Чтение онлайн

–  Пускай будет так....
– ответила Юша, а сама задумалась: - «Почему этот человек так уверен в том, что полётов в космосе не существует? Если это допустить, то тогда совершенно непонятно как сюда прилетел... попал наш корабль - "Алатырь"?»

Юша решила, что исследует этот вопрос чуть позже.

–  Вопрос не в этом, - продолжила она беседу.
– Вопрос в том, каким может быть шестое состояние вещества. То, из которого может быть сделан кристалл, в котором находимся мы?

Из какого?
– заинтересованность снова вернулась к академику, и он начал набрасывать возможные варианты: - Ну, а если мы, допустим, не зная принципа работы телевизора, подойдём к монитору и увидим на нём изображения живых существ. Как мы воспримем это? Ведь, заглянув за монитор, мы не увидим ничего. Вся картинка умещается в тонком пласте электронной матрицы.

–

–  Но это не отменяет того, что для создания картинки нужно какое-то вещество, - поддержала его Юша.
– Ведь нельзя создать кристалл из того, чего нет.

–  Допустим. Допустим, я поверю в то, что скоро

откроют шестое состояние вещества, - нервно затараторил академик.
– Но какое оно?

– Давайте представим.

– Ну... Не знаю... Логика показывает мне, что кри

сталл этот сделан из чего-то не очень сложного. Простого. Простого вещества.

–  Какого?

–  Ну, самого простого.

Обычного.

–  Может быть, никеля?
–

подсказала Юша.

–  Логика показывает, что

почти да, - деловито согласился

Адамов.

–  Может быть, железно-

никелевого сплава?

–  Вот!
– крикнул академик.

Точно! Логика показывает, что - да! Потому что именно его созданием заканчиваются реакции протон- протонного цикла.

Юша без улыбки смотрела на академика. Она наблюдала за тем, как его захватила идея поиска и что она с ним вытворяла.

–  Хм, - произнёс академик.
– Ну, тогда ситуация проясняется. И она состоит вот в чём. Железно-никелевый сплав появляется только в одном процессе - в процессе формирования сверхновой звезды. Причём, интересно то, что процесс формирования звёздного вещества всегда заканчивается этим сплавом.

–  Почему?
– почти лениво протянула Юша и только для того, чтобы поддержать надоевший ей разговор, - пока не понятно для чего.

–  Потому что более сложные элементы получаются нестабильными и начинают распадаться, а железно- никелевый сплав является пределом развития структуры и максимумом стабильности, - чётко объяснил Адамов.

Он победно смотрел на Юшу и всем своим видом выпрашивал у неё очередной вопрос. Девушка поняла это и произнесла первое, что пришло ей на ум:

–  И как же это устроено?

–  Любая мощная звезда обязательно достигает стадии сверхновой, - принялся тараторить Адамов.
– А сверхновая - это железно-никелевый шар, наполненный нейтронной жидкостью. Вот в ней мы и находимся. Эта жидкость остывает за счёт нейтринного охлаждения и кристаллизуется. Так получается внутри железно-никелевой корки кристалл.

Юша приятно удивилась оттого, что человек смог логически придти к заключению о том, что именно находится внутри Земли. Поскольку Юша уже была

внутри планеты, она знала, что там, в недрах, действительно протекает Молочная река. Она получила своё название совсем не по молоку, а потому, что состоит она из молочно-белой субстанции свободных нейтронов. Именно из этой субстанции формируются все остальные твёрдые, жидкие и газообразные вещества Земли.

–  Может, несколько кристаллов?
– задала она очередной вопрос.

–  Да!
– уцепился академик.
– Как в случае с ростом кристаллов соли.

–  Вот это уже ближе к истине!
– ещё раз приятна удивилась Юша и решила чуть изменить ход течения беседы очередным намёком: - А что же тогда, по-вашему, Солнце?

–  Ну, во-первых, железно-никелевая оболочка - это металлический шар, - медленно начал разгоняться Адамов.
– Он светится от той температуры, при которой находится. И этот шар всё ещё является звездой. Это та самая звезда, которую мы называем сверхновой.

Адамов прервал ход своих мыслей, потому что понял, что они ведут куда-то в очень смелое пространство. Он пока не был готов к этому. Ему требовалось хотя бы несколько секунд.

–  Но тогда мы в солнце!
– не стала останавливаться Юша.
– Поэтому Вселенная называется так, потому что мы «в Солнце»!

–  В принципе, получается именно так, - туповато пробубнил Адамов; он понял, что корень ВСЛН один и тот же и у слова «вселенная», и у слова «в солнце», но...

–  А что же тогда мы видим в качестве солнца, которое светит?

–  Свет - это аккумуляция свечения металлической оболочки, - неуверенно предположил академик.
– Она

испускает свой температурный свет, который фокусируется в некоторой точке пространства и представляется нам Солнцем.

–  То есть свет испускается звездой, которая находится внутри Земли, и уже в атмосфере он фокусируется в виде Солнца?
– спросила Юша, в виде вопроса сделав за академика правильный вывод.

–  Да, - согласился он.
– Но логика показывает, что нас создали как аквариум. Поэтому во многих местах земли существуют горы с ходами, закрытыми дверьми. И эти двери невозможно открыть.

Перескок мысли академика оказался для Юши неожиданным. Она с удивлением уставилась на него, пытаясь понять, что именно толкнуло его в эту сторону?

–  Я знаю. Такие двери есть даже у нас, - продолжил Адамов.
– Например, в Сарове. Там в городе стоит стена горы, а в ней - дверь. Входишь в эту дверь и оказываешься в подземном городе. В Сарове больше семи этажей вниз. А на самом нижнем этаже сделаны огромные залы. Учёные говорят, что этот город выкопали монахи. Я там был...

–  Нет. Не монахи. Куда им!
– задумчиво и опрометчиво произнесла Юша, вспоминая, как им приходилось создавать эту базу по производству клонов.

–  Не монахи.
– согласился Адамов, внимательно наблюдая за Юшей.
– Такой же вход под землю есть близ города Наровчат. Там есть небольшая гора. На ней - церковь. А под церковью стена горы. В ней - дверь. И она ведёт в подземный город. Его глубина, куда пускают туристов, - пять этажей, а остальные ещё не реставрированы. И этот город якобы тоже отрыли монахи. Я там тоже был. И это сделали не монахи.