Чтение онлайн

Вот дверь кабинета, Поттер бесцеремонно открыл её и вошёл, Невилл пробежал следом. Макгонагл сидела за своим столом и что-то писала в свитках.

– Вы хотели меня видеть, профессор, - напомнил Гарри, сложив руки на груди.

Макгонагл подняла глаза на вошедших студентов, вот испуганный Невилл чуть поодаль от гордо стоящего Поттера, который раньше боялся входить в этот кабинет, а теперь ему наплевать на приличия и этикет, на всё наплевать. Он уже не ставит никого и в грош, его взгляд режет как лезвие клинка, только если клинок по телу, то этот взгляд по душе. Раньше он боялся и уважал, теперь он хочет, что бы уважали его и также боялись. Миневра вздохнула про себя и протянула Гарри свитки с расписаниями.

– Раздайте это старостам факультетов, пусть размножат и раздадут своим однокурсникам.

– Хорошо, - Поттер взял свитки и тут же отдал несколько Невиллу.
– Размножь их и распредели в гриффиндоре.

– Я не знаю, как, - затрясся в страхе Лонгботтон. Гарри посмотрел ему в глаза, парень отступил на шаг, почувствовав дикую злость.

– Тогда у тебя ровно сорок минут, что бы узнать, - процедил Гарри, развернувшись, вышел из кабинета.

Невилл вылетел следом и понёсся в гостиную искать Гермиону. Поттер же побрёл в подземелья. Он хотел немного поиздеваться над Малфоем, который приехал ночью. Гарри рассудил верно, шесть лет измывались над ним, теперь его очередь, такова жизнь.

Поттер усмехнулся сам себе и начал спуск в подземелья, в сладостную тьму, рассекаемую только огоньками факелов.

Гермиона проснулся от солнца светившего в глаза, она потянулась, не обнаружив рядом Гарри, слегка расстроилась, но лёгкая боль в паху напомнила о ночных событиях, девушка поморщилась и, замотавшись в одеяло, направилась в душевую. Хорошо, что у Гарри была отдельная ото всех, передвигаться после вчерашнего было сложно, каждый шаг разжигал внизу маленький пожар, поэтому она была несказанно рада, когда через пару минут встала под горячие струи воды. Она упёрлась руками в стену, позволяя воде бить её по голове и плечам, разум начал вспоминать всё до мельчайших подробностей, до каждого крика и каждой мольбы, по щекам неожиданно заструились слёзы, она села на пол в душевой и зарыдала, уткнувшись в колени.

Почему он так поступил? Этот вопрос не давал ей покоя, он был ненасытным, жестоким, он не обращал внимания на просьбы и мольбы, на крики боли и стоны удовольствия, он грубо делал то, что хотел, не обращая внимания ни на что, никаких правил никаких ограничений. Перед глазами предстало его обезображенное гримасой злобы лицо, как будто в эту ночь он видел в ней злейшего врага, а не любовь. Как было хорошо там, на Гриммо, он был нежен и ласков, но сейчас после той стычки с демонами, что-то изменилось, что-то в нём перевернулась, да и в ней тоже. Она больше не хотела ничего, не учиться, не задаваться вопросами, неожиданно захотелось встать и разметать всё ко всем чертям, разорвать его врагов, что бы он хоть на мгновение, как когда-то прижал её к груди, нежно поцеловал. Ей хотелось ласки и счастья, но пока живы его враги, пока ему нужно будет им подчиняться, он не будет ласков. Как же ей было хорошо на коне вместе с ним, как было прекрасно, когда ветер вперемешку с кровью бил в лицо, и были только они вдвоём, его разгорячённое боем тело, промокшая от крови одежда, окровавленный меч, поющий в его руках и вопли врагов. Тогда он был готов сделать всё что угодно ради неё, а ночью он сам превратился в какого то демона, которому чуждо сострадание.

Девушка поднялась и подставила лицо под струи воды, смывая следы своей слабости без остатка. Боль ушла, стало легче, но хотелось с ним поговорить, увидеть его, поцеловать, она не злилась и не сердилась, она понимала, что без этого он мог натворить куда больше бед, поэтому она его прощала и готова была прощать в обмен на его любовь.

Гермиона вышла из душа, высушив себя заклинанием, она оделась и спустилась в гостиную, где и столкнулась с Невиллом. Парень кинулся к ней и, протянув свитки, попросил:

– Гермиона, умоляю, размножь их, я не знаю заклинания.

