Чтение онлайн

— Ого сколько всего, какая красота! — Произнес я, стараясь, чтобы выглядело натурально, мелкий дух спрыгнул с моего плеча на пол и побежал вперед, явно увлеченный увиденным. А господин ин Нерг, услышав меня, тут же принялся рассказывать про картины, называя имена художников и объясняя мне, что там изображено.

Честно признаюсь, ничего более унылого и неинтересно я не слышал давно, хотя вида старался не подавать, но Сигат оказался прямо сильно увлечен этим рассказом, хотя причин такого поведения я понять не смог. Рассказывая про художников, их работы, мне попутно рассказали о том, что сам этот Альянс Художников, по сути существует только на деньги из казны, на пожертвования людей, которым их искусство близко, да и нужен чтобы держать цены на работы повыше, не давать другим продавать картины в обход «налога», который художники сами и придумали.

— И вот, наконец, картина нашей Нитаи, называется «Утро над равниной». — Произнес ин Нерг, указав на очередную работу, которая, ну не то, чтобы сильно превосходила остальные. Спать хотелось невероятно, но я продолжил подыгрывать: — Великолепно, как великолепно передано настроение! Нитая, это просто фантастическая работа! Ой, уже скоро рассвет, к сожалению, мне пора, у нас отправление в столицу скоро, не хотелось бы опоздать.

— Ой, прошу прощения, господин де Нибб, мы с вами так увлеклись, что я и забыл, что вы скоро отбываете! Было приятно с вами познакомится, вы мне очень понравились, да и ваше поведение — поведение достойного человека. Если вам потребуется помощь, вы всегда можете к нам обратится! Нитая, проводи гостя, Маллет, туши лампы.

Мы с ним обнялись и я, в сопровождении Нитаи и радостно прыгающего по полу Сигата, направился к выходу, уже почти дойдя до самой двери, девушка попросила меня подождать, ждал я ее не долго, она вернулась, тяжело дыша.

— Эмерик, я не знаю, как тебе отплатить. Ты пойми, Маллет, он хороший человек, но совсем не боец, я не знаю, чтобы с нами, со мной было, если бы не ты.

— Да ладно вам, не стоит благодарности, так поступил бы любой.

— Нет, не любой. — Она протянула мне темный конверт, с красивой гербовой печатью. — Это письмо, с родовым гербом. Астред ин Гаттер, мой дядя, он председатель Палаты Художников Голинколда, если вдруг тебе потребуется помощь, подойди к нему, покажи письмо, он тебе поможет. Я его предупрежу, все расскажу, не волнуйся. — Я попытался было отказаться, но девушка, несмотря на то, что было мне едва ли по плечо, довольно ловко и сильно засунула письмо в нагрудный карман камзола, обняла и поцеловала в щеку.

Шел в гостиный двор я в некотором смятении, эти люди мне показались такими странными, оторванными от реальной жизни, что даже невозможно в это поверить. И еще, меня откровенно позабавило то, как они выдумывают себе названия, у одних палата, у других альянс, ох уж эти одухотворенные натуры, хотя дух явно не разделял моего отношения. Зайдя в обеденный зал, я решил не подниматься наверх, а просто дождаться остальных, пока они спустятся.

— Сигат, проклятый мелкий бандит, причем здесь живопись и я? Ты как к такому пришел, зачем? — Спросил я у духа, что уселся недалеко от кружки утреннего отвара, который мне уже принес сонный слуга. Дух почесал себе бок, а после чего ответил: — «Мне очень нравится живопись, было очень интересно, а тут такая удача подвернулась. И на счет художника, ну не музыкантом же тебя представлять, в самом-то деле? А так, ты их к себе расположил, мы посмотрели на искусство, отдохнули, что ты вечно недоволен-то».

— Почему это я не могу быть музыкантом? — Ответил я, тихонько подначивая вредного духа, из-за которого всю ночь смотрел на какую-то мазню. — Могу быть и музыкантом, вполне себе!

Глаза духа округлились, толи от моей наглости, толи от удивления моим словам, он постучал хвостом по столу, едва слышно, выбив какую-то незнакомую мне мелодию, после чего показал меня, явно требуя, чтобы я повторил. Я пальцем попробовал настучать ее, по-моему, даже получилось похоже, и вполне себе неплохо, а затем посмотрел на перекошенное от негодования лицо духа и сказал: — Ну видишь, мог бы и музыкантом быть.

— «Обещай мне никогда не делать так. Это было ужасно, я сожалею, что могу слышать звуки». — произнес в ответ мне Сигат, после чего спрыгнул со стола и удалился в неизвестном направлении, явно огорченный моими музыкальными талантами.

