Чтение онлайн

Как всегда было с плетением интригующих фальшивок, когда прежде всего для обосновании причин зловредных действий искали идейно-политическую подоплеку, такую же подоплеку немедленно нашли и в отношении "осиного гнезда". Длинный отрывок из "Директивного письма" хорошо передает настрой чекистского начальства:

"Возникнув с дореволюционных времен на базе Ученого Комитета царского департамента земледелия, группа быв[ших] ответственных чиновников указанного департамента и буржуазных ученых сгруппировала в Ленинграде за годы революции под различными организационными формами, сперва как Государственный Институт Опытной Агрономии, затем как Всесоюзный Институт Прикладной Ботаники и Новых Культур и, наконец, как Всесоюзный Институт Растениеводства... значительные антисоветские кадры буржуазных теоретиков и практиков сельского хозяйства. Стоя в стороне от практической деятельности по сельскому хозяйству, занимаясь отвлеченными теоретическими трудами на основе буржуазных теорий и организацией экспедиций во все части света для отыскания новых видов растений, -- указанная группа, возглавляемая с 1924 года профессором ВАВИЛОВЫМ, стала центром притяжения агрономических трудов кадров, саботирующих соввласть и не желающих участвовать в социалистическом строительстве" (50).

В этом документе чекисты впервые открывают имя их основного информатора, внедренного в ВИР, -- Григория Шлыкова. Сопоставляя изложение в "Директивном письме" "фактов вредительства" Вавилова с тем, что Шлыков писал во множестве его обращений в разные государственные органы, в газеты и журналы, что он говорил во время своих постоянных публичных нападок на Вавилова в его же институте, можно однозначно прийти к выводу, что именно его усилиями в ОГПУ была сплетена основная канва обвинений Вавилова и сложилась фразеология обвинений. Именно Шлыков, по свидетельству хорошо его знавших профессоров Синской, Бахтеева, Фляксбергера и других, постоянно писал в разнузданно демагогических выражениях о якобы научной никчемности Вавилова. К 1932 году научный авторитет Вавилова и в стране и в мире был бесспорен. Казалось бы, с этой стороны к нему не подступиться. Но Шлыков, Коль, Якушкин отвергали именно научную значимость работ Вавилова, и эти наветы на весомость вавиловских достижений в науке были вставлены в "Директивное письмо" огэпэушными "исследователями":

"Широкая известность ВАВИЛОВА как советского ученого, известность в значительной мере им создаваемая, скрывает лицо незаурядного идеолога аграрной контрреволюции... Вавилов -- типичный авантюрист в научной области... Его научное "имя" весьма сомнительной ценности" (51).

"Вместо серьезной научно-исследовательской работы на базе марксистско-ленинской методологии и достижений физики и биологии, старое буржуазное опытничество, ставка на опыт, гадание на гуще ("вырастает не вырастает", "будет мутация (изменение вида растений) или не будет").

...ВАВИЛОВ во всех своих программных и деловых выступлениях... делает основной упор на проблеме "мировых растительных ресурсов", вопросе общем для социалистического сельского хозяйства, а не на вопросах агротехники, организации с-х., укреплении колхозов, производительности и т. д.
– - вопросах больных для соц. реконструкции сельского хозяйства, выражая этим политику саботажа в важнейших проблемах строительства социалистического хозяйства" (52).

И тем не менее, хотя слова о никчемности научных поисков Вавилова были включены в документ, чекисты вынуждены были признать несколько важных положений относительно научной роли Вавилова в стране:

"Участие группировки ВАВИЛОВА в техническом разрешении ряда кардинальных вопросов сельского хозяйства страны усилилось за последнее время..., [в ВИРе работает] 1200 чел. высококвалифицированных специалистов -- техников сельского хозяйства, среди которых имеется ряд имен с мировой известностью... На местах, в Москве, Украине, Сев. Кавказе, Средней Азии, Закавказье, Дальнем Востоке и т. д. группировка ВАВИЛОВА представлена десятком отделений и десятками сортоиспытательных участков И-та Растениеводства, заполненных личным составом, аналогичным И-ту, мощной разветвленной сетью официальных и личных связей и знакомств во всех руководящих и технических органах сельского хозяйства, в центре и на местах и всех научно исследовательских институтах в ряде городов Союза...

Группировка ВАВИЛОВА, возглавляя ныне Всесоюзный Ин-т Растениеводства, руководящий всей научно-исследовательской деятельностью во всех отраслях растениеводства СССР, фактически держит в руках пути и методы дальнейшего развития земледелия Союза" (/53/, выделено мной -- В.С.).

"Группировкой совершенно усвоена марксистская фразеология, советский порядок решения вопросов, слабые и сильные стороны советского аппарата и партийного руководства, способ и методы определения политических убеждений и настроений отдельных лиц, имеется достаточная ориентировка во всех политических вопросах текущего момента" (54)

Затем авторы документа утверждали, что

"Мнимые советские настроения, доходящие до готовности вступить в ВКП [Всесоюзная Коммунистическая Партия -- В.С.] ради того, чтобы быть в центре и получать заграничные командировки6, приспособленчество, двурушничество, умелое скрывание убеждений и взглядов -- стали основными маскирующими средствами к-р работы [группировки Вавилова]" (55).

