Чтение онлайн

Кровь задымилась, язычки огня заплясали на песке. Вдруг дым повалил столбом, запах горящей плоти рванул ноздри. И что-то показалось в дыму. Когда дым разошелся, на песке стоял воин. На его черных доспехах виднелись кровавые пятна, кривой меч висел у него на бедре, в правой руке он сжимал кубок-череп в золотой оправе. Должно быть, его отвлекли от пиршественного стола.

– Что тебе надо, жрец? – пророкотал бог войны Аркс.

– Я хочу, чтобы ты дал мне силу убить, – сказал Сой.

– Я дам тебе такую силу, жрец, – Аркс в улыбке обнажил звериные клыки.

– Я хочу убить всех своих врагов, их очень много здесь, на острове, мне нужно много силы, – проговорил Сой, душа которого всколыхнулась радостью: кажется, для разговора с богом войны он избрал правильный тон.

– Ты убьешь всех, – пообещал Аркс. – Вот тебе мой меч.

Передав меч Сою, Аркс исчез.

– Мы убьем их и будем свободны, – проговорил Сой, оборотясь к Андине, и мечом описал ослепительную дугу.

Душа меча проснулась в руке воина. Рукоять меча задрожала в ладони Соя, и против его воли меч потянулся вверх, словно собираясь нанести удар.

“Андина!” – вспыхнуло в голове у Соя. Страшным усилием воли он сжал рукоять меча, неожиданно ставшую раскаленной, и, превозмогая боль, всадил меч до половины лезвия в краснеющее на песке пятно, в то место, где только что стоял бог.

– Забирай назад свой меч, Аркс!

Крикнув, он отнял ладонь от рукояти, и меч вошел в песок – сначала по крестовину, затем цели shy;ком. Дым повалил из кровавого пятна.

Как в прошлый раз, в клубах дыма возник бог войны Аркс. Но не кубок из черепа был в его руке, а кривой меч, который отверг Сой.

– Ты отказался от моего меча, жрец! – взревел бог.

– Меч хотел убить твою старшую жрицу, накажи его!

– Так ты хотел пощадить кого-то? Ты предал меня, жрец!

Сой не нашелся, что сказать. Недостаточно подготовленный для разговора с божеством, он упустил последний шанс спасти Андину и себя, осознал он в один яркий миг. А лицо Соя полыхнуло гневом.

– Будь ты проклят, Аркс! – крикнул Сой, потрясая кулаками.

Бог пошатнулся, словно изумленный такой наглостью. Ил” он пошатнулся, потому что жестокосердие всегда трусливо? Лицо Аркса на глазах стало меняться: губы пропали, обнажились клыки, щеки покрылись шерстью, глаза стали маленькими, уши заострились. Страшно взвыв, зверь, в которого превратился бог, завертелся волчком и черным клубком шерсти с проблесками когтей и зубов ушел под землю.

– Аркс скажет воинам, где мы, – слабым голосом произнесла Андина.

– Они ничего не сделают нам, – заверил Сой.

Молодой жрец простер руки к небу, и загрохотали проклятья. Сой не смирял своего голоса, он не боялся, что охотники услышат его голос и тем самым обнаружат их. Сой проклинал бога неба Удэя, и в этом проклятии своем он сам был как бог.

Когда на небе вновь стали собираться тучи, Сой обратился к морю.

– Бог моря Ольд, ты слышишь меня? – закричал Сой, пробивая голосом поднявшийся ветер. – Ты жалкий бог, Ольд! Ты отказался помочь мне, потому что испугался, как бы ситакхи не перестали приносить тебе жертвы? Ты трус, Ольд! Без наших жизней ты ничто, бессмертный!

Море вспенилось, заходило волнами, забилось гневно о скалы. И море стало черным как небо, затянутое тучами, разрываемыми всполохами молний.

Они объявились одновременно: в черной туче понесся на землю небесный Удэй, на гребне волны покатился к берегу морской Ольд, из зарослей показался мохнатый зверь с оскаленной пастью, за которым бежали воины, это был хищный Арк. Бог войны бежал бойко, весело, он надеялся, что когда Сой и Андина будут убиты, приведенные им ситакхи и отмахи, старинные враги, кинутся биться друг с другом.

Андина метнулась к Сою, и он прижал ее к своей груди.