Что же, судя по всему мои музыкальные таланты слишком глубоко скрыты, либо мелкий дух совсем ничего в музыке не понимает.

Выпил наконец-то хорошего горячего отвара и заметил, как слуги стали выносить наши вещи, а затем в обеденный зал спустились и сами «горные лисы», во главе с Колгаром.

— Всю ночь гулял? Успокоился?

— Да, все в порядке, только спать хочу. — Постарался весело ответить я, после чего напряжение, висевшее в воздухе, спало, все расселись, мы пообедали, и покинули гостиный двор. Ибн Саллан подошел ко мне и легонько похлопал по плечу, пожалуй, для поддержки мне и этого хватило более чем.

Уселся в одном из экипажей, посмотрел на город и заснул, словно убитый, без задних ног, да так крепко и сильно, как давно уже не спал. Видимо, усталость от морского путешествия, пережитого за первый день, все это навалилось, что иначе просто и не могло быть. В целом, сама поездка прошла без приключений, мы смеялись, шутили, пару песен спели, от моей партии Сигат демонстративно выбрался наружу кареты и не появлялся там, пока мы не закончили.

В Голинколд, столицу Ратарта, мы приехали ближе к середине дня, я выглянул в окно кареты и поразился увиденному, от того города, который я помнил, почти ничего не осталось, во всю шла стройка, куда глаза глядят, хотелось посмотреть поближе, но карета свернула на север и в сам город заезжать не стала, поехав куда-то в сторону.

— Кучер, мы куда?

— Как куда, господа? Дворец королевы сейчас отстраивается заново, да и в городе идет стройка, королева и вся свита сейчас в летнем дворце, как и все министерства. У нас во время войны пожар сильный в столице был, много домов уничтожено, вот теперь Ее Величество все строит заново, вы разве не заметили эти прекрасные дороги? — Крича ответил мне возничий, и я вернулся назад, посмотреть отстроенную заново столицу пока не удалось.

Летний дворец оказался севернее самой столицы, не далеко от нее, на берегу небольшого озера. Хотя называть это место летним дворцом, сейчас, наверно было бы не совсем верно, он теперь больше походил на военный форт, карету по пути туда остановили раза три, не меньше, множество солдат патрулировали поля, а вокруг самого дворца я заметил недавно построенные форты, с пушками, которые должны были остановить неприятеля, в случае если он решит наведаться к королеве в гости без приглашения.

Мы заехали с южного входа, проехали мимо одного из фортов, и оказались во внутреннем дворе, который, судя по всему раньше был садом, а теперь стал чем-то вроде системы укреплений, складов и прочего.

Нас встретил мужчина лет пятидесяти, который распорядился отнести наши вещи в гостевой дом на западе дворцовой площади, а нам же велел приготовится к аудиенции монарха.

Гостевой дом, по сути, оказался одним большим общежитием, где располагались офицеры, командующие охраной дворца и прочие служивые.

Растопить баню времени не было, мы по очереди обмылись в бочке, надели парадные камзолы, с гербом нашего дома наемников, с горной лисой, и успели как раз вовремя — слуги велели собираться, королева Тесалла нас ждет.

Зашли во дворец через вход для слуг, нас провели коридорами, пересекли зал с картинами и оказались возле большой и красивой двери, отделанной золотом, слуга велел нам ждать.

— Я волнуюсь слегка, Колгар. — Неожидано выпалил ибн Саллан. — Прошлая наша встреча стоила нам жизни мага, да и ушли мы отсюда не по-доброму.

— Да я тоже, но будем надеяться, что все наши источники не врут, и мы ей действительно нужны для работы, а не для какой-нибудь неожиданной и кровавой мести.

Дверь приоткрылась, и слуга велел проходить внутрь, мы последовали за ним, и оказались в ее тронном зале, огромном помещении, с большими светлыми окнами, совершенно пустом, если не считать охрану королевы и огромного трона возле дальней от входа в зал стены. Того самого, большого и черного Трона Саламандры, за который совсем недавно близнецы начали кровопролитную войну, стоявшую Ратарту много жизней, которая унесла жизнь одного из наших. Возле трона я заметил уже знакомое мне лицо господина ин Хуго, того самого, что вытянул нас из темницы и когда надо замолвил слово, я и Колгар как-то удачно спасли его дочку из плена сектантов, рядом с ним стояло еще несколько незнакомых мне людей, примечательным был только один — мужчина во всем черном, где-то около пятидесяти лет, с интересным значком на груди, и длинным плащом. Явно какой-то представитель а то и командир "Черной правды", надо будет узнать о нем больше.