Чтение онлайн

– - Юкари-сама!
– - Чен подбежала к постели и, схватив дремлющую хозяйку своей хозяйки за плечо, принялась яростно ее трясти.
– - Юкари-сама, проснитесь!

Никакого эффекта. Даже улыбка меньше не стала. Чен растерялась, вспомнив, как Ран волоком таскала не вовремя уснувшую госпожу по всему дому, вертела ее словно куклу, переодевая и расчесывая.

– - Юкари-сама!
– - Чен снова потрясла спящую богиню за плечо. Что же делать? Укусить? Страшно, но другого выхода нет… или есть?

Взгляд юной двухвостой кошки метнулся к стене, на которой красовалась большая красная кнопка под прозрачным колпачком. Над кнопкой была прикреплена скобами большая белая табличка с черной надписью:

«Устройство для нарушения сна. Нажимать только в крайнем случае».

Слово «крайнем» было выделено красным цветом и дважды подчеркнуто.

Но разве сейчас не тот самый, крайний, случай?

Чен прыгнула к стене, сорвала крышку и, что было сил, ударила по кнопке.

Произошедшее мгновение спустя было так невероятно, что Чен, в ужасе шарахнувшись в угол комнаты, потрясенно выпучила глаза.

При нажатии кнопки, в потолке над постелью Юкари открылся прямоугольный люк, из которого выпало ведро. В полутора метрах над кроватью оно повисло на веревках и перевернулось, окатив спящую богиню потоком холодной воды.

Ран, пытавшаяся в этот момент прорваться к Эльзе и вбить конструкта в пол следом за его хозяином, почувствовала, как измордованный серый монстр, клещом вцепившийся ей в плечи когтями и уцелевшими зубами, одеревенел.

Юкари, словно подброшенная пружинами, села на кровати и охнула, с трудом разлепляя веки.

– - Кто-то явно нарывается на ужасающую по жестокости гибель.
– - произнесла она, утерла лицо ладонями и тряхнула руками, сбрасывая с пальцев капли воды. Юкари устремила взгляд сквозь стены и пространство, безошибочно зацепив, сжавшегося в комок нервов, Андрона. Глаза богини Тьмы хищно блеснули.
– - А, опять ты, болтливый паразит? Предупреждала ведь, чтобы держался от моих миров подальше. Чувство самосохранения, видимо, владыки Олимпа своим рабам не вкладывают. Теперь, маленькая ящерка, молись своим богам! Правда, это тоже бессмысленно, но… должен же ты хоть как-то попытаться спастись?

* * *

Нейтральная территория.

Безымянный мертвый мир.

Восемьсот четыре года до вторжения серого странника в Генсокье.

Волны боли и отчаяния, тревожащие великую сеть, эхо массовой гибели ангелов, заставили пробудиться отдыхающего каменного голема. Битва между братьями по сфере? Масштабная стычка низкоранговых бойцов. Неужели нашли хороший артефакт и рвут друг другу глотки за право обладания? Это нельзя игнорировать.

Намереваясь отобрать добычу у недорослей, великан подождал пока битва немного утихнет, грузно поднялся и ринулся сквозь молниеносно развернувшийся портал, первым же ударом прикончив червеобразного ангела седьмого ранга, увлекшегося пожиранием трупов. Еще пара ангелов рангом поменьше бросилась наутек при приближении гародарха, и Саргос остался один посреди мертвого города мертвой планеты.

Один, если не считать крошечной искры у самых него ног.

Слабая душа, неподготовленная к суровым реалиям, привыкшая к мирной жизни и почти беспомощная в жестоком мире высших существ. Саргос был удивлен, что подобную душу боги приняли для создания воина-слуги, но факт оставался фактом. Вжимающийся спиной в камни руин древнего города, человек трясся от ужаса перед каменным исполином и отчаянно пытался угрожать белым пламенем «Пожирателя душ», который не способен был даже поцарапать воина одиннадцатого ранга.

Убить? Любой сородич Саргоса поступил бы так. Но каменный голем, глядя на жалкое, загнанное и измученное существо, почувствовал в душе такое непозволительное и опасное чувство, как жалость. Он не только оставил маленького ангела в живых, но и взял его под свою опеку. Почему? Может быть потому, что своей беспомощностью, тот напомнил ему сына. Единственного, которого послала каменному великану судьба. Сын Саргоса родился слабым и больным. Жизнеспособным, но лишенным возможности стать хорошим воином, а, значит, приговоренным к гибели. Саргос собственными руками бросил сына в реку раскаленной лавы. Таков был обычай и правило. А боль в душе и память о том, как хотелось сохранить жизнь маленькому, едва начавшему жить существу - это просто слабость, которую нужно скрывать от соплеменников и хозяев.

– - Какое сумасшествие привело тебя в мертвые миры, маленький слуга?
– - спросил голем, посадив человека себе на ладонь и с любопытством разглядывая его.
– - Ты ведь первый ранг, кватарх. Верно? Я - одиннадцатый ранг, гародарх, но и мне здесь тяжело! А все, кто ниже пятого ранга, в мертвые миры могут приходить только за собственной смертью. Что за безумец тебя сюда бросил? Необученного, одиночного, безоружного…

– - Я… раб… низкого сорта.
– - запинаясь, ответил ему человек.
– - Никто даже не почешется, если я… если меня убьют. Нас почти двести тысяч таких бросили в мертвые миры и… в первый же день… почти все мои собратья погибли. Несколько сотен чудовищ… нас убивали просто ради убийства. Я не знаю, остался ли хоть кто-то живой, кроме меня…

Саргос активировал «Оракул» и отправил запрос в великую информационную сеть. Все быстро разъяснилось. В этот день погибли не двести тысяч, а бессчетные триллионы кватархов Олимпа.

Владыки великой горы, относительно молодого и маленького ордена, отдавая перворанговым бойцам приказ заниматься поиском и сбором артефактов, не надеялись даже, что молодые ангелы притащат хоть какую-нибудь добычу. Их попросту утилизировали, партиями по две-три сотни тысяч сбросив в различные мертвые миры. Кому в мирное время интересно работать с бездарями и недотепами? Богам нужны качественные души, обладающие разнообразными важными качествами, железной волей и талантом. А мусор, который должен был стать пушечным мясом для передней линии обороны… уничтожили.

Так же, как Саргос когда-то убил своего сына, сбросив его в огненную реку. Так же, как его самого отправили на грязную работу за подверженность опасным душевным слабостям. Избавляться от слабых и ненужных - логично.

– - Сколько ты уже здесь?
– - спросил каменный голем у человека, сидящего у него на ладони и утирающего текущие по лицу слезы черными от копоти, трясущимися ладонями.

– - Четыре дня.

– - Четыре дня? Ты не так слаб, как можно было бы предположить. Не дрожи. Это - позор для воина.

* * *

Вселенная Лазурной Чешуи, под протекцией Вольного Единства.

Поселение беженцев из иных миров, Генсокье.

Четырнадцать минут до активации клейма.

Андрон сжался в ужасе под взглядом грозной богини, но мертвые миры научили его не стопориться в момент перед смертельным ударом. Мир при пробуждении богини не схлопнулся вокруг демона непроглядной чернотой небытия, не разорвался во вспышках боли, не угас и не растаял. Богиня медлила с нанесением удара, а демон вдруг совершил рывок и, перескочив через переполненную восторгом Ран. Пока лиса с восхищением ждала расправы над грабителем, с недоступной глазу скоростью серый ящер преодолел расстояние, отделяющее его от сияющего бешенной энергией центра огромного зала.