Чтение онлайн

С земли было неудобно наблюдать за происходящим, но Сергей все-таки видел, как мобильные группы передвигаются между палатками, входят в них выводят согнутых в три погибели участников слета. Многие стонали от побоев и боли. Девушки плакали, не скрывая слез и вскриков. Более взрослые люди терпеливо сносили грубость солдат.

"Налетчиков" было много. Чересчур много. Какое-то невообразимое количество. Они сновали, чуть ли не толпами. И несколько раз буквально прошлись по лежащему на земле Сергею. Чертыхаясь и матерясь, советник громко просил дать ему связь с командиром операции. Он не раз и не два называл себя, но ответом в лучшем случае было молчание стоящих на контроле местности бойцов, а в худшем очередной не калечащий, но унизительный пинок в ребра или живот и окрик "молчать!".

Палаточный лагерь принял в себя пятнадцать тысяч участников нац- и интербригад. И сколько же надо было пригнать солдат и спецчастей, чтобы подавить это скопление народа. Неужели полк пригнали?
– спрашивал сам себя в удивлении Сергей. Совсем близко от него, давя подледеневшую грязь, проехал "Урал" и чуть повернув голову Сергей увидел в нем еще солдат с оружием, готовых вступить в дело. Или дивизию?
– ошеломленно думал Сергей, но не находя ответа продолжал просто лежать в обжигающей холодом грязи.

Вскоре его заставили подняться и, втолкнув в толпу таких же как он задержанных куда-то погнали, не разрешая опускать руки. Чувствуя свое и соседское тяжелое дыхание, Сергей, надеялся, что эта пробежка будет не марафоном и скоро их где-нибудь да остановят.

Остановили их в чистом поле, где были разожжены всего несколько десятков костров. В предутренних сумерках Сергей, наконец, разглядел весь масштаб картины. И напоминала она пленение советских частей в первые дни Великой Отечественной Войны. Растрепанные, растерянные, безумно напуганные люди сидели на голой земле или стояли, сбившись в кучи у жалких костерков. Женщины, мужчины, подростки… все в большинстве в немом изумлении ожидали, что же с ними сделают дальше. А по краю поля выстроилась жидкая цепь солдат, которые без промедления стреляли в воздух, если кто-то к ним пытался приблизиться.

Ожидание неизвестно чего длилось до самого рассвета. Людей все приводили и приводили. Сергей сомневался, а вообще кто-то успел сбежать из этого "котла". Владимир, и его первый офицер, попрощавшись с Сергеем, уехали еще накануне. И то что их не поймали, Сергей от чего-то был полностью уверен. Но вот что намереваются делать со всеми теми, кто был задержан? Если сам Сергей остался в лагере, чтобы наутро спокойно поехать в город, а уже оттуда добираться до Екатеринбурга, то остальные намечали продлить слет еще минимум на неделю. Они желали хорошо и с пользой провести время. Обсудить свое видение этого мира. В общем, все то, что делают озаренные одной идеей люди, собравшись вместе. Говорить и отдыхать в этих разговорах. Не вышло. Чья-то больная голова решила на корню подрезать начинание, захватив разом как можно больше сторонников смены режима.

С первыми лучами солнца к солдатскому оцеплению подкатил УАЗик и через громкоговоритель какая-то шишка в погонах всех "обрадовала":

–  Внимание! Все вы находитесь под арестом до следствия и суда над вами как над мятежниками. Всем вам предъявляется обвинение в попытке насильственной смены власти, участия в незаконных вооруженных формированиях, сопротивлении властям и терроризме.

Люди, пораженные такими словами, поднимались с земли и невольно все ближе и ближе подступали к солдатскому оцеплению. Раздались новые выстрелы в воздух. Когда шум и возгласы стихли, командующий с мегафоном объявил:

–  Сейчас вас построят в колонны и проводят в сторону железнодорожных путей. Там вас погрузят в вагоны, и вы проследуете в лагеря, где вы будете находиться до суда над вами. Ваша степень участия будет точно определена и каждый получит заслуженное. Питание вы получите по погрузке в вагоны. А теперь внимание! Вы видите машины! Медленно по одному подходите к ним. Там вы назовете офицеру свою фамилию имя и отчество! А так же год рождения и город прописки. Все документы, оружие, колюще режущие предметы, которые есть при вас, вы должны сдать своему офицеру. После этого вас подвергнут обыску и начнут формироваться колонны. Помните! У моих солдат ясный приказ: При попытке бегства стрелять без предупреждения. Учитывая опасность от вас исходящую, все наши действия будут оправданы!