Девушка рассмеялась и взмахнула палочкой, на руках у Лонгботтона выросла огромная стопка пергаментов. Парень с облегчением вздохнул, и облегчённо проговорил:

– Думал, не успею, Гарри так на меня посмотрел, когда я сказал, что не знаю заклинания, я чуть под землю не провалился.

– Выучи его, - посоветовала девушка.
– Кстати где Гарри?

– Пошёл раздавать расписания старостам факультетов.

Гермиона задумчиво посмотрела на Невилла, она понимала, что Поттер пошёл развлекаться, и ей не хотелось ему мешать, поэтому она заявила:

– Пойдём завтракать, раздадим расписание, когда все соберутся.

– Спасибо тебе Гермиона.

Гарри спустился в подземелья и, не пройдя и половины пути до гостиной слизерина, встретился с Малфоем и его телохранителями. Поттер ухмыльнулся, увидев своих врагов.

– Каким ветром Поттер?
– с сарказмом в голосе спросил Малфой.
– Что решил мне услужить и принести расписание?

– Как ты догадался?
– покачал головой Гарри и швырнул расписание в лицо Драко. Малфой озверел от такого обращения с собой любимым, в нём вскипела злость, и он процедил:

– Полегче на поворотах, ублюдок, а не то я тебя...

– Что ты меня?!
– рявкнул Поттер, распаляясь, слова больше были не нужны, одно мгновение и Малфой получил по носу, кровь брызнула из носа. Драко присел на корточки, закрывая своё лицо руками.
– Чего вы стоите? Грохните его!
– приказал Малфой своим телохранителям.

Крэбб и Гойл стали надвигаться на Гарри. Поттер в мгновение сбросил с себя мантию и встал в боевую стойку. Гойл решил попытать удачу первым, занеся кулак, бросился на противника, но тут же отлетел от удара ногой в печень, толстое тело слизеринца пронзила невыносимая боль, он упал и заколотил ногами по полу, спустя минуту затих. Крэбб расставив руки, кинулся на Поттера, но Гарри уклонился и подставил подножку. Толстяк полетел по коридору.

Малфой выхватил палочку и, направив на Гарри, выкрикнул:

– Круцио!

Поттер не стал защищаться, тьма мигнула на мгновение, поглотив заклятье. Малфой посчитал, что его палочка сломалась, и удивлённо потряс её, Гарри же надвигался. Драко ощутил ужас и бросился бежать, но тут же влетел в Снейпа, который схватил его за шкирку и развернул.

– Что здесь происходит?
– грозно спросил зельевар.

– Он, он... напал на нас, - дрожащим голосом сообщил Малфой, указывая на Поттера. Его душа тряслась от ужаса, при виде Гарри, хотелось убежать и спрятаться где-нибудь, где нет его, куда угодно, только в Хогвартсе такого места для него нет. "Нужно бежать отсюда!" - кричал разум. Но страх поднимался волной от одного взгляда на это лицо, внешне неизменённое, но что-то изменилось, спокойное, с лёгкой ухмылкой, холодный взгляд, завораживал и как бы говорил: " На колени, раб".

– Я принёс им расписание, - спокойно заявил Гарри.

– Двадцать баллов со слизерина, - заявил Снейп и, отшвырнув от себя Малфоя, скрылся во тьме подземелий.

Поттер усмехнулся и пошёл на выход из подземелий. Драко глядя, ему вслед трясся от страха, когда гриффиндорец скрылся за поворотом, Малфой вскочил, и воровато посмотрев по сторонам, бросился в глубины подземелий.

Вольдеморт предстал перед королём демонов. Теперь он уже не боялся, а злился оттого, что эти недоумки переростки не смогли исполнить задуманное. Тёмный Лорд прекрасно понимал, что демоны унижены и захотят отомстить, поэтому он завил:

– Вы не смогли справиться с мальчишкой, что говорить о повелителе тьмы?

– Тебя там не было, когда тёмные рыцари напали, они смели моих солдат, ты не видел этого ужаса, вы носитесь со своей магией, а там мечи свою песню пели, тебе не понять человечишка, ты глуп, - ответил король.

– Я глуп?
– возмутился Вольдеморт.
– А ты тогда ещё глупее, если твои воины не смогли за пару минут расправиться с одним мальчишкой. Хочешь отомстить?

– Да!
– воскликнул демон.