.