Чтение онлайн

Йомер (2991–3084 или 63 Ч. Э.) еще в молодости принял правление восточными окраинами. В Войне Кольца Теодред пал, отражая Сарумановы полчища у Бродов Изена. Поэтому Теоден объявил Йомера наследником и будущим Королем. На Пеленнорских Полях стяжала великую славу и Йовин, сражавшаяся в рядах Всадников в мужской одежде. Люди запомнили ее под именем Девы–Щитоносца [34] .

Йомер стал великим Королем; он был молод, когда принял правление от Теодена, и правил шестьдесят пять лет — дольше, чем все предшественники, кроме Алдора Старого. В Войне Кольца он сдружился с Королем Элессаром и с Имрахилем из Дол Амрота, а после войны часто навещал Гондор. В последний год Третьей Эпохи он женился на Лотириэль, дочери Имрахиля. Его сын, Эльфвин Светлый, унаследовал трон Рохана.

Во дни Йомера люди, желавшие мира, наконец, обрели его. Население Рохана становилось все многочисленнее, огромные табуны коней паслись на равнинах. Гондором (и Арнором) правил король Элессар. Под его рукой объединились все исконные гондорские владения, и только Рохан оставался независимым королевством. Король Элессар подтвердил дар Кириона, а Йомер снова принес клятву Йорла и впоследствии оставался верен ей. Ибо хотя Саурон и пал, злоба и ненависть, посеянные им, дали ростки, и Королю Запада еще не раз пришлось побеждать врагов, прежде чем Белое Древо смогло расти в мире. И куда бы ни призывали Короля Элессара ратные дела, повсюду был с ним Король Йомер. И за Рунным Морем, и на далеких просторах юга Белый Конь на зеленом поле реял под разными ветрами рядом с Белым Древом, осиянным звездами.

О том, откуда пошли гномы, и сами они, и эльфы рассказывают много странного, но дело это очень давнее и многого здесь не скажешь. Старейшего из Семи Праотцев гномы зовут Дарин. От него ведут род цари Долгобороды. Дарин долго спал один, а когда в глубине времен пробудился его народ, он пришел а Азанулбизар и поселился в пещерах на восточных склонах Мглистых Гор. Так было положено начало знаменитым Морийским Копям.

Долго жил Дарин и во многих землях был известен как Дарин Бессмертный. Но вот в конце Предначальной Эпохи он умер и был похоронен в Казад Думе, однако род его никогда не пресекался. Пять раз рождались в этом роду наследники столь похожие на Дарина, что им давали его имя. Гномы считали Дарина Бессмертным, Который Возвращается. У этого народа есть много странных преданий о себе и своем месте в мире.

В конце Первой Эпохи велики были мощь и богатство Казад Дума, созданные трудами искусного и мудрого народа Ногрода и Белегоста. Эти прекрасные города в Синих Горах были разрушены при падении Тонгородрима. Однако не иссякло могущество Мории. Она процветала даже в черные дни владычества Саурона. Эрегион был разорен, но за закрытыми наглухо воротами Мории жил многочисленный и доблестный народ, против которого даже Саурон не решался выступать открыто. Богатство Подгорного Царства долго оставалось нетронутым, а вот население стало убывать.

В середине Третьей Эпохи трон снова занял Дарин — Шестой государь, носивший это имя. В мире опять росла сила Врага. Завеса тьмы накрыла Лес, подступавший к порогу Мории, зашевелились разные лиходейские твари, но о самом Сауроне речи пока не было. Гномы, тем временем, в поисках легендарного мифрила зарывались все глубже под Баразинбар, пока не разбудили Глубинный Ужас, скрывавшийся здесь со дня прихода Воинства Запада. Это был один из уцелевших под Тонгородримом Барлогов Моргота. Он убил государя Дарина, а через год — его сына Наина I. Так пришел конец Морийскому Царству. Те, кто населял его, либо погибли, либо бежали в дальние края.

