Чтение онлайн

– Официально война еще продолжалась, но я прятал свои волосы, так что сложностей у нас не возникло. Гесте продал часть нашего трофейного груза, так что мы разжились деньгами и двинулись вдоль побережья в Прейл. Бельских пиратов нам по дороге не попалось, о чем я втайне жалел – сами понимаете, мальчишка.

В Прейле мы взяли пару лошадей и верхом приехали сюда, в Айронхолл. Для меня не будет лучшего убежища, сказал он, на время, пока он съездит в столицу за новостями. Конечно же, идея скрываться среди Клинков не могла не привлекать тринадцатилетнего парня. Мы вошли в эти ворота, но на время, пока Гесте говорил с Великим Магистром, меня отослали из комнаты. Я не знаю, сказал ли он ему правду; история, которую мы придумали вместе с ним, гласила, что я – сирота из Уэстерта, ибо я унаследовал от матери тамошний выговор. Великий Магистр испытал мою ловкость и принял в школу.

Главным аргументом Гесте было, что в худшем случае я получу пять лет лучшей в мире подготовки, с которой не пропаду в мире. Но он обещал вернуться за мной. – Радгар пожал плечами. – Он не вернулся. Он прислал единственное короткое письмо, в котором говорилось, что мои родители погибли оба, что моего дядю пока не свергли и что он даст мне знать, когда узнает что-то еще. Он больше не писал. И по прошествии пяти лет, думаю, уже не напишет. – Он помолчал, ожидая замечаний со стороны короля, но их не последовало.

Нам объявили о том, что мирный договор подписан, а потом над Бельмарком сгустился туман. Похоже, в мирное время он никого не интересовал. Насколько я помню, у нас в классах о нем упоминали раз или два. Кстати, мой дядя все еще правит? – задумчиво спросил Рейдер.

Амброз кивнул.

– Мои источники утверждают, что он правит хорошо. Кто-то пытался бросить ему вызов вскоре после смерти твоего отца, но муут поддержал твоего дядю всеми голосами. Похоже, его положение прочно. В стране мир.

– Только один вызов? Я его недооценил. Впрочем, если бы у него не было способностей, отец бы не терпел его рядом. Вот и весь мой рассказ, сир.

Наступила тишина. Овод тоже потерял всех родных при пожаре, но ему не довелось видеть отца с перерезанным горлом. Ему не пришлось идти сквозь пекло с горящей на теле одеждой. Принц в роли Щенка… это объясняло те истории о том, как Рейдер получил свое имя, – теперь над ними можно было и посмеяться, но которые вовсе не казались смешными тогда, когда Рейдеру приходилось драться по дюжине раз на дню, ведя в одиночку войну против всех.

– Впечатляющая история, – признал король. – Ты незаурядный молодой человек… племянник.

– Спасибо, сир.

Молодец, Рейдер! Он принят в королевскую семью как почти что равный. Что он будет делать дальше? Вернется домой и попытается отобрать трон у дяди? Попытается обнаружить, кто же убил его родителей? Он не раз и не два говорил сегодня ночью о кровной вражде.

Плевать. Интереснее, что будет с Оводом, который оскорбил своего короля и никогда теперь не будет сэром Оводом? Самое смешное во всем этом – это то, что он наивно верил, будто сможет помочь Рейдеру, что бы тот ни задумал. Ему и в голову не приходило, что судьба Рейдера пролегла в дикий Бельмарк. Кстати, что там вообще может сделать мальчишка со шпагой – один среди варваров? Осмелится ли он вообще хотя бы выхватить ее? У Клинков не существует проблем с храбростью – их толкают в бой Узы. Но Овод никогда не станет Клинком. Даже если Амброз отпустит его, а не бросит в тюрьму, в Бельмарке он будет чужаком, иностранцем, возможно, даже боящимся встречаться лицом к лицу с любым злобным бельцем – какая уж тут от него помощь Рейдеру…

– Родни Кэндльфрен умер прошлой зимой, – сказал король.

– Я слышал, сир. Мы с ним встречались только раз, и то совсем недолго, – и был невысокого о нем мнения. – Даже в самые трудные времена Рейдер не искал помощи у своих шивиальских родственников. – Я слышал, титул унаследовал его сын. Руперт. Мой ровесник?

