Чтение онлайн

Но я оставалась неподвижной, как он велел, надеясь, что он вознаградит меня за послушание. Я не была большой поклонницей правил. Но что-то подсказывало мне, что награды Белиала будут гораздо лучше, чем его наказания.

Когда горячий воск попал на копчикпоясницу, капли чего-то более прохладного коснулись моей спины. Он кончил, его сперма смешалась с коркой воска на моей покрасневшей коже. С его губ сорвалась серия проклятий.

Я осталась лежать на кровати, затаив дыхание, и слушала, как он натягивает штаны. Затем он поставил свечу и задул ее, от чего в комнате стало немного темнее.

— Ты была такой хорошей девочкой для меня. Теперь… — его дыхание было тяжелым, грудь поднималась и опускалась. — Теперь твоя очередь.

В моих ушах раздался еще один шуршащий звук. Я не смогла удержаться от непреодолимого желания украдкой взглянуть еще на секунду. Я повернула голову, оглянувшись через плечо.

Он взял бутылку вина, которую Хольга принесла вместе с ужином, поднес ее ко рту, опрокинул и допил остатки. Капля красной жидкости скатилась по подбородку его маски и капнула на грудь.

Мой рот защемило от желания слизнуть ее.

Когда он поймал мой взгляд, его серые глаза вспыхнули за маской.

— Повернись, маленькая смертная.

Я сделала, как он сказал, прижав щеку к одеялу. Оно не пахло им. Должно быть, он не часто спал в своей постели.

И тогда я почувствовала это.

Холодное стекло коснулось моей горячей от лихорадки кожи. Он потер горлышком бутылки мои половые губы и одобрительно хмыкнул, когда обнаружил, что я вся мокрая.

Он собирался трахнуть меня бутылкой вина.

— У тебя самая красивая киска, маленькая смертная. Такая розовая и совершенная. Намного лучше, чем у мертвых. По крайней мере, так мне говорят другие психопомпы. Как перевозчик Владыки, у меня много обязанностей, поэтому нет времени на плотские утехи.

— Ты засранец, — простонала я, когда он вогнал первый сантиметр бутылки в мою киску. В основании она была холодной, но ее кончик все еще был теплым от его рта. Это было куда приятнее, чем должно было быть.

Сначала он был нежен, медленно и осторожно вставляя ее, убеждаясь, что мое влагалище достаточно растянулось, чтобы принять ее, прежде чем всунуть полностью. Он вытащил ее из меня, а затем снова вставил, на этот раз до конца.

— В тебя входит удивительно много, — он усмехнулся. — Жаль. Ты бы мне так хорошо подошла.

Я сдержала крик, когда он снова вогнал ее в меня — на этот раз сильнее, чем в первый раз.

— Блядь! О, Белиал. Прошу. Прошу, заставь меня кончить.

Он начал вводить бутылку в меня с такой скоростью, что я стала пускать слюни на его одеяло. Мои пальцы вцепились в него, как в спасательный круг. Прошло столько времени с тех пор, как я трахалась с Марком. Мне не понадобилось много времени, чтобы возбудиться. Я уже была на грани, еще несколько толчков — и все было бы готово.

Не ожидала, что удовольствие нахлынет на меня так жестоко, как приливная волна, намеревающаяся утопить меня. Я задыхалась, мое тело дрожало так сильно, что нервы с трудом справлялись с этим ощущением.

— Ты хорошо себя показала, — Белиал откинулся на подушки, положив руку с бутылкой на одно колено. Он наклонил бутылку, и на этот раз молочная жидкость моих выделений, которая стекла внутрь, проскользнула через стекло, мимо отверстия для рта в его маске, и потекла по его горлу.

Из его губ вырвался вздох удовлетворения, как будто он выпил стакан освежающего лимонада, а не мой сок.

Он щелкнул пальцами, и цепь с моего ошейника просто упала. Я надеялась, что ошейник пойдет за ней, но, видимо, это не входило в его планы. Сковавшие мои запястья наручники сами расстегнулись, и я освободила руки.

— Тебе лучше убираться отсюда, — сказал он со вздохом. — Пока я не решил, что ты нравишься мне слишком сильно, чтобы отпускать.

Глава 13

Рэйвен

Задыхаясь, я выбежала из комнаты Белиала. Я прислонилась спиной к стене и сползла вниз, уткнувшись лицом в колени. Моя кожа была горячей и липкой, на ней все еще оставались следы воска.

Я чувствовала себя совершенно изможденной, использованной.

Расстроенной.

И чертовски мокрой.

Я должна была чувствовать стыд за то, что мне пришлось сделать, чтобы этот демон отпустил меня.

Вместо этого я чувствовала… себя живой, окруженной всей этой смертью. Но, с другой стороны, я всегда чувствовала себя более комфортно в окружении мертвых.

В глубине души внутренний голосок говорил мне, что я принадлежу этому месту. Вероятно, потому что заслуживала гнить в аду, учитывая мою карьеру. Может быть, вечность в этом месте не была бы полным адом, если бы кто-то вроде Белиала назначал мне наказания.

Нет, плохая вагина. Я отругала пульсирующую плоть. Не то чтобы я винила ее. Я знала, что все мои предыдущие партнеры были разочаровывающими в постели, но после того, что только что произошло с этим демоном, я получила более четкое представление о том, насколько плохими они были.

Тем не менее. Я не могла остаться в стране мертвых только потому, что у него был лучший член.

Я встала и засунула руку под ночнушку, отрывая воск.

Мои шансы на побег были невелики, но я все равно должна была попробовать. Я была полна решимости, чтобы все прошло лучше, чем в прошлый раз. Меня бросило в дрожь при воспоминании о руках, хватавших меня со всех сторон, прикасавшихся ко мне.

Потом на смену этому воспоминанию пришло более свежее — руки Белиала, гладящие меня, твердые и властные.

В последний раз взглянув на его дверь, сердце сжалось в узел, и я бросилась бежать.

Мои босые ноги стучали по плиточному полу, когда я мчалась по коридору, белая ночная рубашка развевалась за мной. Ошейник на шее казался все тяжелее, но я игнорировала его, отгоняя всякое неудобство и сосредоточившись исключительно на том, чтобы выбраться из этого проклятого замка.

Не успела я опомниться, как уже шла по знакомой дороге. Влево у доспехов, вправо у картины Катрин, вниз по лестнице… Было глупо повторять шаги, которые я делала в прошлый раз, но у меня было ощущение, что неважно, каким путем пойду — все равно окажусь в той же петле коридоров. Те же стены будут издеваться надо мной и моей неспособностью разгадать лабиринт.

А что, если единственный способ выбраться — это магия?

Когда картина Катрин появилась в поле зрения во второй раз, мои плечи слегка опустились, и я замедлила шаг, с завистью глядя на ее торжественное выражение лица.

Ее образ и память были заперты в этом месте крепче, чем сокровища фараона. Но ее тело было свободно. Удалось ли ей сбежать от Владыки Костей? Был бы он настолько мрачен, если бы ей это не удалось?

— Думай, Рэйвен, — прошептала я, едва слышно для собственных ушей.