Власть Дракона
Шрифт:
– Знаю.
Я забралась на сидение в телеге, наблюдая, как мама так же крепко обняла отца. Он ей ласково улыбнулся – той улыбкой, что предназначалась ей одной, той, которая говорила, как сильно он её любит и будет скучать – и, поцеловав в висок, занял место рядом со мной.
– Готова, Нэсс? – хитро прищурился он.
– Ещё как! – радостно воскликнула я.
Отец рассмеялся и ударил круп лошади поводьями, отправляя её в путь.
– Пусть Природа-мать вас хранит, мои родные! – крикнула нам мама на прощание. – Воорн, береги нашу дочь!
– Обязательно, Тия!
Первую ночь путешествия мы с отцом провели в трактире недалеко от города Лёрхн. Моё тело было таким изнывшим и усталым от однообразного сидения в телеге, что я уснула мгновенно, а снились мне прекрасные сады столицы. О них мне рассказывала мама. Она говорила, что там есть растения такой красоты, что увидишь их впервые и влюбишься навсегда. А ароматы… Я просто обязана уговорить отца сводить меня туда. Пусть и поздним вечером, чтобы уменьшить риск попадания кому-нибудь на глаза.
Ох, сколько же у меня планов на короткие два дня, что отец запланировал провести в Днархариусе… Как же хотелось исследовать каждый его уголок!
Но несмотря на то, что моё сознание целиком и полностью занимала конечная цель нашего путешествия, я не забывала восторгаться красотой окружающей природы, что сопровождала наш путь. Бесконечные леса тянули свои зелёные верхушки к высокому голубому, без единого облачка, небу. Гряда зубастых гор тоже от них не отставала, а в некоторых местах высокий пик нет-нет, да доставал до неба. Мы проезжали мимо бескрайнего моря цветов, которые имели в своём арсенале все цвета радуги, а вдали паслись дикие лошади, блестя на солнце своей гладкой гривой. Трава колыхалась от мягких порывов теплого ветра, создавая впечатление воды в моём любимом озере, только размерами много больше.
Путник! Как же я завидовала твоей свободе и возможности видеть всё это великолепие своими глазами. И вот теперь сама на твоём месте! Чудеса!
Следующие две ночи мы ночевали в тех местах, хозяевам которых отец мог доверять. Они не задавали вопросов, а мы быстро проскакивали в комнаты на верхних этажах, мимо выпивающего и веселящегося народа. С учётом, что в столицу помимо нас направлялись многие другие, было удачей то, что тесная комната для нас вообще находилась.
Близко к Дранрхариусу мы добрались к ночи третьего дня. Отец решил, что на ночь мы останемся в лесу – в позднее время не достучаться ни до одного трактирщика, чтобы взять комнату. Мы поужинали вяленным мясом и яблоками, которые отец обменял на пару мотков шерсти ещё в Лёрхне, а когда расстелили шкуры возле костра, чтобы улечься спать на твёрдой земле, меня слабо окликнула магия.
– Я сейчас вернусь, – предупредила я отца и последовала зову, не желая его игнорировать.
– Я удивлён, что это впервые за весь наш путь, – усмехнулся он, растягиваясь во весь свой рост на шкуре и подкладывая под голову руку. – Если честно, думал мы доберёмся в столицу только через вечность из-за твоего дара. Будь осторожна, Нэсс.
Звало меня могучие дерево, одна из его веток была надломлена, да так словно кто-то специально выкручивал своими руками неподдающееся волокна, в попытке оторвать прут. Листья на ней чуть потушили свою зелень, но цельность веточки ещё можно было спасти. Возможно, покалечить дерево пытались этим утром…
Я с большой охотой приложила к излому свои руки и прикрыла глаза, намереваясь увидеть того, кто это сделал, но дерево решило иначе…
И вот я врастаю своими многочисленными тонкими корнями в холодную, промёрзлую землю, которая уже много лет не знала тепла солнца, но она помнила. Помнило и я. Надо мной тяжёлое, затянутое чёрными тучами, небо. Ледяной ветер раскачивает мои ветки, заставляя их трещать – такой он сильный. К стволу широкого дерева рядом жмутся двое людей, в попытке согреться. Они дрожат всем своим телом, но не только от холода, леденёными мурашками скользящему им за шиворот, но и от страха. Они прячутся. Спасаются. Спасаются от того, от кого не спастись. Их маленькие фигурки накрывает огромная, чёрная тень. Раздаётся урчащий, грозный рык. Предсмертный крик людей. И меня обдаёт жаром. Огонь поглощает в своей силе две маленькие фигурки, сжирая вместе с ними и дерево, к которому те жались, опаляя и мои ветки. Крик… Истошный крик смерти… Рёв… Беспощадный рёв могучего, черного Дракона, закрывающего своей тушей и гулко хлопающими крыльями половину хмурого неба…
Я тоже кричала. Поняла я это, когда, наконец, смогла увидеть взволнованное лицо отца, трясущего меня за плечи своими руками.