– Гм. Ты должен быть где-то двенадцатым в списке претендентов на трон, – задумчиво сказал Амброз. – Правда, боюсь, Парламент не позволит взойти на него бельцу.

– Э… да, сир. – Рейдер хотел сказать что-то другое, но передумал. Он наверняка просчитал, какое место занимает в списке наследников – королевская семья изучалась на занятиях по политике, – но даже если он ставил себя десятым или пятнадцатым, монархам не противоречат, особенно если речь идет о таком щекотливом предмете.

– Надо известить Кэндльфрена о том, что его кузен воскрес. – Амброз хмуро покосился на своего родственника-выскочку. – И короля Сюневульфа тоже. Мы не должны ставить под угрозу наши добрые отношения с Бельмарком.

Эта почти не скрытая угроза заставила Рейдера отказаться от мысли закинуть ногу на ногу.

– Разумеется, не должны, сир. Я всецело в распоряжении вашего величества. – Он просто должен был сказать что-нибудь в этом роде. Принц или нет, он находился в полной власти короля так же, как Овод. – Я не питаю иллюзий насчет того, сочтут ли меня достойным трона. Не сейчас, а возможно, и никогда.

– Гм? – Вид у его величества был довольно скептический. – Вряд ли ты вполне откровенен… Все равно. Ты наш родственник, а в перспективе – правитель державы, с которой нас связывает договор. Этих причин уже достаточно, чтобы мы распространили на тебя свою дружбу. А повесть о твоих невзгодах завоевала наше расположение.

– Ваше величество весьма…

– Да. Тем не менее о твоем возвращении надо объявлять осторожно. Как ты уже говорил, если с твоим заклятием явиться во дворец, со всеми Белыми Сестрами приключится припадок. – Взгляд маленьких янтарных глаз уперся в Овода так, словно обладатель их только что вспомнил о его существовании и усомнился в его целесообразности.

По коже забегали мурашки. Король продолжал беседу с Рейдером, но взгляд его оставался прикован к Оводу, и он, вне всякого сомнения, прикидывал, какая кара ему будет наиболее уместной.

– Этот Гесте… Я не посылал Клинков с Кэндльфреном в Бельмарк. Я боюсь, что этот человек – самозванец, даже в большей мере, чем…

В дверь постучали. Король, крякнув, высвободил свою тушу из кресла; оба юнца вскочили. Вошли магистры, за которыми посылали. Их заметно пошатывало, ибо всех троих явно только что разбудили. Разумеется, ложиться в постель они не осмеливались, пока этого не сделал король, так что скорее всего они спали на своих местах в ожидании августейших повелений. Магистр Ритуалов еще застегивал свой камзол, а Великий Магистр то и дело приглаживал свои редкие седые волосы. Они кое-как выстроились перед королем и немного вразнобой поклонились. В менее зловещей ситуации Овод нашел бы их поведение забавным.

– А, Великий Магистр, – прогрохотал монарх. – Прости-что-беспокою-в-такое-позднее-время… Я выслушал объяснения кандидата… гм… Рейдера и согласился с тем, что налицо исключительные… в высшей степени исключительные обстоятельства, оправдывающие его отказ продолжать свою карьеру в рядах Ордена.

Лицо Великого Магистра изобразило что-то среднее между облегчением и любопытством.

– Я, разумеется, рад тому…

– Вот именно. Одно обстоятельство требует уточнения. – Амброз буквально наполнил комнату властностью. – Он утверждает, что его привел в Айронхолл и рекомендовал Великому Магистру некий Клинок, называвший себя сэр Гесте. Ни я, ни коммандер Монпурс не помним в рядах Ордена никаких сэров Гесте.

Это заявление прозвучало вопросом. В нем также звучал прозрачный намек на то, какого ответа на этот вопрос он ожидает.

Великий Магистр снова провел рукой по волосам.

– Я не помню такого имени. И мой предшественник тоже не упоминал… – Он замолчал, не договорив. Все повернулись к Магистру Архивов.

Магистр Архивов тоже находился на этой должности сравнительно недавно. Это бы высокий сухощавый мужчина лет сорока с пальцами, перепачканными чернилами, уже начинавший горбиться и близоруко щуриться – сказывалась работа. Он поежился под хмурым королевским взглядом.