Чтение онлайн

Танец закончился и у девушки от расстройства чувств заблестели предательские слезки на глазах. Несколько человек в ливреях обступили Андрея.

–  Прошу вас пройти с нами, Император желает поговорить с вами лично!

В полном недоумении Андрея подвели к сморщенному полулысому еноту с ехидной улыбкой и хитрыми маленькими глазками. Пока они шли через большую залу, весь народ расступался перед ними, словно боясь заразиться чумой. Парню поплохело, а спина покрылась холодной испариной.

Император был без короны и прочих регалий, лишь на лацканах пиджака блестела куча наград, он, как и Брежнев, любил сам себя награждать к каждой незначительной дате. Окружение тихо посмеивалось над этим его пороком, как будто человеку с такой властью нужны дешевые бирюльки? Но попробуй кто сказать такое в лицо! Один из советников уже наклонился подобострастно к уху венценосного и докладывал по существу дела: кто такой этот дикарь, откуда прибыл, кто пригласил его на бал.

Услышав, что его появление тут подстроила Няша, Император отметил в уме этот пунктик.

Юноша, как и положено поданному, поклонился и пожелал здоровья отцу нации.

–  Многие лета и долгого здравия, Ваше Величество!

Император посмотрел на дикаря, на свиту, на дочь, и задумался на минуту.

–  Мне правильно доложили, что ты решил сделать предложение моей четырнадцатой дочери? Это так, я не ошибаюсь?

Андрей посмотрел немного растерянно на незнакомку, девушка в ожидании затихла перед его ответом. У парня взревело чувство тревоги, будущее распалось на фрагменты, как тогда, когда сработало предвидение. Самые разные картины пронеслись у него перед глазами, и, надо сказать, тот вариант, когда его просто подвесили за яйца в сырой темнице к потолку, казался не самым печальным. Нужно было сделать один правильный выбор. Андрей набрал в воздух побольше воздуха.

–  Ваше Императорское Величество, я действительно сделал предложение на пару танцев этой прекрасной девушке...
–  Государь наморщил лоб, а Андрей спешно продолжил: - Но если Вы не сочтете за дерзость и разрешите мне попросить у Вас ее руки, то для меня не будет большего счастья оберегать и заботиться об этом цветке со всем старанием, на которое я буду способен!

Четырнадцатая дочь тяжело выдохнула, а Император шагнул вперед и обеими руками ударил радостно его по плечам, а потом заключил в отцовские объятия. Он посмотрел счастливо на дочь и начал давать распоряжения.

–  Так, Лулу, что встала? Бегом готовиться к свадьбе, затягивать не будем, думаю, через месяц быстренько все проведем...

Тут ему под руку влез какой-то придворный, наверное, распорядитель, и запричитал:

–  Ваше Величество, побойтесь бога, подготовка к свадьбе займет не меньше полугода!

Император взревел и рубанул кулаком по ладони, рассекая воздух.

–  Молчать! Совсем сдурел, где мы еще второго такого дурака в Империи найдем?

Но потом взял себя в руки и степенно продолжил, говоря сквозь зубы.

–  Свадьбу проведем тихо, по-семейному скромно, за один день, а не две недели, как обычно, гостей больше десяти тысяч звать не будем. Главное - отправить их под венец и быстренько в свадебное путешествии куда-нибудь подальше и надолго!

Свита радостно закивала этому справедливому решению.

Император махнул рукой, призываю кого-то из толпы.

–  Няша, подойди, поздравляю тебя с генерал-полковником, умница девочка, удружила так удружила! Берешь его под свою защиту, не отходи от него ни днем, ни ночью, он обязан дожить до свадьбы или шкуру с тебя спущу!

Няша побледнела и заверила, что сделает все от нее зависящее.

–  Так, а какого рода-звания жених?
–  Придворные сразу присели ему на уши, докладывая все подробности.

–  Непорядок, Андрей Сомов, назначаю вас капитаном Императорской гвардии с правом ношения личного оружия на всех торжественных мероприятиях и посвящаю вас в потомственные графы...
–  Император задумался на секунду, - Системы 'Чертовы кулички', туда и отправитесь с молодой супругой... А пока готовят бумаги, я награждаю вас высоким орденом 'За заслуги перед Империей первой степени'.

Тут опять влез тот распорядитель.

–  Так нельзя! Вы же сами приказали награждать только последовательно, от низшей четвертой степени к третьей и так далее...

–  Ерунда, все это легко решаемо...

Государь лично снял все четыре ордена со своего кителя и прикрепил у Андрея на груди, тихо сказав ему:

–  Если посчастливится пережить свадьбу, дам сразу героя Империи! Ты уж постарайся, не подведи...

–  Ээ-э... Ваше Императорское Величество, тут такое дело... Я уже малость женат, несколько раз... Довожу до Вашего сведения, что могу взять несравненную принцессу Лилу только седьмой женой.

Император сделал грустные глаза и посмотрел на свиту.

–  Кх-х, кх-м, ну что ж, от судьбы не уйти, все к одному, видимо, дочке такое горе на роду написано.
–  старик взял себя в руки и продолжил: - Хорошо, пусть будет хоть даже седьмой женой, мы на все согласны!

Придворные ахнули от таких слов, а Император посмотрел на Няшу.

–  Уладь и этот вопрос, полюбовно... А ты, Андрей, не робей, если что, похороним за счет Империи как сына родного!

Тепло распрощавшись с будущим тестем, парень пошел на выход из зала, ведомый Няшей, крепко державшей его за руку. Она постучалась к нему на сеть.

–  Не делай такое лицо, улыбайся, держи мину при плохой игре!

Встречный народ расступался перед ними и делал скорбные лица.

–  Да что вообще произошло?

–  Потом, дома расскажу, во что ты имел счастье вляпаться...

Когда они сели в автопланер и полетели домой, Няша и Изабелла принялись ему все объяснять. В Империи царят суеверия, просто он раньше не обращал на это внимания. Число семь считается неудачным, а два раза по семь - вообще жуть, двойное несчастье! Теперь Андрей припомнил, что нигде не видел номер этажа или дома четырнадцать. Парень привычно почухал затылок и спросил:

–  А тринадцать?

–  Счастливейшее из чисел! Императорская фамилия тоже придерживается этих суеверных правил, после Императора власть перейдет по традиции к его тринадцатому сыну - Лавру. У отца наций четыре официальных жены, которые словно клубок змей извивались и интриговали за право родить именно тринадцатого ребенка, неважно, мальчика или девочку. Первый ребенок был всего лишь первенцем, но никаких юридических прав не имел, наследовал только тринадцатый.