О том, что случилось дальше, старики рассказывали по-разному.

Одни говорили, будто первыми нанесли удар боги – и любовники рассыпались тысячами брызг, застывших в знаменитые самосские самоцветы. Другие уверяли, будто первыми ударили люди, и вот от этого удара Сой и Андина рассыпались самоцветами. Большинство же рассказывало так:

– Ольд обрушил волну, Удэй послал молнию, воины ударили мечами, но это не причинило Сою и Андине никакого вреда, и напрасно лютовали боги, напрасно воины снова и снова взмахивали оружием. Ни те, ни другие ничего не могли поделать с двоими, из единения которых родилось новое божество, божество любви, ведь боги, как известно, бессмертны. Потом Ольд рухнул в свое море, Удэй скрылся в тучах, а мечи рассыпались по рукоять. Только после этого Сой и Андина разлетелись искрами самоцветов.

Джонни прибыл на Самос со знаниями о планете, которые он почерпнул из содержавшихся в памяти бортового компьютера справочников. Компьютер в числе прочей информации поведал ему и легенду о самосских самоцветах. На Самосе, обосновавшись в гостиничном номере, Джонни, свято помнивший со школы косморазведчиков, что информации никогда не бывает много, разложил перед собой роскошные проспекты: ослепительные пляжи, обнаженные красотки, успехи местных санаториев в графиках омоложения и оздоровления. О самоцветах Самоса упоминалось часто, но мельком. Когда в глазах у Джонни начало рябить от разноцветных букв, он наткнулся не рекламу фирмы “Самосские древности”: “Вам нужен настоящий самосский талисман? Зна shy;чит, с нами – к монументу Одиноких”. Ниже пояснялось, что в оплату, десять кредов, входила не только доставка к монументу и обратно, но и болтовня гида, включавшая “доподлиннейшую историю о знаменитейших самосских самоцветах”.

Джонни отправился в фирму на другой день. Заплатив десять кредов и получив билет, он принялся ждать. Когда число желавших совершить экскурсию к монументу Одиноких и оплативших свое желание достигло двадцати человек, подали пассажирский гравилет, комфортабельный “урсуик”. Грузная дама-экскурсовод предложила занять места.

Они полетели над парками, гостиницами и танцплощадками, над искусственными гротами, фонтанами и беседками, – словом, над подернутыми дымкою праздности самосскими островами, ну и, конечно же, над морем.

Экскурсовод, миссис Фромбок, начала тарахтеть, едва гравилет оторвался от земли. За час полета Джонни узнал, что ежегодно планета принимала сто миллионов гостей, в заботах о которых протекала жизнь самосцев. Для гостей делалось очень много: при населении в пятьдесят миллионов человек на Самосе было четыре миллиона полицейских; особая служба “Честь Самоса” зорко следила за состоянием техники и сооружений, это помимо единых для всей Империи служб. Гостеприимство самосцев зашло так далеко, что на Самосе уничтожили всех сколь-либо опасных животных, не забыли и про ядовитые растения, и все это – во избежание несчастного случая с кем-нибудь из гостей. Если уж так случилось, что вы заболели, к вашим услугам – прекрасная медицинская сеть. Все больницы Самоса прошли аттестацию и признаны лечебницами первого или экстра-класса, иных на Самосе не дер shy;жат. Тем не менее, гостям Самоса надо бы знать: отдавший предпочтение лечебнице “Материнские руки” (код 32567) сделает правильный выбор. (Код запишите, миссис Фромбок плохого не по shy;рекомендует.) Для обретения же всей полноты душевного спокойствия гостю планеты не помешало бы застраховаться в компании “Надежная защита”, прекрасная страховая компания.

Почувствовав, что гравилет пошел на снижение, Джонни, начавший подремывать, глянул вниз.

Он увидел маленький островок без признаков жилья – желтый песок, деревья, холмы, каменные гряды. Остров назывался Пята Бога, прокомментировала миссис Фромбок. Видите, с высоты птичьего полета остров очертаниями напоминает след человеческой ноги, а кто смог бы оставить след такой величины, кроме бога?

На Пяте Бога определенно искусственное происхождение имело единственное место – располагавшаяся в широкой части острова каменная площадка. В центре площадки находилась скульптура, выполненная без тщательной проработки деталей: из глыбы камня выступали контуры двух человеческих фигур.