Чтение онлайн

– Думаю, ты не ждешь от меня объяснения процесса.

Он почесал подбородок и притворился, будто думает:

– Я не возражал бы услышать это в терминах, которые я понимаю.

Мейза положила руку себе на грудь:

– Почему, ваше величество, вы заставляете меня говорить неприличные вещи?

Именно так…

– Это будет не в первый раз. Краска залила ей щеки:

– В те времена я была невероятно молода.

– И невероятно смела. – Рафик до сих пор помнил ту ночь, когда Мейза на словах описала ему то, чего ждала от него. От подобных воспоминаний он поерзал. – Я верю, ты продолжишь говорить со мной обо всем, что думаешь.

– Договорились. – Она наклонилась назад и оперлась о руки. – Ты помнишь ту ночь, когда мы провели несколько часов, глядя на этот же вид? Совсем недалеко отсюда.

Рафик хорошо это помнил.

– В ночь, когда ты украла отцовскую машину и умыкнула меня из дворца?

– Я одолжила его машину, – поправила его Мейза.

– Правда, он ничего не знал и никому не разрешал.

Мейза вся расплылась в довольной улыбке:

– Я вернула ее позже без единой царапины.

– Верно. Ты помнишь код, который мы использовали, когда ты меня дожидалась?

Ее улыбка могла поспорить по яркости с солнцем.

– «Как погода?» И ты всегда отвечал…

– А я отвечал: «Жарко».

Наступила напряженная тишина. Наконец Мейза улыбнулась:

– Как погода?

– Жарче, чем в пустыне.

Она наклонилась к его уху и прошептала:

– Аналогично.

И Рафик поцеловал ее. Мейза ответила со страстью, которая украла его сердце много лет назад и по которой он неимоверно скучал. Рафик никогда не получал такой реакции от свой жены. Их поцелуи скорее были обязательством, в них не было и сотой доли подобной страсти.

Зато он испытывал все эти эмоции с Мейзой, и желание вновь овладеть ею захватило его. Рафик запустил руку за воротник ее блузки, чтобы почувствовать ее обнаженную кожу. Она удивила его тем, что направила его руку к своей груди. Когда же он коснулся ее соска, она медленно выдохнула.

Он вскочил, протянул Мейзе и повел обратно, к машине. Ни одного слова не было произнесено, когда они сели в салон и немедленно упали в объятия друг друга. Рафик целовал ее снова, сильнее, глубже, затем одним коленом раздвинул ей ноги.

– Хочу касаться тебя, – сказал Рафик. – Везде.

– Я хочу, чтобы ты касался меня, – сдавленным шепотом произнесла Мейза. – Мне нужно, чтобы ты касался меня.

Неожиданно к нему пришло осознание реальности. Как легко было бы выполнить ее просьбу! И как не мудро. Если кто-нибудь заметит, как они занимаются любовью в машине на обочине дороги, скандал потрясет страну. А скандала никто из них позволить себе не мог.

Рафик поцеловал ее в лоб:

– Не здесь, не сейчас. Ты заслуживаешь лучшего, чем делать это в машине. – Следующий шаг нужно делать в постели. – Мы меньше чем в двадцати минутах от дома.

– Я не уверена, что выдержу двадцать минут. Рафик тоже был не уверен.

– Тогда нам немедленно нужно ехать!

– Ты уверен, что ты не хочешь остаться здесь? Он поцеловал ее снова, в этот раз сдерживая себя, чтобы не позволить своему дракону проснуться.

– Уверен. В нашем распоряжении будет целый вечер и кровать. При условии, если ты готова сделать следующий шаг.

Мейза расплылась в улыбке, на ее щеках заиграли ямочки.

– Тогда чего мы ждем?

Но их встречу пришлось отложить, так как к ним неожиданно нагрянули Зейн и Мэдисон. Оба выглядели чрезвычайно серьезными, и Мейза начала волноваться: что могло крыться за этим визитом?

Рафик пересек комнату и наградил брата недовольным взглядом:

– Зачем ты приехал?

Зейн поднялся с дивана, не сводя взгляд с Мейзы:

– Мы просто заехали, чтобы посмотреть, как вы уживаетесь вдвоем.

– Это не правда, – сказала, вставая, Мэдисон. – Мы здесь, потому что дворец будоражит.

Мейза обменялась с Рафиком осторожными взглядами, затем вернула свое внимание Мэдисон.

– Хотя организация вертолета на помощь роженице, без сомнения, была благородным поступком, – начал Зейн, – но ты мог бы действовать поскрытнее. Похоже, средства массовой информации узнали, что король был в Дийе с Мейзой. Неплохо было бы, если бы ты научился говорить нам заранее, а не ставить перед фактом.

– Рафик не имеет к этому никакого отношения, – сказала Мейза. – Это была моя идея. Если бы я знала, что это вызовет скандал, то никогда бы и не попросила.

В глазах Рафика сверкал гнев, руки сжались в кулаки.

– Я был в Дийе и наблюдал за тем, как один из лучших врачей Баджула помогает бедным. Что в этом скандального?

Мэдисон села на диван и сложила руки на коленях:

– Ходят упорные слухи, что ты провел ночь с этим прекрасным доктором.

Мейзе стало жарко. Запинаясь, она попыталась объяснить:

– Мы спали вместе… под тентом. Под большим тентом… И все, что мы делали, это спали.

Не считая нескольких поцелуев. Если повезет, они не спросят об обратной поездке из Дийи.

– Вас кто-нибудь видел во время обратной поездки из Дийи? – спросил Зейн.

– Никто нас не видел.

– Нечего было видеть, – ввернул Рафик, и в голосе его прозвучало что-то похожее на оправдание.

– Так… Пожалуйста, садитесь, – сказала Мэдисон. – Нам нужно выработать план.

Рафик засунул руки в карманы брюк и остался стоять.

– Предпочитаю выслушать все здесь, – сказал он. Мейза предпочла бы сбежать, но поборола порыв и села в кресло рядом с диваном.

– Как полагаешь, что нам надо сделать в связи с этим непониманием?

Зейн положил руку на плечо своей жены:

– Мэдисон устраивала пресс-конференцию сегодня утром…

– Без моего разрешения? – вставил Рафик. Мейза постаралась казаться спокойной:

– Что включала в себя эта пресс-конференция?

– На ней пытались ответить на обычные вопросы, – сказала Мэдисон. – Какое дело привело короля в Дийю? Каковы действительные отношения между королем и доктором? Другими словами, не роман ли у них? Ничего, что бы я ни встречала в своей карьере.

– Мне правда неприятно, что тебе приходится работать в свой отпуск, Мэдисон, – сказала Мейза.

Зейн поцеловал Мэдисон в щеку:

– Даже после того как моя жена подарила мне двоих детей, она остается лучшей в той области, какой занимается.

Мэдисон улыбнулась:

– Милый, я могу кормить детей, менять тысячу подгузников в день и по-прежнему работать. За это ты меня тоже любишь.

На этот раз Зейн поцеловал ее в губы:

– А ты любишь меня за мое очарование, а также за мои королевские причиндалы.