Слушая ропот и слезливые вскрики вокруг, Сергей только молча головой покачал. Это все напоминало страшнейший из снов пережившего ГУЛАГ или военное пленение. Сергей уже не в первый раз задумался, какой смысл разбираться с Владимиром, если Диктатор-то в принципе вполне может оказаться еще хуже. Задумавшись, Сергей отдался на волю толпы, медленно и неуверенно двинувшуюся к краям, где замерли военные "Уралы" и были видны скопления солдат. Хрен редьки не слаще, думал Сергей про себя и отчего-то вдруг успокоился. Четкая мысль, что весь этот бардак что Владимира, что Ильи надо прекращать любой ценой, поселилась в голове и, там обосновавшись, спокойно и прочно заняла место среди прочих сомнений и неясностей. Эта мысль, наверное, была единственно четко сформулированной в тот день Сергеем. Все это надо заканчивать. Все это пора прекращать.

Его очередь к одному из офицеров, что сидя за раскладным столиком, притащенным из палаточного городка, собирал в ящик у ног отобранные документы, подошла только час спустя. Медленно, медленно работали эти "задержатели". Отсутствие опыта чувствовалось. Но если так дело дальше пойдет, то опыта у них поприбавится, думал Сергей.

Подойдя к столу, Сергей вместо паспорта достал свое удостоверение первого советника и офицер сначала вскинул брови, а потом и встал навытяжку. В его лице еще было сомнение, но Сергей показал паспорт, да и сам офицер видевший советника по телевизору уже узнал того и поспешил вернуть документы. Вызвав солдата из оцепления, он приказал проводить советника к командующему операцией. Сергей под ненавистные взгляды из стоящих сформированных колонн и тех людей кто только ждал своей очереди, чтобы лишиться документов, не оглядываясь, пошел вслед за солдатом.

А командир-то был пьян. Здорово пьян. На радостях, как говорится. Узнав, кто перед ним, он и Сергею велел налить и сидя в УАЗике порадовал советника:

–  А вы в курсе, что вас тоже приказано задержать и препроводить в Екатеринбург?

Сергей, выпивая из стакана залпом не самый плохой коньяк в его жизни, кивнул, словно был в курсе. Вдохнув и выдохнув, он только спросил:

–  Когда вы сможете меня отправить?

–  Прямо сейчас.
– Весело улыбаясь, сказал командир. Он подозвал к себе курящего недалеко офицера и сказал тому:

–  Возьми солдат пару, и давайте везите господина советника в Управление Службы. Там его уже ждут.

Прощаясь с командиром, Сергей спросил:

–  Вы серьезно насчет того, что все задержанные будут осуждены?

Пьяно кривя губы, командир сказал:

–  Абсолютно. Нехрен этой мрази расползаться. Давно было пора. Езжайте советник. Чует мое сердце, что и у вас тоже будет о чем подумать… Кажется вы в немилость впали. Якшаться с нацистскими тварями меньше надо.

Сергея посадили в автобус и немедленно повезли, словно только его и ждали. Солдаты заняли места спереди. Офицер-сопровождающий сел рядом с советником и молчал всю дорогу. А Сергей, взбодренный коньяком, лихорадочно просчитывал ситуации. Насчет бежать он даже не думал. Он только представлял, какие вопросы зададут ему в Службе по поводу его длительного пребывания вместе с Владимиром и отказа включить наводку на этого предводителя "каманчей". А отвечать-то было нечего. Как можно оправдать, что за все время он так и не дал шанса Службе обнаружить его. Разве что можно было сослаться на приказ Богуславского наладить контакт. А насчет наводки на Владимира… Сколько раз он ее уже давал? И сколько раз его так же бездарно упускали? Хватит.

До города и управления Службы ехали почти два часа. В здании Управления Сергея сдали на руки офицерам Службы и те пусть и очень вежливо препроводили его в камеру для задержанных. Спустя полчаса принесли поесть. Тушеную капусту с сосисками. И Сергей с удовольствием подкрепился, запивая бюргерскую пищу прохладным сладким чаем. И откинувшись на не заправленной деревянной койке, уставился в потолок, продолжая гадать о своей дальнейшей судьбе. Он даже спокойно пришел к выводу, что в его отсутствие что-то такое произошло, что теперь это скажется не просто на карьере, но и на жизни его. Если, вообще втихаря не разбираясь, не пристрелят. В то, что Илья уже способен на такие шаги, Сергей не сомневался. Власть сильно меняет человека и никогда в лучшую сторону.