– Эй! Вернись ко мне, Нэсс! Всё в порядке, слышишь?
– Да… – хрипло выдохнула я и прижалась к его груди, постепенно возвращаясь в себя.
– Тёмные времена? – глухо спросил отец, прижимаясь своей щекой к моей макушке.
– Они… Но в этот раз… В этот… Я видела Дракона. В его природной ипостаси… Он ужасающий, пап. Беспощадный…
– Т-ш-ш… Не зацикливайся. Это в далёком прошлом. Сейчас бояться нечего.
Он заживо сжёг людей! Взял и поглотил их своим раскалённым до бела пламенем… Людей, которых Природа-мать вверила ему в руки. Наказала оберегать и заботится.
В Светлые времена, в самом начале сотворения нашего мира, всё так и было. Земля была благоухающей и плодородной. Люди – добрыми и миролюбивыми. А Дракон – справедливым и величественным Правителем. Дхеллцы восхищались его умом, добродушием и великолепием. Буквально весь народ жил в достатке и процветании, благодаря его мудрому правлению и любви, что наполняла гармонией сердце каждого человека. Каждого уголка мира касалась невидимая магия добродушия, исходящая из самого сердца Дракона. А затем настали Тёмные времена…
Мы с отцом в обнимку вернулись к месту стоянки и в молчании улеглись на свои шкуры.
Мне доводилось, благодаря дару, видеть Светлое время. Невероятно яркие краски и любовь наполняли те видения. Я чувствовала тот покой и счастье, что, подобно мягкому ветру витали в воздухе, щекотали листья и траву, лучиками горячего солнца играя в них. Так же остро воспринимались видения и о Тёмных временах… Страх, голод и беспросветное отчаяние.
Большинство людей в то тяжёлое время были злыми и беспощадными, под стать своему Правителю. Войны, грабёж, зверства. Сердца людей наполняла ненависть и жестокость, взявшие свое начало в чёрном сердце безжалостного Правителя-Дракона.
Из покон веков наш мир подчиняется простому правилу: каков Правитель, таков и народ.
– Пап? Дракон… – шепнула я в мирную тишину ночи, обращаясь к отцу. – Он же никогда не получит обратно свои крылья?
– Это решать Природе-матери, милая, – ответил он и тут же добавил: – Но мы будем верить в лучшее.
Будем. Я буду! Пожалуйста, Природа-мать, не допускай того, чтобы Дракон вновь обрёл свою звериную ипостась.
***
Днархариус уже издалека поражал своими грандиозными размерами, точно так же, как огромный замок Дракона на горе над ним. Моё воображение ликовало от восторга: всё, как я представляла, только ещё больше, великолепнее и величественнее! А замок оказался и правда мрачным, но всё время тянул к себе мой взгляд, словно тайна, которую непременно хотелось узнать… Странные ощущения. Я бы никогда в здравом уме не хотела там оказаться, но всё же ловила себя на мысли, как было бы здорово увидеть город, раскинувшийся у изножья горы, на которой он стоит, с высоты птичьего полёта, ощущение которого предоставила бы самая его высокая башня… Б-р-р.
К открытым воротам столицы тянулась целая вереница повозок… Некоторые были похожи на нашу, другие отличались шиком и богатством. На праздник Дхэллы съезжался весь её народ: от простого овцевода до Смотрителя какого-нибудь города. Но каждый, несмотря на своё положение в обществе, на размер своего дохода, соблюдал свою очередь. Отец называл такое всеобщее добродушие, которое появлялось исключительно в День Дракона, магией избавления от Тёмных времён.
В небольшую комнату на втором этаже трактира, почти на окраине города, где у отца всегда в эти дни она была зарезервирована нам удалось попасть только к обеду.