Чтение онлайн

Джонни сосредоточенно зашагал по ступеням. Он будет бороться за Корону Мира до конца. Что бы с ним ни случилось, он не ударится в панику и не остолбенеет от страха. Ради Лолы ему достанет сил бросить вызов безжалостному времени и равнодушному пространству, бренной материи и самой древней мудрости Башни.

Хранитель не остановил его ни единым словом и на этот раз. Означало ли это, что Хранитель считал для себя унизительным говорить с ним? Или же Хранителю непосильно было говорить с его скорбью и его отвагой?..

Джонни вошел в храм. Без всякого трепета он просмотрел пляску призраков. Когда пыль осела, раздался низкий утробный гул, как будто зародившийся в чреве Церба. Джонни обрадовался. Сейчас он покажет себя, сейчас он покажет, что он ДОСТОИН.

Вскоре звук, делаясь все более высоким, бешено забился о стены храма. Этот звук способен был вызвать ужас у любого, но не у Джонни. Казалось, каждая клеточка бедного человеческого тела Претендента болезненно вибрировала, но над телом стоял дух, сила высшая, чем страх или боль. Эта сила, укрепленная живительным теплом кроваво-красной петиньи, была желанием Джонни вернуть Лолу в мир людей, и эта сила не дала боли и страху опуститься в его подсознание.

Внезапно в храме наступила тишина, и из-под пола хлынула вода. Или даже нет, сам пол стал водной поверхностью: Джонни как был в красивой одежде Претендента, рухнул в воду. Он мощно загреб руками, стремясь удержаться на поверхности среди водоворотов.

Вода быстро поднялась под самый потолок. Проходы между колоннами, служившие выходом из храма, хотя внешне и оставались свободными, воду не пропускали. Джонни стал захлебываться.

Как же немного надо человеку, чтобы умереть!

И как много надо, чтобы жить.

Джонни нырнул, нет ли там, на дне, какого-нибудь люка, через который можно было бы выпустить воду. Доплыть до дна Голду воздуху не хватило. Или в преподнесенной ему Башней водной чаше не было дна?

Он стал тонуть.

В глубине водной бездны возник мощный по shy;ток. Он вынес из храма теряющего сознание Претендента и кинул его на ступеньки Башни.

Влекомый волною, Джонни покатился по сту shy;пенькам. Он остался лежать на площадке между десятой и девятой сотней ступенек, волна же покатила дальше, на глазах исчезая, словно лестница впитывала ее через невидимые поры.

С трудом повернувшись на бок, Джонни закашлялся. Его стало рвать водой. Спустя долгое время он сумел встать на ноги.

Оглянувшись на храм, он медленно стал опускаться вниз.

Джонни не удивился бы, откажи ему Всепланетная Строительная Корпорация в дальнейшей помощи. Однако произошло прямо противоположное его опасениям, компания поместила его в дорогую лечебницу, и мистер Делл не переставал уверять его в необходимости дальнейшего сотрудничества. Вероятно, его вторую неудачу в компании расценили как второе везение, он ведь остался в живых, так что его репутация перспективного партнера только укрепилась.

Через несколько дней, когда Джонни окончательно пришел в себя, у него состоялся важный разговор с Деллом.

– Я не знаю, как мне быть, – проговорил Джонни угрюмо. – Что еще я могу предложить Башне?

– Давайте порассуждаем, мистер Голд, – Делл обхватил рукой подбородок. – Благодаря вашему визиту на Максантум вы научились держать в узде собственное тело, это неплохо. Что плохо? То, что ваше тело по-пре shy;ж shy;нему остается телом простого человека, не больше. Вы способны вытерпеть любую бель, вы не закричите, если вас станут жечь огнем, но сможете ли вы не гореть в огне? Разумеется, на такое вы не способны, и в огне вы сгорите, и в воде утонете. Последнее башня убедительно продемонстрировала.

– Еще бы не утонуть, окажись на дне аквариума без скафандра. Я ведь человек, а не робот.

– Не обязательно состоять из винтиков и гаечек, чтобы усовершенствовать свое тело.

– Все, что я мог со своим телом сделать, я сделал. Все же у меня за плечами школа косморазведчиков, и до этого я не был неженкой.

– Я и не собираюсь вас уверять, что вы благодаря правильной тренировке сумеете легко переносить 100-градусную жару и 50-градусный холод, или что вы можете научиться жить под водой без скафандра, было бы желание. Ничего этого не даст никакая тренировка. Это дает человеку одна вещица… семечко трилистника бледноцветного.

После минутного молчания Джонни произнес:

– Я так и думал, что вы предложите мне слетать на Трабатор.

– У вас есть какая-то другая идея?

– Нет. Я сам думал об этом. Я постоянно думаю об этом, когда вспоминаю Башню. Видно, без семечка трилистника мне в самом деле не обойтись. Только вот получить его, пожалуй, будет посложнее, чем встретиться с Леру.

– Давайте обговорим, какую помощь вам сможет предоставить компания. Я имею в виду реальную помощь, как понимаете, компания не в состоянии купить вам семечко трилистника.

– Разумеется не в состоянии.

– Итак, денежное содержание. На Трабаторе вам придется…

Поздно вечером с десятью тысячами кредов наличными, с запасом топлива и продовольствия Джонни взял курс на Трабатор.

Превратился в маленькую точку, а затем растаял в космической дали Элизион. Немногим позже Орракс затерялся в россыпи звезд, видимых на обзорном экране “Ласточки”. Наступило время нуль-перехода.

Переход прошел благополучно. Тридцать два часа полета отделяли Орракс от Эсканьола, так что у Джонни было время осмыслить, что же он хотел получить на Трабаторе, седьмой планете Эсканьола, и наметить план действий.

О трилистнике бледноцветном и уникальных свойствах его семечка было известно давно, более столетия. За это время земная наука (а Трабатор находился под властью Земли) совсем немного продвинулась в понимании удивительного явления, каковым являлось само существование трилистника. Вероятно, поэтому вокруг трилистника и его семечка сложилось немало легенд и ходило немало сплетен. Некоторые сведения излагались в книге “Трилистник Трабатора: мифы и факты”, любезно подаренной Джонни мистером Деллом.

Одна из этих легенд отчего-то особенно запала в сердце Джонни. За время пути он не раз перечитывал похождения бедного мусорщика с Плутона. В примечании сообщалось, что, по мнению некоторых специалистов, ключ к разгадке тайны трилистника следовало искать именно в этой легенде, основанной на реальных происшедших около полувека назад событиях.

Каждый раз, когда в 8.00 в уши Ричарда Нормана вгрызалась истошная трель будильника, первым в нем пробуждалось дикое желание затопать ногами, запсиховать и разнести вдребезги весь завод и городок при заводе, а лучше – всю планету. Приступ бешенства длился недолго. По мере того, как сладостные пары сна развеивались, благоразумие все более вытесняло безрассудство, и весьма обещающее начало заканчивалось бессильной воркотней.