Многие гномы, покинувшие Морию, отправились на север. Трайн I, сын Наина, привел их к Одинокой Горе у восточных окраин Сумеречья. Он стал первым Царем–под–Горой. Здесь Трайн нашел огромный алмаз, Аркенстон, Сердце Горы. Его сын, Торин I, ушел еще дальше на север, в Серые Горы. Постепенно там собралась большая часть народа Дарина, ибо Горы скрывали в себе множество богатств, и до этого времени их никто не разрабатывал. Правда, на равнинах за Горами водились драконы. Поначалу гномы не придали этому значения — и напрасно. Прошло много лет, драконы размножились, осмелели и объявили гномам настоящую войну. Они похищали созданные ими прекрасные вещи, охотились за сокровищами, и кончилось тем, что Даин I со своим вторым сыном Фрором погибли у самых ворот собственного дворца, убитые огромным стылым червем.

Жить в Серых Горах стало невозможно, и тогда Грор, третий сын Даина, увел многих к Рудному Кряжу, а Трор старший, вернулся с остальными к Эребору. Он возвратил Аркенстон в Подгорный Дворец Трайна. Народ его жил в довольстве, богатство гномов росло. Здесь возникла и окрепла дружба гномов с людьми. Народ Дарина славился не только изготовлением прекрасных драгоценностей, но и бесценного оружия и доспехов. Руду доставляли из Рудных Гор. В то время северяне, жившие между Келдуином (Быстрицей) и Карненом (река Рудь), освободили свои земли от врагов, и под их защитой гномы Эребора жили в покое и достатке, в подземных чертогах не прекращались пиры, и не смолкали песни.

Слухи о богатствах Эребора разошлись широко и не миновали ушей драконов. Величайшим из них в то время по праву считали Смога Златолюба. Он–то и начал войну, напав с воздуха без предупреждения на владения царя Трора. Гора запылала. А вскоре и весь край пришел в запустение, даже Эсгарот был разрушен и обезлюдел. Смог проник в Главный Чертог и теперь неотлучно лежал там на груде золота.

Однако многим подданным Трора удалось спастись от пожаров и разорения. Спасся и сам Трор с сыном Трайном II. Вместе с детьми Трайна II, Торином, впоследствии прозванным Дубощитом, Фрерином и Дис, они ушли на юг и вынуждены были скитаться долгие годы.

Время шло, и вот однажды старый, нищий и отчаявшийся Трор отдал Трайну единственное сокровище, которое ему удалось сохранить — последнее из Семи Колец, находившихся во владении гномов, и ушел неведомо куда со старцем по имени Нар. На прощание он сказал Трайну:

– Хоть в это и трудно поверить, но Оно может стать для вас началом новой судьбы. Оно способно вернуть богатство и славу нашему роду, но для этого Ему нужно золото, а где же его взять?…

– Разве ты не думаешь вернуться когда–нибудь в Эребор? — спросил Трайн.

– Мне уже поздно думать о мести, — вздохнул Трор. — Это я завещаю тебе и твоим сыновьям. Бедность и презрение к моей нищете доконали меня. Пойду навстречу судьбе — и будь что будет.

Может, от горя и бедствий старый Трор слегка тронулся умом, а может, Кольцо, ощутив, как его властелин наливается новой силой, толкнуло его на глупость, но только они с Наром долго шагали на север, пока, миновав перевал Красного Рога, не спустились к открытым дверям Мории. Как ни умолял Нар Трора проявить благоразумие, бывший царь не послушал его и с гордо поднятой головой, как подлинный хозяин, вошел внутрь. Назад он не вышел. И вот, на четвертый или на пятый день он услышал ужасный шум, вопли и звуки рогов, а потом по ступеням скатилось тело. Страшась самого худшего, Нар начал подкрадываться к нему, и тут из тени ворот его окликнул грубый громкий голос:

– Эй, ты, борода! А ну, поди сюда! Мы тебя видим, можешь не прятаться. Да не бойся, ты мне нужен для дела.

Не таясь больше, Нар подошел и склонился над телом. Да, это был Трор. Рядом, лицом вниз, лежала его отрубленная голова. Ноги у старика подкосились, и он опустился на колени. Раздался орочий хохот, и тот же голос произнес:

– Нищим подобает ждать у дверей. А если они залезают в дом непрошенными и начинают красть, с ними приходится поступать строго. Запомни: если кто–нибудь еще из твоего народа сунет сюда свою мерзкую бороду, его ждет то же самое! Отправляйся и передай это всем. А если его наследники будут спрашивать, кто теперь правит в Мории, так имя правителя ты найдешь на лбу этого проныры!