. Чтобы убедить руководство страны в последнем, главное место в "Директивном письме" было обращено на обоснование разносторонней враждебной советскому государству научной и организационной деятельности Вавилова. Начинались объяснения с того, сколь злонамеренно Вавилов ограничивает приток в его огромный институт членов партии (якобы всего 10-15 большевиков на 1200 сотрудников), затем утверждалось, что он поддерживает связи с врагами Соввласти за рубежом, что в сообществе с Талановым Вавилов пытался протащить в сельское хозяйство СССР принципы американской организации этого сектора экономики и американские фирмы ("протежирует американские капиталистические интересы в пику интересам Советской власти" /56/) и одновременно "является агентом английской контрразведки" (57), затем объяснялось, как он ненавидит советскую власть ("Политические позиции группировки ВАВИЛОВА резко враждебны коммунистической партии и Советской власти" /58/) и как умело скрывает ненависть к советскому строю и компартии.

Почти половину огромного по объему "Директивного письма ОГПУ" занимали обвинения Вавилова во вредительстве в растениеводстве СССР. Эти обвинения для вящей убедительности были разбиты на множество пунктов и подпунктов, касались вредительских рекомендаций по разным сельскохозяйственным культурам. Были среди них и весьма занятные. Все в стране отлично понимали, что вину за истребление лучших сортов пшеницы и других культур нужно было возлагать на тех в Кремле, кто развязал тотальную коллективизацию и экспроприацию всего зерна у крестьян. Теперь же вину за гибель сортов чекисты возлагали на Вавилова. Он же, оказывается был виновен в "срыве работ по селекции кукурузы, сои, конопли, люцерны и т. д." (59), хотя чуть ниже утверждалось, что он, напротив, "вредил" тем, что призывал занимать "лучшие земли (пшеничные и хлопковые земли)... кукурузой" (60), а еще ниже в вину Вавилову было поставлено то, что он" скрывал зимостойкие и засухоустойчивые урожайные сорта кукурузы" и оказывал "сопротивление продвижению кукурузы на север... и развитию семеноводства кукурузы" (61). Логики в этих взаимоисключающих обвинениях не было. Читая утверждение, что Вавилов виновен в последнем "грехе" -- в сопротивлении продвижения кукурузы на север -- нельзя сразу же не вспомнить кукурузную эпопею Н.С.Хрущева, когда тот требовал продвигать "королеву полей" всё севернее, полностью воспроизводя пожелания чекистов. Время показало, что и чекисты и Хрущев принесли огромный вред стране. Вавилов (если только и эта его "вина" не была высосана из пальца) в этом вопросе оказался прав.

Два пункта обвинения чекистов были вполне понятны: с нескрываемым раздражением они писали о "деятельности... вавиловской группировки по ходатайствам за арестованных [ранее чекистами] вредителей, ... составление списков на освобождение, паломничество родственников арестованных к ВАВИЛОВУ" (62). Поступая так, Вавилов лишал чекистов лавр защитников социалистического отечества, так как оказывалось, что они хватали людей, чью невиновность удавалось легко доказать. Второй пункт раздражения был связан с тем, что Вавилов не опирался на членов ВКП(б), а предпочитал им "быв[ших] чиновников департамента земледелия, представителей земства, помещичьих элементов, деятелей кадетской и эсеровской партий..." (63).

В последней части "Директивного письма" "аналитики" из ОГПУ нашли еще одну тему для глубокомысленных обсуждений -- противопоставление "прусско-датского пути" развития сельского хозяйства "американскому пути". Первый якобы заключался "в апологетике... МЕЛКОГО сельского хозяйства, являлся уделом всех выброшенных и ликвидированных Октябрьской революцией идеологов аграрной контр-революции (КЕРЕНСКИЙ, ЧЕРНОВ, ЩЕПКИН, КОНДРАТЬЕВ, ЧАЯНОВ, ЧЕЛИНЦЕВ, САДЫРИН и др.)" (64), а второй -- в развитии КРУПНЫХ хозяйств по американскому образцу, что поддерживал В.В.Таланов. Воспользовавшись тем, что ЧК-ОГПУ "выбросила и ликвидировала" всех сторонников первого пути, Вавилов и его группа якобы заняли освободившееся место и лишили тем чекистов радости победы над врагом: снова надо было бороться и побеждать, теперь уже "американистов" вавиловского клана. Никакой пользы в "американизме" чекистские авторы Директивного Письма не усматривали, хотя "догнать и перегнать" капиталистические страны (как опять не вспомнить перепев этого же призыва тридцатью годами позже Хрущевым), по их мнению, мешала как раз "американская группировка Вавилова":

"Изменившаяся хозяйственно-политическая обстановка, ликвидация кулачества как класса, коллективизация, строительство крупных механизированных совхозов, социалистическая реконструкция сельского хозяйства уничтожили пути и возможности буржуазной реставрации через рост капитализма в деревне. Поэтому вредительство, срыв, задержка темпов социалистической реконструкции и сопротивление ей, постоянное подчинение сельского хозяйства Союза иностранной, и в первую очередь, американской, зависимости, не давая возможности СССР "догнать", а тем более "перегнать" капиталистические сельско-хозяйственные страны -- являются основными методами и задачами контр-революционной борьбы "американской" группировки Вавилова" (65).